Чтение онлайн

____

*Отрывок из моего стиха

========== Часть первая. Владимир и Хельга. Листы 13-15 ==========

Одна история гласит,

Король пошёл в поход,

Поход крестовый. Он грозит:

«Неверных пламя ждёт!»

В защиту бога своего

В руке танцует меч.

Смерть сеет просто и легко,

А жизнью пренебречь.

Он о религии своей

Вассалам объявил.

На смерть погнав, своих людей

Без жалости сгубил.

Он веру поднял на штандарт.

И на врагов пошёл.

Пусть кровь кипит. В глазах азарт.

Он святость здесь нашёл.

Земля святая, - он кричит,

Мою ты жизнь возьми!

Земля святая - крик летит.

Над битвой, по крови. *

Лист тринадцатый.

POV ВладимИр

Хель выскользнула из моих объятий и подошла к ворону. Он тут же перелетел к ней на плечо и потёрся клювом о щёку.

– Здравствуй, Хугин. Зачем ты здесь? По делу или опять Одину стало скучно, и ты собираешь для него сплетни о жизни людей?

Ворон слетел на журнальный столик, положил на поднос кольцо, несколько раз расправил и сложил крылья, походил по столу, клюнул мой кусок торта и ответил:

– Я по делу. На днях приползла наша змеюка, вся из себя обиженная, и начала жаловаться, что род людской потерял страх, стал её обижать и потребовал у Одина защиты от него.

Тут ворон вытянул крыло в мою сторону:

– На ваше счастье, вслед за ним появился Фрейр и рассказал, как всё происходило на самом деле. Один рассердился и только хотел устроить Змею хорошую трёпку, как тот исчез, но на прощанье пообещал отомстить. Вот Один, посоветовавшись с Тором, и прислал меня предупредить вас, а заодно и передать это кольцо тебе, Хель. Ты знаешь, зачем оно и как им пользоваться. Мне пора, продолжайте веселиться, детки, пока можете.

С этими словами ворон вылетел в форточку, и она захлопнулась сама собой.

Я взял с подноса кольцо, покрутил его: по ободку шли старинные письмена. Положив кольцо обратно на поднос, посмотрел на Хель. По её щекам текли слёзы.

– Что случилось?

– Йормунганд будет мстить тебе. Он знает, что мне его угрозы не страшны. Зря я всё это затеяла.

– Я его не боюсь. И рад, что познакомился с тобой. Не зря говорят, что тот вооружён, кто предупреждён, но не могла бы ты рассказать мне больше, чем я знаю сейчас. Я чувствую, что ты поведала не всё. И, кстати, что это за кольцо?

– Вот с него мы и начнём. Это, как видеотелефон, для прямой связи с Одином. Принеси мне, пожалуйста, какую-нибудь ёмкость с чистой холодной водой.

Я пошёл на кухню, налил в большую пиалу холодной воды и принёс в гостиную. Хель взяла у меня пиалу, поставила на журнальный столик, бросила в воду кольцо, придвинула к пиале три горящие свечи и что-то произнесла на незнакомом мне языке. Вода в пиале забурлила, покрылась радужной плёнкой, потом вновь стала прозрачной, и в этой обновлённой жидкости (почему-то именно это слово промелькнуло у меня в голове) появилось лицо мужчины.

Не старое и не молодое, это было лицо воина, закалённого в бесчисленных битвах, не умеющего прощать и просить пощады, не боящегося ничего и никого. Это было лицо настоящего викинга, каким бы я нарисовал его, если бы умел.

– Здравствуй, Хель. Ты загостилась у людей, девочка. В твоём царстве беспорядок и смута. Змей рвёт и мечет. Плохие последствия может иметь твоя любовь к смертному.

– Приветствую тебя, Один. Он – не простой смертный. Он из рода Хранителей. Он - историк. Он говорит на нашем языке. И он не умер после укуса Змея.

– Любопытно, никогда не слышал о таком одновременном сочетании совпадений.
– Один внимательно посмотрел на меня и нахмурился. Видимо, то, что он увидел, ему очень не понравилось.
– Лучше убить его, ты пострадаешь и забудешь, нет?

– Не смей даже произносить эти слова! Я люблю его и никогда, слышишь, никогда не причиню вред ему и его семье.

– Так я всё себе и представлял. Фрейр не ошибся, когда сказал о великой, всё поглощающей любви. Но, так или иначе, тебе надо вернуться в своё царство и навести там порядок. А я пока подумаю, что со всем этим делать. Я не виню тебя, Хель, но ты натворила такое, чего давно не случалось в нашем мире. До встречи!

Вода опять покрылась радужной плёнкой, забурлила и успокоилась. Теперь от неё шёл пар, словно она только что вскипела.

Лист четырнадцатый.

Мы молчали. Хель плакала, не вытирая слёз. Я не знал, как и чем её утешить. Один сказал всё четко и кратко, словно отдал приказы, как обычно делал на полях сражений.

– Мне надо возвращаться. Ты всё слышал,- печально произнесла Хель.

– А мне нельзя с тобой? Как тогда?

– Нет. Ты можешь попадать только в гравюры, потому что именно они связывают тебя с домом, с тем местом, куда ты можешь возвращаться. Оторвавшись от него, ты навсегда заблудишься в моём мире.

– Когда ты уйдёшь?

– На рассвете. А сейчас я отвечу на твои вопросы, ты имеешь право знать все ответы.

Я разлил оставшийся глинтвейн по бокалам, передал один Хель и сказал:

– Мы сейчас выпьем за нашу скорейшую встречу!

– Хорошо, я согласна.

Нежно зазвенели соприкоснувшиеся стенки бокалов, я проглотил содержимое одним глотком. Потом прошёл в угол гостиной, взял спрятанную за портьерой гитару и сел на диван.

– Я не знала, что ты играешь на этом инструменте. Что это?

– Это гитара, она похожа на твою арфу, но не волшебная. Люди сами извлекают из неё мелодии. Я хочу подарить тебе одну песню, чтобы ты забрала её как память обо мне. Это женский романс, но мне кажется, что сейчас она хорошо подходит к нашей ситуации, ты поймёшь, почему.

Я провел рукой по струнам, проверил, хорошо ли настроена гитара, и запел:

Мессир, у Ваших ног сейчас созданье Ваше.

Прошу простить меня за резкость этих фраз.

И пусть рожденья миг в цвета бордо окрашен,

Шепчу «Я вас люблю» уже не в первый раз.

Впервые встретив Вас, я поняла – пропала,

А холод черных глаз казался мне родным.

Я сонмы свитков, книг о Вас, Мессир, листала,

Довольствуясь порой свиданием ночным.