Чтение онлайн

– Почтенный наставник, когда будешь возвращаться со священными книгами, непременно поживи у меня хоть несколько дней, иначе сердце мое не успокоится.

Танский монах был очень растроган и не переставая благодарил Коу Хуна.

– Если я сподоблюсь лицезреть Будду, то прежде всего поведаю ему о твоей великой добродетели, – сказал он, – а на обратном пути непременно переступлю порог твоего дома и земно поклонюсь тебе в знак глубокой благодарности. Поклонюсь до самой земли.

Так, прощаясь друг с другом, они незаметно прошли еще два-три ли, после чего Коу Хун грустный вернулся домой, а паломники продолжали свой путь. Спустя некоторое время стало темнеть, и наставник сказал:

– Надо бы поискать ночлег, уже вечереет.

Сунь Укун посмотрел вдаль, увидел несколько строений у самой дороги и поспешил сообщить об этом наставнику.

– Вот и ночлег! – сказал он.

Танский наставник пошел вперед и увидел ветхие сломанные ворота, на которых все же можно было разобрать выцветшую от времени надпись: «Обитель бодисатвы Хуа Гуана».

Сюаньцзан спешился, вошел в ворота, и его взору предстала картина полного запустения. Здесь не было ни души. Он уже хотел повернуть обратно, но полил дождь. Пришлось укрыться в этих развалинах.

Всю ночь путники не сомкнули глаз, а утром отправились дальше.

Если хотите узнать, какие еще испытания выпали на долю паломников, прочтите следующую главу.

Итак, паломники провели ночь в уездном городе в округе Медная Башня. Надобно вам сказать, что с некоторых пор там появилась шайка разбойников. И вот однажды они стали толковать между собой, кого бы еще им ограбить, и решили, что самый богатый в уезде человек – это Коу Хун. Вон какие проводы устроил Танскому монаху!

– Ночь нынче темная, – сказал один из грабителей, – дождливая, на улицах ни души, даже караульщики все попрятались, давайте же приступим к делу. Заберем у Коу Хуна все сокровища и опять заживем припеваючи: станем развлекаться с красотками да в кости играть. Плохо ли?

И вот грабители вооружились кто кинжалом, кто колючей булавой, кто клюкой, кто дубинкой, прихватили веревки и факелы и отправились к дому Коу Хуна. Они взломали ворота и с криками «бей!» ворвались внутрь. Все домочадцы в ужасе попрятались и не смели носа высунуть. Хозяйка залезла под кровать, хозяин спрятался за дверь, а сыновья убежали куда глаза глядят. Разбойники бросились к сундукам и корзинам, вытащили из них все золото, серебро, разные драгоценности, головные украшения, наряды, посуду и домашнюю утварь. Тут хозяин не выдержал, набрался духу и, выйдя из-за дверей, принялся умолять грабителей:

– Оставьте хоть что-нибудь из одежды мне, старику, а то лечь в гроб будет не в чем!

Эти слова привели бандитов в такую ярость, что они сшибли с ног несчастного Коу Хуна и тут же его прикончили, после чего покинули дом Коу Хуна, перелезли через городскую стену и стремглав помчались на запад.

Тем временем слуги Коу Хуна, убедившись, что разбойники ушли, начали возвращаться в дом и увидели, что хозяин их мертвый лежит на полу. Тут они стали вопить и причитать.

– О Небо! Наш хозяин убит!

Надо сказать, что хозяйка дома затаила обиду на Танского наставника за то, что он не захотел еще погостить у них, и потому обратилась к сыновьям с такими словами:

– Знаете, кто убил отца и похитил все добро? Монахи. Я сама видела, как Шасэн вытаскивал из сундука золото и серебро. А отца убил Сунь Укун.

Сыновья поверили матери и, как только рассвело, отправились в окружное управление с жалобой.

Там они рассказали правителю о случившемся и просили его по всей строгости покарать виновных.

Правитель выслушал их и велел тотчас же отрядить конных и пеших сыщиков, полицейских и стражников из наемных и отбывающих повинность – всего сто пятьдесят человек. Все они вооружились, вышли из города через Западные ворота и пустились в погоню за четырьмя монахами.

Тем временем паломники, всю ночь промаявшись, на рассвете вышли из ворот и пустились в дальнейший путь на Запад. И надо же было такому случиться, чтобы разбойники, ограбившие дом Коу Хуна, бежали по той же дороге. Они шли до рассвета и, пройдя мимо обители Хуа Гуана, продвинулись на запад примерно на двадцать ли, укрылись в горном ущелье и там стали делить награбленное. Не успели они закончить дележ, как вдруг увидели приближавшихся к ним Танского монаха и его учеников. Видимо, разбойники еще не угомонились, и один из них крикнул:

– Глядите-ка, никак тот самый монах, которого вчера провожали, идет сюда!

– Вот уж кстати! Очень кстати! – загалдели разбойники. – Мы и с ним разделаемся. Что нам законы Неба! Он ведь идет издалека, к тому же довольно долго гостил у Коу Хуна, так что у него наверняка немало разного добра.

И вот, издав боевой клич, разбойники с оружием в руках выбежали на дорогу, выстроились в ряд и закричали:

– Эй, монахи! Выкладывайте денежки, иначе мы всех вас прикончим!

Танский монах, Чжу Бацзе и Шасэн не на шутку перепугались, а Великий Мудрец как ни в чем не бывало оправил на себе одежду, приблизился к разбойникам, скрестил руки на груди и спросил:

– Вы кто такие?

Разбойники разъярились и заорали:

– Ну и негодяй! Еще осмеливается задавать вопросы! Ослеп ты, что ли? Не видишь, с кем разговариваешь? Давай сюда выкуп, и мы пропустим вас!

Слова разбойников так насмешили Сунь Укуна, что он расплылся в улыбке и произнес:

– Вот оно что! Значит, вы разбойники с большой дороги!

– Убить его! – завопили разбойники.

Тут Сунь Укун быстро наклонился, набрал горсть земли, подкинул ее вверх, прочел заклинание, и разбойники, все, как один, вытаращив глаза и растопырив руки, замерли на месте.

Тогда Сунь Укун принялся их допрашивать.

Разбойники во всем чистосердечно признались и стали молить Сунь Укуна, чтобы он сохранил им жизнь.

Танский монах был вне себя от горя и гнева.