Чтение онлайн

Ведь предполагалось, что это машина-разведчик, мать вашу!

Мотоциклисты не шевелились. Оба целились в багажник «туарега», почти в трех жандармов.

В случае паники мы просто перестреляем друг друга!

Людивина осторожно перешагнула через ограждение, чтобы отойти в сторону еще на метр, и медленно двинулась вперед, не отрывая взгляда от лобового стекла «туарега». Она возьмет на себя того, кто первым откроет дверцу с ее стороны.

Мотор «туарега» вдруг заглох, и напряжение немного спало. Это был уже первый признак капитуляции.

– Выходите! – рявкнул Ив. – Без резких движений!

Дверца со стороны Людивины начала открываться, и та сразу крикнула:

– Руки на затылок!

На асфальт ступила одна нога в массивной белой кроссовке и мешковатой джинсовой штанине. Потом бандит показался целиком, подняв руки над ежиком волос. Людивина заметила, что то же самое происходит со стороны водительского сиденья, услышала, как Франк выкрикивает приказы, пытаясь перекрыть оглушительный рев грузовиков, несущихся мимо.

Мужчине, стоявшему перед Людивиной, было лет тридцать. Худощавый, в черной куртке-бомбере с белыми рукавами. Пристальные ярко-голубые глаза, ледяные, бесстрашные. Впалые щеки, мрачный вид. Да уж, не ангел. Совсем наоборот. Во взгляде читалась жутковатая холодность, тяжелая ненависть. Явно не пригородная шпана, которая выпендривается перед своей бандой. Этот человек представлял собой серьезную угрозу. Такие способны на все, они идут до конца. Если понадобится, в одиночку. Людивина не сомневалась, что при других обстоятельствах он, не колеблясь ни секунды, разрядил бы в нее пушку, чтобы сбежать.

– Отойди от машины! – приказала она. – Руки на затылке!

Один из мотожандармов бросился ей на подмогу, и, когда он оказался рядом, Людивина, отнюдь не трусиха, почувствовала облегчение. Пока задержанный был на мушке у ее коллеги, она убрала «зиг-зауэр» в кобуру и достала наручники.

– Повернись. На колени. Ну! Живо!

Мужчина полоснул по ней ледяным взглядом, и уголки его губ дрогнули в презрительной усмешке, прежде чем он подчинился.

Защелкнув браслет на правом запястье, Людивина заломила ему руку за спину, чтобы обездвижить. Надев второй браслет, знаком велела мотожандарму присматривать за арестованным, а сама огляделась, оценивая расклад.

Водитель тоже был в наручниках, его охранял Франк. Ив осторожно открыл багажник «туарега». Людивина встала поодаль, держа руку на кобуре, готовая в любой миг выхватить пистолет. Фары мотоциклов осветили нутро «туарега».

Пусто. Ни контейнера, ни спортивной сумки – ничего такого, в чем можно перевозить наркотики.

– Вот дерьмо, – буркнул Ив.

– И какого черта они тогда удирали? – подумала вслух Людивина. – Может, сами под кайфом?

Ее внимание привлекло движение с правого бока машины. Вдруг задняя дверца распахнулась. Оттуда выскочила тень и перемахнула через ограждение.

– Эй! – заорала Людивина, бросаясь в погоню.

Темная фигура мчалась вверх по склону, поросшему травой. В руке у беглеца была спортивная сумка. Людивина слышала, как Ив выкрикнул ее имя, но не стала терять время – бандит и не думал останавливаться, а верхушки деревьев, которые маячили над склоном, не предвещали ничего хорошего. Если ему удастся добраться до леса, найти его там среди ночи будет невозможно.

Людивина старалась как можно быстрее подняться по склону, вонзая мыски ботинок в рыхлую землю, чтобы не поскользнуться. Беглец не реагировал на ее требования остановиться – знал, что никто не решится стрелять ему в спину. Людивина, как хорошая спортсменка, набирала скорость, стараясь дышать размеренно. Она уже наловчилась удерживать равновесие и огибать кусты, но мысленно проклинала свои «гортексы», которые тормозили в траве хуже, чем кроссовки. И все же она неуклонно сокращала дистанцию – человек впереди бежал кое-как, ему мешала сумка в руке.

Там дурь! Он удирает с товаром!

