Чтение онлайн

Несмотря на это, нам было ясно, что это — стремление запутать партию, что исключение из членов ЦК Зиновьева и Троцкого было заранее предрешено. Несмотря на это, мы не ответили отказом, мы ответили заявлением (смотри речь Зиновьева), в котором шли навстречу трём условиям, предъявленным товарищем Орджоникидзе, которые вполне могли лечь в основу действительного партийного мира.

После этого начались речи с неслыханными обвинениями. Переусердствовавший товарищ Рыков договорился до штрейкбрехерства, до «вывоза на тачке» и площадных ругательств.

Мы заявляем ещё раз: ни на площадные ругательства, ни на угрозу повести против нас новую клеветническую кампанию, ни на клеветнические клички „оборонцев” и „пораженцев” мы отвечать не будем и прежде всего это к нам не пристанет, а рабочие вам в этом не поверят. Это скомпрометирует лишь тех, кто к этому прибегает.

Но мы заявляем ещё раз твёрдо и определённо: мы — за единство нашей партии. Мы — против раскола, откола и отсечения. Мы — безусловно против двух партий. Мы — за роспуск всех фракционных групп партии. Мы — за совместную подготовку XV съезда, как это было при Ленине. Тогда XV съезд разрешит кризис в партии.

Каждому искреннему шагу мы с готовностью пойдём навстречу» [433] .

Такое заявление заставило Сталина отказаться от своей прежней непреклонной позиции. Выступить и сказать пленуму: «То, что предлагает нам оппозиция, это есть временное перемирие… Шагом вперёд для партии является то, что оппозиция по всем трём вопросам, нами поставленным, в известной мере отступила. В известной мере. Но отступила с такими оговорками, которые могут создать почву для будущей, ещё более острой борьбы… Всё это должен знать и помнить объединённый пленум ЦК и ЦКК» [434] .

Сталин больше не призывал вывести Зиновьева и Троцкого из ЦК. Признал возможным принять перемирие, что и стало прямым указанием для участников пленума, поспешивших отказаться от только что принятого ими самими проекта резолюции.

Окончательный вариант резолюции по докладу Орджоникидзе, сохранив перечень всех нелепых, надуманных прегрешений оппозиционеров, завершался более чем неожиданно: «Объединённый пленум ЦК и ЦКК постановляет снять с обсуждения вопрос об исключении товарищей Зиновьева и Троцкого из ЦК партии и объявить им строгий выговор с предупреждением» [435] .

Лишь в последнюю минуту большинство изменило на 180 градусов свою позицию в политическом противостоянии, пошло на компромисс с лидерами оппозиции и оставило их в ЦК, хотя и со строгим выговором. Но предложение Пятакова внести кое-какие поправки и исправления в проект резолюции по докладу главы правительства перед тем всё же успели категорически отклонить. Потому ли, что Сталин так и не высказался по контрольным цифрам на предстоящий хозяйственный год или из-за того, что за рассматриваемым документом стояли самые сильные политические фигуры — Бухарин и Рыков?

Скорее всего, решающую роль сыграло последнее обстоятельство. Ведь согласись пленум с замечаниями Пятакова, пришлось бы признать и многое иное, более неприятное: и наличие в стране экономического кризиса, и провал курса правительства в хозяйственных вопросах в целом, за который отвечать следовало большинству, а отнюдь не оппозиции. А главное, что к неудачам привела линия Бухарина — поддержка исключительно зажиточного крестьянства, включавшего пресловутое кулачество, а также линия Рыкова, упорно отказывавшегося начинать индустриализацию, по сути саботировавшего старое решение ЦК о подготовке пятилетнего плана.

Первым при обсуждении проекта резолюции по контрольным цифрам выступил Чубарь, не только как председатель редакционной комиссии, но и как напрямую отвечавший за экономику, будучи председателем СНК Украины. Он уведомил пленум, что комиссия подвергла текст незначительной стилистической правке, ничуть не менявшей смысл содержания, а также «признала необходимым внести отдельным пунктом (в результате их стало два: 16-й и 17-й. — Ю.Ж.) оценку ошибочных предложений оппозиции в области хозяйственных вопросов» [436] .

Как результат резолюция, рассчитанная на широкие партийные массы, стала сочетать изложение доклада Рыкова с грубым разносом экономических взглядов меньшинства:

«Объединённый пленум ЦК и ЦКК констатирует, что… вместо предсказанного оппозицией общего хозяйственного кризиса истекший год привёл к значительному упрочению государственной промышленности и подъёму всего хозяйства в целом… „Нависшая угроза инфляции”. которой пугала оппозиция, оказалась плодом панических измышлений; червонец за это время укрепил свою покупательную способность…

Оппозиция… вынуждена была умолчать о своём заведомо клеветническом утверждении о перерождении руководства, так называемом термидорианстве, и тем самым сама должна была признать, что ход хозяйственной жизни за 1926/27 год с полной очевидностью обнаружил банкротство оппозиции…

Пленум отвергает неискренние и противоречивые предложения оппозиции в области цен, пытающиеся замаскировать старые теории оппозиции о повышении цен или о сохранении на одном уровне отпускных цен промышленности, о сохранении на одном уровне („неухудшении”) качества продукции…

Отвергает вздорные, рассчитанные на создание дополнительных трудностей в развитии народного хозяйства демагогические предложения оппозиции о насильственном изъятии натуральных хлебных излишков и о таком сверхобложении частного торгового оборота, которое должно привести к его немедленной ликвидации при недостаточном ещё охвате рынка государственной и кооперативной торговлей» [437] .

Разумеется, Пятаков, и внёсший за шесть дней перед тем проект резолюции меньшинства, промолчать никак не мог. Обязан был ответить на столь вопиющие искажения своих слов. Вернее, чисто шулерское передёргивание.

«Дополнение, которое нам предложено, — начал он выступление, — является образцом именно той недобросовестности в изображении позиции так называемой оппозиции, о которой здесь неоднократно говорили. При такой постановке вопроса едва ли мы получим нормальное обсуждение хозяйственных вопросов». Но всё же попытался говорить по существу.

«Вот на странице второй, — отметил он, имея в виду розданный участникам пленума результат творчества редакционной комиссии, — говорится, что оппозиция предлагала в своих поправках или резолюции, которую я вам здесь докладывал, сохранить качество изделий на одном уровне, не ухудшая. Это же действительно совершенно недопустимый, неслыханный вздор! Ведь в резолюции, предложенной мною, говорится, что если проводится снижение розничных и отпускных цен, то это снижение ни в коем случае не должно отразиться на качестве товаров».