Чтение онлайн

— А он тебе правда отец?

Сладко защемило сердце.

— Правда, — соврала она. Какая теперь, к Сашию, разница?

Прошло не меньше трёх лучин. Они уже посидели немного в одной кормильне, перебрались в другую и незаметно перешли на саврянский язык, когда Рыска вдруг спросила спутника:

— А как тебя зовут?

Парень разинул рот.

— А ты этого не знаешь? За семь лет? Мы же учились вместе…

— У меня плохая память на имена, — вновь соврала она. Врать было весело!

— Странно… — пожал плечами парень, но всё же представился. — Янек. Можно просто Ян.

— Что-то ты на саврянина совсем не похож, — заметила Рыска.

— А я только наполовину, — словоохотливо пояснил он. — У меня отец саврянин был, а мама — ринтарка. Он её в войну с собой забрал. А я весь в маму уродился, чуть-чуть только светлее.

Рыска присмотрелась к парню внимательнее, отметив в итоге, что в самом деле, волосы у него не чёрные, а тёмно-каштановые. И глаза — светло-карие. Вот почему бы ей такой же было не родиться?

— Отец дворянин был, а мама — весчанка, — продолжал Ян, радуясь благодарной слушательнице…

— Подожди, — перебила девушка. — А родители отца на их свадьбу разве согласились? — спросила она.

— Конечно! Им мама сразу понравилась. Она у меня очень хорошая!

Рыска лишь кивнула. Вот везёт же некоторым!

— А косы твои где? — скорее, пошутила она.

Темноволосого парня она с косами не представляла. Пожалуй, это было бы курам на смех. Но Ян неожиданно серьёзно ответил:

— Отрезал, как только в Ринтар перебрался. Здесь это по-дурацки смотрится.

Уж куда как по-дурацки… Каждому, видимо, своё. Алька, например, без кос и представить невозможно…

Тьфу ты, ну почему она опять думает о нём?!

— А почему ты в Ринтаре учился? Отец был против? — тряхнув головой и прогоняя непрошенные воспоминания, спросила Рыска.

— Не-ет! — возразил Ян. — Он сам меня сюда отправил, чтобы я овладевал языком и изучал традиции предков.

— А почему отец — был? — задала она риторический вопрос.

— Так умер, — печально ответил парень. — Два года назад. Жаль, сейчас очень обрадовался бы…

Рыска лишь головой покачала. Есть ведь на земле и другие пути: и полукровки, рождённые от браков по любви, и родители, не препятствующие желаниям своих детей… И союзы между дворянином и весчанкой.

Но она почему-то попала на эту дорогу, где одни только «нет» и «нельзя».

Да вздор это всё! Зато она теперь — путница! И что за мысли лезли в голову? От страха, не иначе. Подожди, Пресветлая Хольга, я к тебе пока не собираюсь!

— А ты тоже наполовину саврянка? У тебя мама оттуда, да? — спросил теперь Ян.

— Да, конечно, — снова соврала Рыска, прихлёбывая варенуху. Простое вино ей не нравилось, да и трясло слегка после пережитого, хотелось согреться — так она и сделала, выпив три кружки кряду.

— И поэтому ты так хорошо знаешь наш язык? Она тебя учила?

— Да, — опять с улыбкой кивнула Рыска. Наврать с три короба, пусть обалдеет. Тем более, больше они не увидятся, это точно.

— А почему ты Тамеля в мужья выбрала? — перешёл Ян на более серьезную тему. — Он же… — он замялся, подбирая слово, чтоб и отразить суть, и не обидеть, — вообще никакой, — дал он наконец определение. — Других, что ли, не было? — он подсел поближе к девушке.

— Тебя, что ли? — повернула она к нему голову, раздумывая, стукнуть ли его сразу или нет? Однако немного рассмотрела и решила: да, он, пожалуй, ничего. Мало ли, чем закончится вечер…

— Ну хотя бы!

— Не получилось бы.

— Почему?

— Потому что ты косички отрезал, — полушутливо объяснила она. — Я косички плести люблю!

— И вышла за Тамеля из-за ЭТОГО?

— Ну да, — снова улыбнулась Рыска и уткнулась в свою кружку. — А я, кстати, тоже скоро косички отрежу!

— Зачем? — парень аж подскочил.

— Надоели, по спине хлещут, — честно призналась она. — Да и, может, я вообще в Саврию собираюсь переехать. А там женщины длинные волосы не носят.

— Нет, подожди, — остановил её Ян, — у меня одна штука есть. Мне отец подарил, а я тебе отдам, если хочешь. Повернись, пожалуйста, — попросил он. Рыска повернулась к Яну спиной, а он немного пошевелил её косы. — Покрутись теперь, — предложил он.

Девушка несколько раз мотнула головой. Косы, словно привязанные друг к другу, никуда не делись. Она встала с лавки, покрутилась сильнее — косы не разлетались и не хлестали. Несколько раз подпрыгнула — не хлещут! Словно одна другой мешает это сделать. И как она раньше сама до такого не додумалась? Сняла безделушку, повертела в руке, — как двойной браслетик, восьмерка с замочком.

— Здорово! — искренне восхитилась она.

— Мне тоже косы не нравились, — признался Ян, — а отец настаивал, чтобы я не стригся. Я тоже сказал, что они мне мешают. А он для меня вот эту штучку у ювелира заказал. А я тебе дарю, если нравится!

Рыска пожала плечами.

— Это ведь память о нём, — нехотя возразила она.

Штучка ей на самом деле понравилась.

— Я и так его помню, — махнул рукой Ян, — сына в его честь назову. А это мне больше не пригодится. А тебе… Пусть это тебе удачу принесёт! — парень улыбнулся и вздохнул, отпуская прошлое. — Давай лучше выпьем, госпожа путница!

После того, как они в очередной раз выпили, Ян спросил:

— А ты как себя называть будешь?

— В смысле? — не поняла Рыска.

— Ну, у каждого путника есть прозвище. Вот твоего отца зовут Крысолов. А ты, раз стала путницей, тоже должна что-то придумать.

Рыска растерялась. Да, заучилась она совсем… Всякие забавные традиции прошли стороной.

— Я о таком и не слышала, — призналась она. — Да и, вообще, это не я должна придумывать, а молва. Люди. Им виднее.

— Согласен, — кивнул Ян.

Они выпили ещё: за удачные прозвища, которые им со временем придумают.

И вдруг Ян спросил, совсем уже по-свойски:

— А почему того саврянина, ну, который к тебе приезжал, так называют?

Рыска похолодела изнутри, но беспечно спросила:

— Какого саврянина?

— Высокий такой, с двумя мечами. Если мне не изменяет память, из Хаскилей, хотя геральдику я плохо знаю. У него на седле герб был: щит, два меча крест-накрест и звезда.

— И как его называют? — удивилась Рыска.