Чтение онлайн

– Я надеялся, что он погибнет в бою, - слабо произнес Тассило.
– По крайней мере, это была бы почетная смерть. И наши руки не были бы запятнаны кровью родича.

– Но он не погиб, - сказал Бальдемунд.
– И эта война скоро закончится. То, что мы сделаем, послужит для блага рода Гарамон. Помни об этом.

– Мы предали бы наш род, если бы не стали действовать, - добавил Хьюбальд.

– Я не знаю… - вздохнул Тассило.
– Что если Фолькар ошибается?

– Фолькар не ошибается. То, что мы должны сделать, никого из нас не радует, - прошипел Бальдемунд.
– Но это наш долг. Кровь Калара нечиста. Его мать была запятнана скверной. Его сестра ненормальная, а его брат… мы все видели, чем был его брат. Мы не можем рисковать тем, что кровь рода Гарамон окажется навеки осквернена.

– Калар должен умереть, - сказал Хьюбальд.
– И мы убьем его прямо сейчас.

ГЛАВА 20

Калар присел на простую скамью в одном из кухонных помещений цитадели. Он невыносимо устал, но упорно не позволял себе задремать. Благородные господа редко заглядывали в кухни, и обстановка этого помещения была простой и функциональной, без особых удобств и украшений. Но даже просто сидеть и отдыхать здесь, хотя бы и не снимая доспехов, казалось Калару почти роскошью.

Положив меч на широкий деревянный стол перед собой, он жевал кусок солонины, которую Бертелис нашел в одном из глиняных горшков в кухонной кладовке. Они с братом и имперским послом Дитером Вешлером вместе выпили найденный здесь же кувшин вина. Хотя это было дешевое вино, используемое для приготовления соусов - все действительно ценные вина, несомненно, были спрятаны в глубоких подвалах под цитаделью - Калару показалось, что он в жизни не пил ничего вкуснее.

Они сидели в молчании. В разуме Калара беспорядочным вихрем кружились мысли и эмоции. Он вспоминал видение Зеленого Рыцаря и пытался понять его смысл, но в голову все время приходили мысли об Элизабет и ее ребенке от норсканца. Также Калара сильно волновала мысль о предстоящем поединке Реола с вождем варваров. Он был уверен, что эту дуэль будут помнить многие годы по всей Бретонии, и чувствовал себя польщенным, что ему выпала честь присутствовать при таком историческом событии.

– Он же победит, правда?
– сказал Бертелис.

– Владычица с ним, - кивнул в ответ Калар.

– Я никогда не видел лучшего фехтовальщика, чем он, - сказал Дитер.
– За исключением разве что Людвига Шварцхельма - чемпиона Императора. Да и то трудно сказать, кто лучше…

– Думаете, ваш чемпион смог бы победить Реола?
– с сомнением спросил Бертелис.

– Ну, я бы не поставил на это все свое состояние, - ответил Дитер.
– Возможно, только часть.

– А я бы все свое состояние поставил на Реола, - сказал Бертелис.
– Если бы оно у меня было.

– Милостью Зигмара, пусть такие ставки останутся только гипотетическими, - сказал Дитер.
– Наши страны давно связывают узы дружбы, и пусть так остается и впредь.

– Выпьем за это, - сказал Калар.
– Врагов у нас и так достаточно.

Они с Дитером подняли свои кубки. В этот момент дверь в кухню распахнулась, и вошли Хьюбальд и Бальдемунд. Кузены Калара были мрачными и напряженными.

Калар встревоженно поднял брови.

– Тассило?
– спросил он.

– Ему хуже, - сказал Хьюбальд, встав напротив Калара. Бальдемунд присел на стол, отодвинув в сторону клинок Гарамона.

Калар и Бертелис встали, намереваясь пойти к раненому, но Бальдемунд поднял руку, остановив их.

– Он очень слаб. Лекарь сказал, что он может принимать только одного посетителя за раз. И первым он хотел бы видеть Бертелиса.

– Правда?
– удивился Калар, который всегда был более дружен с Тассило, чем его брат.

Бальдемунд кивнул.

Калар посмотрел на Бертелиса, который пожал плечами.

– Ну что ж, раз он просил тебя прийти, иди, - сказал Калар, и Бертелис ушел.

Хьюбальд, переглянувшись с Бальдемундом, прочистил горло и повернулся к Дитеру.

– Посол, вы не позволите нам поговорить? Мы с кузеном должны обсудить одно семейное дело с лордом Гарамоном.

– Конечно, - сказал Дитер. Он поднялся, вежливо поклонился Калару и вышел.

Хьюбальд и Бальдемунд остались в кухне с Каларом, который предложил им кувшин с вином. Они отказались, и Калар, нахмурившись, поставил кувшин обратно на стол.

– В чем дело?
– спросил он, испытывая дурное предчувствие. Тассило мертв? Что-то случилось с Элизабет?

– Ты знаешь, что мы верны роду Гарамон, не так ли, кузен?
– начал Хьюбальд.

– О чем ты говоришь?
– удивленно произнес Калар.
– Конечно, я знаю это.

– И ты знаешь, что если что-то будет угрожать роду Гарамон, мы сделаем все, что в наших силах для его защиты, да?
– продолжал Хьюбальд.

– К чему ты это?
– спросил Калар.

Бальдемунд встал. Калар удивленно посмотрел на своих кузенов, мрачно стоявших перед ним.

– Ради богини, говорите уже, - потребовал он.

– Я сожалею, что дошло до этого, кузен, - вздохнул Бальдемунд, и они с Хьюбальдом вытащили из ножен мечи.

– Это еще что такое?
– спросил Калар, только сейчас заметив, что не успеет дотянуться до своего меча.

– Давно пора было это сделать, - мрачно произнес Хьюбальд, обходя стол и приближаясь к Калару с мечом в руке.

– Прости, Калар, - сказал Бальдемунд, обходя стол с другой стороны.
– Чистота крови нашего рода должна быть сохранена.

Калар вскочил, опрокинув скамью, на которой он сидел. Хьюбальд подхватил со стола клинок Гарамона и отшвырнул его в сторону. Меч со звоном упал в углу кухни, скользнув под большую печь, встроенную в стену.

– Твоя кровь проклята. Ты знаешь это не хуже нас. Мы не можем позволить тебе привести род Гарамон к гибели.

– Это безумие, - прорычал Калар, попятившись от двух вооруженных рыцарей.

– Нет, - возразил Хьюбальд.
– Безумием было бы для нас пренебречь клятвой, которую мы дали твоему отцу, и позволить его роду пасть в проклятие.

– Ту же клятву вы давали мне, - с горечью сказал Калар.
– Где же ваша честь?

– Ты должен был отказаться от титула кастеляна и позволить твоему брату править, Калар, - сказал Бальдемунд.
– Ты бы избежал всего этого.

– Хватит болтовни, - прошипел Хьюбальд.
– Пришло время стереть пятно скверны с чести рода Гарамон.

Калар прижался спиной к стене. Бежать было некуда.

– Пожалуйста, не презирай меня за мое участие в этом, - с трудом произнес Тассило, лихорадочно глядя на Бертелиса.

– Тише, - сказал Бертелис.
– Успокойся, кузен. Тебе надо отдохнуть.

– Ты не понимаешь, - прохрипел Тассило.
– Это необходимо сделать! Ради блага рода Гарамон!

– Постарайся заснуть, кузен, - сказал Бертелис.
– Ты почувствуешь себя лучше, когда отдохнешь.