Чтение онлайн

Святитель Афанасий Великий пишет, что как семена, бросаемые в землю, так и мы, умирая, не исчезаем, разрушаясь, но сеемся, чтобы воскреснуть, ибо смерть упразднена благодатью Спасителя [ [1024] ]. Преподобный Иоанн Дамаскин, глядя на семена растений, говорит: «Кто вложил в семена корни, стебли, листья, колосья и тончайший пух? Не Творец ли всяческих? Не Его ли Божественное повеление все воздвигло? Так «веруй же и ты, что Воскресение мертвых произойдет по Божественному желанию и Божественному мановению». Ибо у всемудрого Бога наряду с волей есть — как согласный единомысленник и помощник — сила, чтобы совершить то, что Он пожелает» [ [1025] ].

Таким образом, сеяние и плодоношение показывают нам, что и мы должны ждать «весны наших тел», как прекрасно писал латинский апологет II века Минуций Феликс [ [1026] ]. Земля ныне засевается человеческими телами, но когда наступит конец нынешнего века, она снова произрастит их силой Божией. Человеческое тело сегодня предается земле, но ожидает своего воскресения в Последний День. Таким образом, «каждый гроб — это {стр. 465} ковчег нетления» [ [1027] ]. Поэтому и божественный Златоуст восклицает в своем Огласительном слове, читаемом на Пасху: «Воскресе Христос и мертвый ни един во гробе!»

5. Церковные писатели и божественные отцы, уча о воскресении тел как о деле всемогущества Божия, используют и другой пример: зачатие и рождение человека. Святые мученики Иустин, Афинагор и Феофил Антиохийский, твердо и без тени сомнения верующие в воскресение тел, отмечают: как Бог определил, чтобы из «единого и простого семени», из малой капли «человеческого семени» создавались кости, жилы и плоть и получался целый полноценный человек, подобным же образом Бог может соединить «разрушенное» тело и воскресить мертвое [ [1028] ]. Святитель Кирилл Иерусалимский спрашивает: «Где были мы, ныне говорящие и слушающие, сто или двести лет назад? Или ты не знаешь, что «мы рождаемся из слабых, безобразных и одновидных веществ»? И, однако, из этого «одновидного и слабого» вещества образуется живой человек; из этого слабого, получившего плоть, образуются крепкие нервы, ясные глаза, ноздри для обоняния, уши для слышания, язык для слова, сердце бьющееся, образуются руки для работы […]. И это слабое становится человеком — корабельщиком, строителем, архитектором […], правителем, законодателем и царем». И святой заключает: «Бог, создавший нас из бесформенных веществ и «претворяющий в тело» таким чудесным образом «ничтожнейшее», разве не может Он вновь воскресить «умершее тело»? Тот, Кто создал творение, прежде не существовавшее, разве не может воскресить тело существующее, но умершее?» [ [1029] ]

{стр. 466}

Святитель Афанасий Синаит, обращаясь к тому, кто недоумевает, как может воскреснуть мертвое тело, пишет: «Если в твоей душе зародится сомнение в воскресении, когда видишь «уже бездушный прах во гробе» и задаешься вопросом, как «этот жалкий мертвый прах» может стать «одушевленным и полноценным человеком», то немедленно проследи за собой. Тогда ты увидишь, как станет реальностью «образ (прообраз) телесного воскресения». Откуда «ты восстал и сделался целым и одушевленным человеком»? Разве силой Божией ты возник не из зачатия, беременности и рождения? А если ты все еще недоумеваешь «о безжизненном прахе тел» и сомневаешься в том, «как неодушевленное возрождается одушевленным», то природа дает тебе много тому примеров» [ [1030] ].

Ту же мысль развивает и преподобный Иоанн Дамаскин. Он говорит: «Бог, преложивший прах в тело одной Своей волей, определивший, чтобы одна «малая капля семени» возрастала и придавала форму этому сложному человеческому телу, — разве Он не может воскресить по Своему желанию то, что было, а потом разрушилось?» [ [1031] ]

6. Воскресение тел предстает как осуществимая для Божия всемогущества благодать и в свете следующего рассуждения: «Что легче — творение из ничего или творение из уже существующей материи? Конечно, второе. Но если Бог совершил первое, то неужели Он не может совершить и второе?» [ [1032] ] Святой Иоанн Златоуст, обращаясь к неверующему и сомневающемуся в телесном воскресении, говорит: «Как тебя сотворил Бог? Разве Он не взял землю и создал? Так что же труднее? Сотворить из земли «плоть, вены, кожу, кости, ткани, жилы, артерии» {стр. 467} и прочее или дать бессмертие тем, которые сделались тленными? Бог, создавший несметные воинства бесплотных Ангелов, разве не может обновить разложившееся человеческое тело и облечь его в большую честь и славу? Отвечай же мне, неверующий, что легче, — чтобы Бог создал кого–нибудь из ничего или чтобы вновь восстановил разрушенное?» [ [1033] ] Ответ ясен. Тот, Кто одной Своей волей и словом возвел из небытия бесплотные силы святых Ангелов, небо, землю, море и все видимое и невидимое творение, может с гораздо большей легкостью одним Своим словом воскресить известным лишь Ему образом и воссоздать тела усопших [ [1034] ].

