Чтение онлайн

— Милая, мне нужно съездить по делам, не переживай, всё будет хорошо. И ни о чём не думай.

— Я верю тебе, милый. Будь осторожен…

Главная роль предназначалась Тине Джонс — дочери Жанин, тёте Патрика. Тина была миловидной девушкой с тёмными длинными волосами, которые она часто забирала в конский хвост на затылке. Этот хвост был как плётка умелого ковбоя, который усмирял коров и делал их послушными тёлочками. Тина легко могла приструнить этим хвостом надоедливых поклонников — одного раза хватало взмахнуть им в сторону неугодного, и всем всё сразу становилось понятно: лучше с огнём не шутить!

Длинные тонкие руки Тины обычно плетями свисали вдоль тела, даже не пытаясь найти себе применения. Но вот ноги, наоборот, были коротковаты, что делало фигуру не совсем пропорциональной. Однако все решала большая грудь. Вот здесь природа постаралась и щедро наградила девушку. Одного взгляда на Тину хватало, чтобы понять: даже если бы у неё не было рук и ног, грудь возместила бы эту ущербность.

Патрик ехал на встречу со своей кузиной, чтобы поговорить об одном важном деле. Необходимо было уговорить Тину встретиться с Уиллом и соблазнить его. Как она это будет делать, его не особо волновало, главное — результат. Нужно затащить Брауна в постель и привязать к себе. Таким образом, он будет держать Уилла на расстоянии и при этом знать все его планы относительно себя и Лилии.

Выйдя из машины, он пошёл к дому Жанин Джонс, где жил, когда только приехал в Новый Орлеан. Дверь открыла Тина, как всегда загадочно улыбающаяся, с красной помадой на губах. Милая Тина, она всегда была при параде, ожидая, что в любой момент в дверь может постучаться потенциальный муж.

— А, это ты? Заходи, — Тина отошла от двери и проследовала на кухню, сверкая голыми ногами.

Изумлённо взглянув на эту картину, Патрик ещё раз убедился в том, что Тина и Уилл идеально подошли бы друг другу.

— Привет, Тина! Я тоже рад тебя видеть. Как твои дела? Что делаешь?

Проигнорировав ничего незначащие вопросы, кузина сосредоточилась на главном:

— Ты давно не появлялся у нас в доме. Со дня свадьбы, кажется. Что привело тебя сегодня?

— У меня есть к тебе важный разговор. Один мой знакомый мечтает с тобой познакомиться, — Патрик сделал серьёзное выражение лица, стараясь совладать с эмоциями, которые появлялись от мыслей об Уилле.

Тина мгновенно повернулась к нему. Было видно, что эта тема её очень заинтересовала.

— Познакомиться? Кто? Я его знаю?

— Понятия не имею. Он только вернулся из армии и сразу вспомнил о тебе. Поэтому пришёл ко мне и попросил вас познакомить. Он отличный парень, высокий, сильный, боксом занимался до армии. И живёт здесь недалеко.

— Ооо… интересно! А как его зовут? Может, я его знаю… — мечтательно выдохнула девушка, уже представляя себя в свадебном платье и с кольцом на безымянном пальце.

— Его зовут Уилл. Уилл Браун.

— Что?! Этот придурок, который накостылял тебе два года назад?

— Когда это было! Столько лет прошло. Я уже и не помню. Да и он тоже — мы теперь с ним вроде как друзья. И он спрашивал о тебе таким влюблённым голосом, закачаешься!

— Он же, кажется, в кузину свою влюблён был, — немного успокоившись, Тина уставилась на Патрика — она всё ещё сомневалась в правдивости услышанного.

— Да всё прошло уже. Детская влюблённость, все дела. Сейчас уже ничего этого нет. Он взрослый парень и понимает, кто ему на самом деле нужен.

— И кто же?

— Ты, конечно, дурочка. Я говорю тебе об этом битых полчаса.

Патрик увидел, как девушка расцвела от этих слов — глаза загорелись ярким светом, на щеках появился румянец. Всё-таки странные эти женщины: минуту назад она называла его придурком и слышать о нём не хотела. А сейчас готова пойти с ним под венец. Смешно, ей-богу!

— Ну что, ты согласна с ним встретиться?

— Может быть. Когда?

— Я пока не знаю, надо с ним переговорить. Только одно условие: он очень стеснительный. И поэтому, скорее всего, не будет вначале проявлять эмоции. А ты девушка умная, бери всё в свои руки и действуй. Парень с ума по тебе сходит, но просто не знает, с какой стороны к тебе подойти.

— Понятно. Стеснительный, значит. Хорошо, будем брать крепость штурмом.

— Отлично, так и надо! Я к тебе заскочу завтра или послезавтра и всё скажу: где он будет тебя ждать и во сколько.

— Я уже вся в нетерпении. Пока, кузен!

Патрик вышел из дома тётки, потирая руки и довольно ухмыляясь. «Всё очень быстро получилось с Тиной. Теперь нужно понять, как вытащить Уилла на свидание, чтобы он не узнал, что это и есть свидание. Встреча должна быть случайной с его стороны, но Тина должна так его зацепить, чтобы он на какое-то время выпал из реальности и забыл Лилию. А потом Тина забеременеет от Уилла, и он на ней женится. Всё легко и просто! — размышлял о будущем Патрик, направляясь к машине. — Надо вытащить этого придурка из дома. Но куда? Что он любит, куда ходит? Лилия говорила, что он любит бокс. Ооо… да это идея! Надо подбросить билеты на бокс и посадить рядом с ним Тину. И дело в шляпе. Да я чёртов гений!» Патрик засмеялся от удовольствия и сел в машину.

Уилл стоял у собственного дома и смотрел на него, не решаясь войти. Там не было отца и поэтому заходить не хотелось. Что ему делать там одному в таком большом доме, он не знал. Он был один в целом мире. Ещё час назад парень был уверен, что Лилия любит его и будет с ним навсегда. Но сейчас мир рухнул, и он не знал, что делать и как жить дальше. Ничего для него не имело былого значения, и сейчас хотелось одного — умереть, чтобы все вздохнули с облегчением и радостью.

— Что за мысли мне в голову приходят? Не собираюсь я умирать, не дождутся! Только не от меня! Пусть эта шлюха Лилия катится ко всем чертям вместе со своим любовником.

Он присел на скамеечку рядом с домом, которую отец сам смастерил для мамы, когда та ещё была жива. Она очень любила её и постоянно здесь сидела. Все соседи, которые проходили мимо их дома, видели на скамейке миссис Браун, она всегда улыбалась и здоровалась со всеми.

Сейчас Уилл сидел тут и гладил шершавые доски, с которых сходила белая краска. Он смотрел на соседний двор, но не видел, что там происходит. Можно сказать, смотрел в никуда. Сердце было разбито на мелкие осколки, душа кричала от отчаяния. Но эта боль ему даже нравилась — она означала, что он ещё жив, что ещё поборется: «Рано вы меня сбросили со счетов, рано! Я вам ещё покажу, кто такой Уиллоу Браун!»

Где-то вдалеке прогремел гром, небо постепенно чернело, обещая сильную грозу. Уилл любил дождь — во время дождя можно плакать, и никто не упрекнёт за слёзы, никто не скажет: «Возьми себя в руки, ты же мужик, в конце концов!»

Дождь начинался медленно, разрастаясь в сильный ливень. Уилл мгновенно промок и ощутил облегчение. Он заплакал по отцу, с которым не успел попрощаться, по матери, которая ушла слишком рано, в расцвете сил. И наконец, по Лилии, которая предала, растоптала его чувства, превратив всё в бесформенные обломки.