Когда, кружась, осенние листыУсыпят наше бедное кладбище,Там, в стороне, где скрыли все цветы,Найди мое последнее жилище!..Тогда укрась чело венком живых цветов,Из сердца моего возросших, им согретых,—То — звуки песен мною недопетых,Любви моей не высказанных слов!
Свадьба
Зачем, дитя, ты потупляешьСвой взор и чистое чело?!.Мы здесь одни. Иль ты не знаешь.Что нас в алтарь любви влекло?!.Сними же девственный венокИ белоснежные одежды,И к изголовью, мой дружок,Склони главу, смеживши вежды!..На миг стыдливость отгоня,Раскрой объятья мне, подруга,И взор, руками заслоня,Не отвращай от ласки друга!..Нет, лучше завтра, в блеске дняКрасней от сладкого испуга!..
Сонет («Она ему с тоскою раз сказала…»)
«Ella diced…»
Она ему с тоскою раз сказала:«Зачем в твоих очах немой укор?Зачем твой хладен смех и твой насмешлив взор?..Ужель души твоей ничто не умиляло?»Он ей сказал: «О, ты еще не зналаСомненья муки, но, поверь, с тех пор,Как в первый раз оно мне в грудь запало,Мой смех звучит безжалостно остер!..»Она сказала: «Разве сам СпасительИ Ангелы, и сонмы душ в раюНе исцелят, увы, печаль твою?..»Он ей сказал: «Что мне сам Вседержитель!..Ты — мне надежда, Ангел мой Хранитель!Забудем мир, шепни „люблю!..“»
Надпись на камне
Стремясь беспечно ввысь, в прохладу рощи темной,К вершинам зеленеющих холмов,Я вижу, ищете вы уголок укромный,Где чище ручеек, где гуще леса кров…О вы, любовники-счастливцы! перед вамиЯ на пути безмолвно слезы лью,О, сжальтесь в час любви над горькими слезами,Поймите их… Один я не люблю!..
«Во имя Бога»
«Сеньор, я голоден, устал, полуодет…О, сжальтесь надо мной во имя Бога!..Молю вас, помогите мне…» — «Нет, нет!»«Во имя взоров милой!..» — «На немного…»
К дочери
(Посвящается О. М. Соловьевой)
Ты смотришь весело на небо голубоеИ вереницею крылатых облаковЛюбуешься, смеясь; а я, дитя родное,Ропщу по-прежнему и зарыдать готов!..Я снова жаркою мечтою улетаюВысоко и. в лазурь вперяя робкий взор,Как сфинкса вещего, я небо вопрошаю,Молю его открыть грядущий приговор!..Напрасно!.. Ни лазурь, ни облаков грядаВеликой тайны нам, дитя, не разгадают —Там, в небе, есть ли Бог? — увы, они не знают…Не будут знать, как мы, быть может, никогда!..И время пролетит, и я прощусь с землею,И шелк твоих кудрей мороз посеребрит,А тайну страшную, дитя мое родное,Неразрешенной небо сохранит!..
Сонет («Как милых вестников Надежды и Любви…»)
Как милых вестников Надежды и Любви,Как чистых ангелов, мне двух малюток нежныхЛюбовь послала в дни страстей и мук мятежных.То голос неба был: «Надейся и живи!»И я отшельником провел всю жизнь свою,И я в тиши ночей рыдаю над могилой,И я работаю, страдаю и люблю,И дорог мне родной очаг с подругой милой!..За что ж, скажите мне, средь вечных покаянийСмешав с поэтами апостолов святых,Вы так позорите меня, детей моих,Что нет пригодных слов для всех негодований?!.Уж не за то ль. что я, алтарь укрывши свой,Не стану петь псалмов пред хладною толпой?!.
Фридрих Ницше
Сотни раз живой скелет.
Жалкий червь на дне могилы,—
Вновь я жизнь, и дух, и свет,
И дыханье новой силы!..
Ф. Ницше.
Ты шел, смеясь… перед тобой стоит
Высокий крест, на нем Невинный и Закланный,
В последний раз там сердце задрожит,
Там упадешь ты, бездыханный!..
Эллис.
