Чтение онлайн

ЖАНРЫ

Шрифт:
Пред ним как мантия ночей При блеске солнечных лучей

222–223

Зимой и летом у соседа Об нем одном лишь разговор

239

Себя мы будем заклеймлять

271

Умолк. Как воин в ярой сече

286

автограф 2-й

Зевак, лентяев и стрелков

289–291

Каких-то наглых сорванцов, Как мужи смелые, напрасно Для счастья родины прекрасной

319

автограф 1-й

Вокруг болот непроходимых

325

Его красивый, легкий стан

342

Непроницаемою тмою

392

Шато-лафит и ве-се-пе

403

От нас бежали навсегда

415

автограф 1-й

Он первый консул куропатки

435

автограф 2-й

Твои победы воспоем!

439–440

И витязь, славою венчанный, Едва от скуки не уснул!

457

Подобный гордому Нимвроду

464

Триумф дубровного царя

между 473 и 474

Вдруг хор насмешливый запел,—

478–479

Суровый, бледный, он трепещет С немым проклятьем на устах

482

Как дух низринутый, как бес

486

Хвала тебе, победоносец,

493–496

Коварство, лесть и вероломство Героев ложных воспоет, Но знай: правдивое потомство Твой прах великий, прах найдет.

после 500

Совет пернатым О птицы муромских лесов, Он был — он есть — он будет вечно! Не утучняйте же беспечно Его роскошных пирогов.
112

загл.

список ПД

Оскар и Мора

39–40

И бродят вкруг его зубцов Олени быстроноги

374–376

И об Оскаре должно Нам говорить, как о живом, И свидеться с ним можно.

413–416

Я вижу: прах его почтить Желаешь ты, как должно, Но чем от страха различить Такую радость можно?
116

34–36

BE

Владычица моей души Люблю тебя сердечно, страстно, Судьбу мою сама реши!

35

список ЦГИА

Так он людей, как бог, карает

50

И воплю жалкому детей

103–104

Когда он смело умножает Число своих полубогов
124

59

список ЦГИА

В кликах демонского хора

94

Бросьте мрачные углы

Примечания

С 1825 по 1831 г. стихи Полежаева печатались исключительно в журналах и альманахах. Раньше всего имя поэта промелькнуло на страницах «Вестника Европы» в 1825–1826 гг., затем наступил перерыв, вызванный перевернувшими жизнь поэта драматическими событиями. Только в 1829–1830 гг. значительную партию его стихотворений печатает журнал «Галатея». В сущности, это были анонимные публикации, — репрессивные меры, примененные к Полежаеву (судимость, разжалование в солдаты, арест), получили достаточно широкую огласку, и появление фамилии опального автора в печати могло иметь опасные последствия для издателя журнала.

В 1832 г. все напечатанное ранее с добавлением ряда новых произведений, написанных в 1829–1832 гг., вошло в первый сборник Полежаева «Стихотворения» (М., 1832). С этого времени поэт несравненно реже выступает в периодике и альманахах. Свои новые стихотворения по мере их накопления он стремится печатать отдельными изданиями. В том же 1832 г. выходит книга кавказских поэм — «Эрпели» и «Чир-Юрт», в 1833 г. — сборник «Кальян» [124] . Сборник «Арфа» (первоначально называвшийся «Разбитая арфа») вызвал серьезные цензурные осложнения и вышел в свет в 1838 г., уже посмертно. Другой сборник, «Часы выздоровления», составленный и собственноручно переписанный в 1837 г. Полежаевым, был подвергнут безоговорочному запрещению цензуры. Попытка издать его в апреле 1838 г., т. е. вскоре после смерти автора, под названием «Урна» в составе 14-ти стихотворений (вместо 31-го, входившего в «Часы выздоровления») не увенчалась успехом. Лишь в 1842 г. А. П. Лозовскому, близкому другу поэта и его доверенному лицу по издательским делам, удалось выпустить тощий сборничек под первоначальным авторским названием, куда вошло 15 стихотворений — в основном тех, которые в свое время были отобраны для сборника «Урна». В 1838 г. запрещена была к изданию подготовленная тем же Лозовским небольшая подборка «Последние стихотворения» Полежаева. Сходная участь постигла полежаевские «Переводы из Виктора Гюго» и поэму «Царь охоты», направленные в цензуру владельцами этих рукописей . Н. Евреиновым и А. А. Ушаковым [125] .

124

Переиздан без изменений в 1836 г.; третье издание этой книги вышло в 1838 г.

125

О прохождении сочинений Полежаева через цензуру см.: Безъязычный В. И. А. И. Полежаев и царская цензура // «Научные труды Московского заочного полиграфического института». 1955. Вып. 3. С. 59–67.

Полежаев — одна из самых многострадальных жертв царской цензуры. Репутация вольнодумца и бунтовщика, караемого властями, внушала удвоенную подозрительность и удвоенное пристрастие цензорам, чья «бдительность» необычайно возросла также вследствие террористических акций правительства, обрушившихся на московскую прессу в 1832–1834 гг. (запрещение журналов «Европеец», «Московский телеграф», «Телескоп», увольнение цензора С. Т. Аксакова). После выхода сборника «Часы выздоровления» (1842), подавшего повод для известной статьи Белинского, имя поэта надолго исчезает из литературы. За период с 1825 по 1842 г. было опубликовано немногим более половины литературного наследия Полежаева. А среди напечатанных его произведений некоторые были известны лишь в извлечениях или с большими пропусками («<Узник>», «Ренегат», «Белая ночь», «Венок на гроб Пушкина», переводы: «Последний день Помпеи» из Легуве, «Прощание с жизнью» из Вольтера и др.). Многие из опубликованных произведений отличались, по выражению Н. О. Лернера, «обилием печальных пустот». Поэт весьма редко прибегал к методу аллюзий или эзоповскому языку, так как искренность выражения чувств и настроений зачастую вовсе подавляла заботу об их маскировке. Не случайно преобладающее большинство его произведений поступало в цензурный комитет с уже сделанными пропусками крамольных стихов и «острых слов», причем изъятия не всегда даже отмечались точками. Время от времени Полежаев прибегал и к автоцензурным вариантам (больше всего таких вариантов в «Кориолане» и «Царе охоты»). Но эти меры не намного облегчали положение. Серьезнейшим поводом для цензурных преследований была прежде всего тюремная тема, автобиографический, выстраданный для Полежаева смысл которой был хорошо известен. Такова, надо думать, одна из главных причин, вызвавших запрещение сборника «Часы выздоровления» [126] . Другим объектом цензурных нападок явились слова с особо ответственным значением, такие, как: «царь», «самодержец», «бог», «всевышний», «рай», «тиран», «раб», «свобода», «вольность», «республика» и т. п. В обращении с ними поэта ощущался привкус неуважения к «священным» авторитетам светской власти и церкви, симпатия к свободе и ненависть к тирании. Именно по этой линии возникли цензурные препятствия с публикацией «Кориолана», «Царя охоты», «Негодования», «Прощания с жизнью» и других произведений.

126

В эту рукопись вошли четыре отрывка из «<Узника>» (другие названия «А. П. Лозовскому», «Арестант»), стихотворения «Осужденный» и «Тюрьма».

Поделиться с друзьями: