Чтение онлайн

— Надо же. Интересно, я тоже в такое попадал. Просто написали, что уже двое суток прошло и все. Считай, два дня из жизни выкинул.

— Вот и я о том, же. На красных регионах чехарда очень часто случается. Мало кто может живым из нее выбраться. Только очень опытные колонисты, подготовленные. Ну, а на черной, чехарда это нормальное состояние. Там порой одна другую сменяет так быстро, что колонисты даже понять не успевают, когда что началось и когда закончится. Только и могут по таймеру определиться. А еще я слышал, что на черноте могут сразу несколько событий одновременно протекать. Такие дела.

Парни докатили телегу к глубокому оврагу. Возле самого края берег был уплотнен досками, чтобы земля не осыпалась и не утащила работяг вместе с бочками вниз. Стаскивать бочки было не просто, для этого на передней части телеги был закреплен деревянный рычаг с веревкой. Бочку обвязывали петлей за углубление, что шло по краю, один приподнимал, второй направлял ее через борт на землю. Затем ее подтаскивали к краю и сливали. Содержимое бочки нередко выплескивалось от резких движений, обливая с ног до головы того, кто направлял. Веселая работа, хорошо слаживала коллектив, если так можно было сказать. Благо Фесурий ловко управлялся с рычагом, и потому обходилось без последствий. А вот Грай дважды умудрился окатить Элогира, за что и получил от товарища смачных пинков и подзатыльников. Ко всему прочему еще и цепь, которой парни были прикованы к телеге, сильно мешала, путаясь под ногами.

Как только опустевшие бочки вновь оказались на телеге, Эл встал возле обрыва и посмотрел на открывшийся вид.

— Красиво, — протянул он.

Серые облака низко неслись над самыми верхушками пестрых деревьев. Здесь лес не был таким высоким, как тот, что Эл встретил в первый день на Континенте. Деревья здесь виднелись разные, высокие, низкие, ветвистые, почти голые, темно красные и светло-зеленые с голубоватым оттенком. Полоса леса краем уходила почти до горизонта, местами вздымаясь на холмах, или проваливаясь во впадины и низины. Овраг хоть и был глубоким, но с пологими берегами. При желании можно было спуститься вниз на самое дно, густо поросшее кустарником. Вот только делать этого никто в здравом уме не станет, зная, сколько бочек за последнее время туда опорожнили.

— Нагляделся? Назад пора, — выдернул из дымки размышлений Фесурий.

Возвращаться было легче. Пустые бочки громыхали на кочках, телега почти не скрипела и не увязала колесами в размокшей от дождя дороге. Мелкие капли ударялись о шею, стекали вниз по спине, грелись на горячей коже и паром вновь поднимались вверх. Торопиться было некуда, Так как главной движущей силой среди всех четырех «золотодобытчиков» был Фесурий, поэтому если он черпал, то торопиться приходилось тем, кто вывозил, а если вывозил, то соответственно тем, кто черпал. Человек он был добродушный, и людей не подставлял. Старался работать так, чтобы другие за ним поспевали. Не хотел, чтобы из-за него парни получали тумаков.

— Фесурий, а как границы между регионами пролегают? То есть я имею в виду, насколько резким бывает перепад?

— Хм, собственно сами границы имеют довольно резкие линии. Вроде стоишь на зеленке, сделал шаг и ты уже на желтом. Но ведь границы это просто линии на карте. А вот серая пыль она в воздухе висит, и никакой преграды невидимой нет, чтобы защищать один клочок земли от другого. Поэтому концентрация серой пыли постепенно падает с приближением к зеленому региону, до тех пор, пока не станет совсем приемлемой, чтобы даже новички могли себя превосходно чувствовать. Поэтому и плотность серой пыли у разных границ разная. К примеру, взять желтый регион, на границе с красным серой пыли много будет, шкала быстро заполняться начнет, а вот на границе с зеленым почти нейтральной будет, шкала встанет, скорее всего, на одном месте. Такие дела.

Фесурий приостановил телегу, вытер рукой лицо от дождя, посмотрел на небо.

— Эх, когда уже погода наладиться, — произнес он задумчиво. — Про регионы многое рассказывать можно, но даже я всего не знаю, а то, что знаю, порой неверным оказывается.

— Это как? Что-то я не совсем понял, — Эл уставился на напарника.

— Ну, вот я всегда думал, что регионы примыкают друг к дружке только по уровню возрастания опасности: к зеленому — желтый; к желтому — красный; а к красному — черный. Но не так давно узнал, что бывает и так, когда среди черных регионов может зеленый затесаться или наоборот. Такие места аномальными называют. Уж не знаю, правда это или нет, но на Тиадоре я давно чему-либо удивляться перестал.

— Интересно. Не логично это. Ведь если на черном регионе плотность серой пыли зашкаливает, то он весь зеленый ею затравит, и не будет зеленый уже зеленым… Очень странно.

— Вот и я о том же. Ты еще про чехарду не забывай. Она ведь может и приграничные регионы цеплять. Ты, говорил, что в Озерном был. Так вот может тебе рассказывали местные, какая у них неприятность однажды случилась, что две трети поселка чароху порвали? Так вот чехарда тогда случилась на примыкающем желтом регионе, а Озерный он как раз недалеко от границы стоит. Вот и зацепило его.

— Так вот оно что. И зачем они только поселок там поставили, неужели не знали о таком явлении?

— Это ты не у меня спрашивай, а у тех, кто поселок основал.

Элогир споткнулся о выпирающую кочку и чуть не упал. Фесурий вовремя успел схватить его за воротник.

— Спасибо, — произнес Эл. — Обувь мою новую забрали, а взамен дали вот это старье. Теперь ноги на ровном месте подворачиваются. После отработки хоть мои вещи вернут?

— Держи карман шире. Все что уплыло в руки Туко и его прихвостней, навсегда утеряно для простого человека.

— Гады, разорви их чароху, — сплюнул Элогир на землю. — Фесурий, а почему событие региона чехардой называют?

Мужчина почесал короткую седую бороду, которую успел отрастить, пока сидел в заключении.

— Вроде раньше на Земле так перемены называли, если они беспорядочные были и неконтролируемые. Но я толком не знаю, это ты лучше к историкам с такими вопросами обращайся, они больше ведают.

Незаметно напарники подкатили к выгребной яме, где Грай и еще один заключенный как раз закончили черпать в бочки. Еще один рейс Элогир сделает с Фесурием, а потом поменяются. В охране стояли Квак и Кривой. Рожи у обоих недовольные. Еще бы, кто захочет целый день под дождем стоять и вдыхать зловония из ямы.

— Чего еле тащитесь? — заорал Квак.

— Так вроде как раз вовремя, — развел руки Фесурий.

— Ты меня еще поучи, что вовремя, а что нет!

— Напарничка своего подгоняй почаще, — подключился Кривой. — Идет как баба еле-еле и бердами виляет. Будет и дальше так ходить, я ему покажу, что мужики с бабами делают.

Оба заржали, решив, что шутка вполне себе удалась. Четверо заключенных стояли молча.

— Ну, что рты раззявили? Опорожняй бочки и грузи в телегу. В Бастион возвращаться будем.

— Так зачем мы тогда вообще их нагребали? — возмутился Грай.

Кривой схватил кусок грязи побольше и швырнул в солдата, попав прямо в пах. Грай согнулся пополам с глухим стоном. Охранники вновь заржали.

— Ты вопросы будешь милому своему задавать, а мои приказы молча выполнять! Понял, чурила?!

Вскоре все заключенные, а их теперь было девять человек, сидели в бараке и слушали, как мелкий дождь шипел на деревянной крыше. В камере было холодно и сыро, поэтому некоторые ходили по кругу, а Грай так вообще предложил Элогиру заняться физической культурой. Занятие не самое приятное, но согреться помогало. К тому же благодаря ему потихоньку прибавлялись цифры к шкале опыта. Эта проблема сильно волновала искателя. За девять дней изнурительного рабского труда он только и успел чуть больше шести тысяч опыта накопить. До шестнадцатого уровня оставалось еще три с половиной тысячи, а это по средним подсчетам четыре, а то и пять дней. Нет, такая математика ему совершенно не нравилась. Ко всему еще и легендарное задание висело на нем как бомба с замедленным механизмом. Вот разве мог он тогда знать, что такая неприятность с ним случится. Хотя, если рассудить трезво, то даже знай Эл о таких последствиях, то все равно бы задание принял. Слишком уж соблазнительно оно выглядело.