Деревья на вершине откоса становились все выше, темная стена леса раскачивалась на ночном ветру. Людивина собрала все силы и прибавила скорости. Мышцы бедер сокращались при каждом шаге, ягодицы по очереди напрягались, икры были крепче стали. Она поднималась по склону быстрее, чем бандит. Его темный силуэт маячил уже в нескольких метрах, паника и тяжелая сумка мешали ему сосредоточиться.

Людивина же дышала ровно и двигалась размеренно. Разогретые мышцы несли ее к цели. Она уже почти могла дотянуться до беглеца.

Почувствовав спиной, что преследовательница совсем близко, мужчина резко развернулся, чтобы нанести ей прямой удар в челюсть. Людивина увидела черное лицо с огромными белками глаз и приближающийся кулак. Она прикрыла голову предплечьем и с разбегу намеренно врезалась в беглеца, сбив его с ног. Оба упали и откатились в разные стороны. Людивина вскочила и снова увидела кулак, летящий к ней. От бедра шагнула назад, открытой ладонью оттолкнула кулак противника и ударила его локтем. Рассчитать удар она не успела – локоть задел бандита по лбу, он схватил ее за ворот бронежилета и швырнул на землю. Людивина упала навзничь. Теперь можно было рассмотреть врага: это был здоровенный парень с лицом чернее ночи и таким же решительным видом, как у подельника из «туарега». Он хотел пнуть ее, но Людивина откатилась, и кроссовка лишь скользнула по бронежилету. Одним прыжком она оказалась на ногах, пытаясь дышать ровнее, чтобы гипервентиляция не лишила ее способности ясно соображать.

– Убью, сука, – процедил сквозь зубы беглец, доставая из кармана нож со стопором.

Он задыхается, отметила про себя Людивина в тот момент, когда парень бросился на нее, выставив вперед лезвие.

Шаг от бедра, чтобы уклониться. Удар ладонью в предплечье, чтобы отвести оружие. Шаг назад, чтобы восстановить равновесие. Мощный удар с разворота коленом в поясницу. Сжать кулак, прицелиться в челюсть, выкинуть руку вперед, словно отпустить натянутую резинку, короткий, идеально точный удар. Прямое попадание. И сразу второй рукой удар в лицо. Напоследок – тычок в шею. Заметить, что рука с ножом в пределах досягаемости, ухватить запястье, зажать, как в тисках, крутануть в сторону, противоположную естественному сгибу, провернуть. Хруст. Крик. Удар ступней под колено, резкий, жесткий, чтобы заставить ногу противника согнуться. Добыча падает на колени. Заломить руку за спину. Он упирается. Поднять ногу и врезать коленом по скуле. Не разжимать хватку на запястье, хотя его тело заваливается на бок. Схватить за ворот другой рукой. Заломить локоть сильнее и обездвижить. Грубо толкнуть вперед, уложить ничком, впечатать морду в грязь, коленом придавить позвоночник. Упереться в землю второй ногой, чтобы сохранить равновесие…

Преследуемый обезврежен и стонет.

Людивина наносила удары, не задаваясь вопросами. Как робот. Сейчас она заметила, что плечо парня выглядит странно – сустав был вывихнут, и он вскрикивал каждый раз, когда Людивина сильнее сжимала руку, заломленную за спину. Она достала вторую пару наручников и защелкнула их. Теперь уже никуда не денется.

Она встала, стараясь восстановить дыхание.

Все произошло очень быстро. Людивина поискала в траве сумку.

Ив поднимался по склону, выкрикивая ее имя. Людивина помахала ему, обозначая свое местоположение. Фары «кайена» в синем сиянии мигалок мотоциклов казались бесконечно далекими.

Сумка валялась совсем рядом.

Только бы там оказалась дурь. Если я переломала этому чуваку кости ни за что, проблем не оберешься…

Людивина подняла сумку и удивилась ее весу.

Килограммов десять. Надеюсь, в ней порошок. Если так, это будет большой улов. Просто огромный.

Она расстегнула молнию и откинула клапан.

Внутри были пластиковые пакеты, но слишком большие для упаковки наркотиков, и содержимое их было темнее. Янтарного цвета. Людивина пошарила в сумке рукой – дюжина пакетов, не меньше, и все довольно крупные и тяжелые. Достала один, размером с небольшой постер, и с первого взгляда не поняла, что в нем такое. Нечто с неровными краями и темной каймой.