Святитель Кирилл Иерусалимский приводит из Священного Писания свидетельства, подтверждающие воскресение, особенно выделяя те случаи, которые представляют какую–либо с ним аналогию. Мертвый жезл Аарона пророс без воды и некоторым образом воскрес — а сам Аарон не воскреснет? Сухой посох Моисея преобразился в змия — а тела святых не могут воскреснуть и ожить? Тогда повеление Божие было сильно — а теперь нет? [ [1035] ] Так что «воскресение плоти есть сила Божия», превосходящая наш разум, но утверждаемая верой и видимая и явленная в делах Божиих [ [1036] ].

7. Сомневающиеся в воскресении мертвых задают и такой вопрос: «Как же воскреснут тела тех, кого съели дикие животные или поглотили морские чудовища?» Но если мы верим, что в Божией руке глубины земли (Пс. 94, 4), то почему же мы не верим в воскресение этих тел? Разложилось ли тело или съедено, оно равно находится во всемогущих руках Божиих. Под Его державной {стр. 468} властью и огонь, и реки, и моря, и все звери морские и земные. У Его всесильной премудрости есть способ извлечь оттуда тела, воссоздать и восстановить их [ [1037] ].

Апологет Татиан, рассуждая о воскресении мертвых, говорит следующее. Я, который перестану существовать телесно и стану невидим по причине смерти, воскресну и снова буду существовать, точно так же, как я пришел в жизнь через рождение, не существовав до того. И даже если мою плоть уничтожит огонь, испарившуюся материю моего тела снова принял видимый мир. И даже если я погибну в реках или морях или буду растерзан зверями, то опять–таки я попаду в кладовые богатого Владыки. И Царствующий над всем творением воссоздаст, когда захочет, изначальную красоту моей сущности, ведомую и видимую только Ему [ [1038] ].

Божественный Кирилл Иерусалимский также отвечает выдвигающим возражения.

Как воскреснет тот, кто умер, разложился и кого съели черви, сами, впрочем, разложившиеся и исчезнувшие? Моряков съели рыбы, сами съеденные другими рыбами. Сражавшиеся с дикими животными съедены медведями и львами, других пожрали вороны и коршуны, которые, летая на все четыре стороны, были умерщвлены в различных местах. Откуда будет собрано тело, чтобы воскреснуть? «Но все это, — отвечает святой отец, — что кажется тебе, «существу весьма ограниченному и слабому», недостижимым, возможно Богу. Ибо Он содержит «в руце Своей» все творение. И вместо того, чтобы осуждать Бога и соотносить Его с нашей собственной немощью, внимательно наблюдай силу Божию, которая поистине беспредельна» [ [1039] ]. И святитель {стр. 469} Афанасий Великий подобным образом утверждает и добавляет: «Когда придет час всеобщего Воскресения мертвых, то по велению Божию каждая из стихий отдаст то, что получила от человека, и таким образом, как это известно только Творцу человека» [ [1040] ].

Но послушаем и святителя Иоанна Златоуста, пространно отвечающего тем, которые говорят: «Некто плавал по морю, и утонул, и был растерзан рыбами, каждая съела по кусочку. Потом одна рыба была проглочена в том же заливе другой рыбой, другую проглотила у другого побережья большая. Этих рыб, возможно, потом выловили люди и съели, а тех, в свою очередь, растерзали звери. После всей это путаницы и рассеивания как может снова воскреснуть утонувший мореплаватель?» На все это, называемое «ворохом бессмысленностей», божественный отец отвечает так. «Если не случится все, о чем вы говорите, и тело умрет естественно и разложится, то как «соединятся пыль и прах, как появится цвет тела»? Не достойно ли и это недоумения? Кроме того, «жизнь появляется из тления», как говорит божественный Апостол Павел на примере семени, которое сажается в землю и тлеет, а потом прорастает. Более того, разве не одна и та же вода падает из облаков дождем на землю? Но она, имеющая «единое качество и единую природу», в лозе делается вином, листьями и соком, в оливковом дереве — маслом и всем прочим, и, что еще удивительнее, тут она является «влажной, а там сухой», здесь «сладкой, там кислой, а там терпкой», а в другом месте горькой. Как это происходит?» Божественный отец, развивая этот аргумент, напоминает, что каждый день мы видим «воскресение и смерть» во всех возрастах и добавляет: «Хотя существует столько «неясного и даже слишком много неясного» в видимом творении, то есть этих неясностей так много, что не просто трудно, а {стр. 470} очень трудно их понять и истолковать, и тем не менее мы, к сожалению, не извлекаем урока и не прекращаем сотрясать воздух словами на эту тему». И заканчивает он призывом: «Научись, человек, от здешних земных событий и не любопытствуй и не заглядывай на небо», не любопытствуй и не занимайся делами небесными и Божиими. Скажи мне: ты не знаешь земли, от которой ты родился, на которой вскормлен, на которой живешь и по которой ходишь, без которой не можешь и вздохнуть, а сам пытаешься объяснить то, что так далеко от тебя? Давайте доверимся тому, что открыл нам Бог в Священном Писаний, давайте раскроем парус веры, используя как корабль Священное Писание, и не будем подвергать себя явной опасности» [ [1041] ], которая нас ввергает в бездну ересей.

Итак, истина, брат мой, заключается в том, что Божественное всемогущество совершит и чудо воскресения мертвых тел и, несмотря на постоянный круговорот и смену элементов, наша личность как таковая, то есть душа, сохраняется живой, невредимой и бессмертной. А всесильная Премудрость Божия снова соткет для нас из существующих элементов новую сияющую одежду — нетленное и вечное тело.

{стр. 471}