Силь-Мария
Я там сидел один, исполнен ожиданья,За грань Добра и Зла переступив душой…Не ведал я. куда неслись мои мечтанья,И с морем слился я бесцельною мечтой…И свет, и тень мне в грудь вливали упоенье,Я упивался их причудливой игрой!..Вдруг стало двое нас. и выросло виденье —И Заратустры тень прошла передо мной.
«Вдали гремят раскаты грома…»
Вдали гремят раскаты грома,Дождь, как педант, стучит в окно,И каплет, каплет, все одноТвердя, что так давно знакомо!В окно косится бледный деньИ тоже жалобно бормочет,Как будто усыпить нас хочет:«Все — суета, весь мир — лишь тень!»
«Скучный день отзвучал, светлый полдень далек…»
Скучный день отзвучал, светлый полдень далек,Снова счастье и свет пожелтели,Скоро месяц взойдет, и дохнет ветерок!.Я готов… Я, как плод, упаду на песокПод дыханьем осенней метели!..
«Веселая Наука»
Не книга это, что бессильна,Как саван или склеп могильный;Здесь — жажда власти, здесь — утеха,Здесь — разрушенье всех мостов,Блеск якоря и рев валов,И ветра злобного потеха,Здесь белый дым и пушек рев,И взрывы яростного смеха!..
К новым морям
Вперед, туда… Я снова обнажаюОтважно шпагу, снова предо мнойСинеет даль морей, свободною душой,Расставшись с Генуей, я в море улетаю!Здесь новый мир в восторге вижу я!..Пространство, Время спят в полдневный час безгласно,Здесь око бесконечности ужаснойТеперь одно взирает на меня.
Новый Колумб
Колумб сказал подруге: «Дорогая,Здесь в Генуе изменчива любовь,Ее сыны, семью позабывая,Вверяются мечтаньям вновь и вновь!..Нам дорого и свято лишь чужое,Отрадна нам лишь качка корабля!Взгляни… в волнах сокрылось все родное,Передо мной лишь чуждые края!..Сын Генуи могуч в пути далеком,Возврата нет в веселый край родной!..И вечно в даль зовет приветным окомИ слава, и любовь, и смерть в волне морской!..»
Среди врагов
(По цыганской пословице)
Мой черед… На месте лобномПетля страшная висит,Молча в нетерпеньи злобномВкруг толпа врагов стоит;Молча с бородою краснойВстал палач передо мной,Но смеется разум мой:«Все я знаю, все — напрасно!»Я смеюсь, в лицо врагуЯ кричу: «Я жил, страдая,Непрестанно умирая,Умереть я не могу!..Сотни раз живой скелет,Жалкий червь во тьме могилы —Вновь я жизнь и дух, и свет,И дыханье новой силы!..»
К глетчеру
Посвящ. А. Белому
Так в полдень бывает, лишь в горыПоднимется лето, как мальчикСо взором усталым и жгучим,И с нами беседу заводит,Мы речь его видим, но знойноДыханье малютки, так знойно.Как ночью дыханье горячки!..И ель, и ледник, и источникНа лепет его отвечают,Но мы их ответ только видим!Со скал низвергаясь в долину,Колонной дрожащею встанетВдали водопад, и темнееМохнатые кажутся ели;Тогда меж камней, льда и снегаВдруг свет засверкает знакомый,—Не так ли у мертвого очиНежданно блеснут на мгновенье,Когда его нежно малютка,В слезах обнимая, целует…И взор угасавший промолвит:«Дитя, я люблю тебя крепко!»Все шепчет вкруг, страстно пылая:«Дитя, тебя крепко мы любим!»А он, этот нежный малютка,Со взором горячим, усталым,Целует их, полный печали,И греет последнею лаской,И шепчет: «Прощайте навеки,Я юным, друзья, умираю!..»Потом, испуская дыханье,Он слух напрягает тревожно,—Все тихо, все птички замолкли…Но вдруг по горам пробегает,Как молнии блеск, содроганье,И вновь все вокруг замолкает…Так в полдень бывает, лишь в горыПоднимется лето, как мальчик,Со взором усталым и жгучим!..