Волчьи гонки
Шрифт:
На Новый год Игорь Владимирович отправил жену и дочь-школьницу в туристическую поездку в ГДР. Они должны были провести новогодние праздники в Берлине и затем совершить поездку по Восточной Германии в период школьных каникул дочери.
Поэтому новогоднюю ночь и 1 января Игорь Владимирович подарил Татьяне. Новый год они встретили в ресторане на проспекте Калинина, который москвичи прозвали Новым Арбатом, где Игорь Владимирович заказал столик на четверых. Их партнерами по встрече Нового года стала семейная пара – бывшие однокурсники Игоря Владимировича по Московскому авиационному институту. В годы учебы в МАИ на Соколе они крепко дружили и сохранили эту бескорыстную дружбу и в последующие годы. Игорь полностью доверял им и не опасался, что они заложат его. К тому же он чувствовал: они недолюбливали его жену, хотя и не подавали вида.
Игорь Владимирович и Татьяна продолжали регулярно встречаться вплоть до весны. С наступлением тепла, в преддверии лета, они стали обсуждать, как и где лучше провести летний отпуск.
И тут Татьяна совершила ошибку. Причем, как оказалось, непоправимую ошибку. Она завела разговор, который не следовало начинать. По крайней мере до лучших для нее времен.
– Игорь, меня, на первый взгляд, устраивают отношения с тобой, – забросила удочку Таня, лежа вместе с ним в постели на съемной квартире после как всегда бурного секса.
– Меня тоже все устраивает, – насторожился Игорь Владимирович. Он уже почувствовал, что может последовать неприятное продолжение разговора.
Так оно и вышло. Татьяна повыше устроила голову на подушке, подтянула простыню к горлу и продолжила:
– Я так сильно тебя люблю, так привязалась к тебе, что хочу все время быть с тобой!..
Последовала пауза. Она пока больше ничего не говорила. Игорь Владимирович тоже молчал. Но все же отмолчаться он не мог. Не та ситуация. И Игорь Владимирович осторожно, вкрадчиво заговорил:
– Танюша, я же работаю по двенадцать часов в сутки, я не могу больше времени уделять тебе, хотя я этого очень хочу!
– Я это прекрасно понимаю.
– Тогда в чем же дело?
Татьяна опять замолчала. Она собиралась с духом.
– Я имею в виду не наши встречи на конспиративной квартире и ужины в ресторане.
– А что же тогда?
– Ты не догадываешься? – заняла уже более наступательную позицию Татьяна. – Считаешь, что я должна удовлетвориться только этим?
Конечно, Игорь Владимирович уже начал понимать, к чему клонит Татьяна. Но старался потянуть время, надеясь, что все каким-то образом образуется.
Но не рассосалось. Не таков характер у Татьяны. Если она ставила перед собой цель, то шла к ней, не взирая ни на какие преграды.
– Мне уже надоело прятаться с тобой в чужой квартире! – решительно продолжила Татьяна. – Пора, как мне кажется, нам с тобой начать полноценную совместную жизнь.
– Но я же женат! У меня дочь! – молниеносно парировал Игорь Владимирович.
– С женой ты можешь развестись, а с дочерью будешь видеться так часто, как сможешь! – безапелляционно ответила Татьяна. Этот ответ она подготовила заранее.
– Мне надо подумать… – выдавил из себя Игорь Владимирович.
Ему действительно нужно было все хорошенько обдумать. Менять привычный образ жизни, да и в карьере развод отнюдь не будет плюсом. Но самое главное – дочь. Он хотел видеть ее, общаться с ней каждый день, а не по выходным в качестве «воскресного отца».
Встречи в однокомнатной квартире в центре и ужины в ресторанах продолжились. А вот в планы совместного летнего отдыха пришлось внести коррективы. Дело в том, что ежегодная диспансеризация весной показала, что Игорь Владимирович нуждается в серьезном лечении. О госпитализации речь пока не шла, а вот санаторно-курортное лечение просто необходимо. Причем в специализированном санатории в Кисловодске. Подлечить сердечно-сосудистую систему, а заодно попить минеральную воду для купирования гастрита. В санатории общего профиля в Сочи этого нельзя обеспечить.
В Кисловодск Игорь Владимирович поехал один. А осенью прекратились и телефонные звонки от него.
Лоськова поняла, что поспешила с выяснением отношений с Игорем Владимировичем. Следовало подождать еще пару лет, а не ставить вопрос ребром после полутора лет связи.
Он еще сильнее привязался бы к ней, да и дочь к тому времени уже заканчивала бы школу, так что ему легче было бы пережить разлуку с ней.
Но это все было из области предположений и догадок. Поезд уже ушел.
Татьяна опять осталась одна. Ей вновь не на кого было положиться, кроме как на себя.
В конце бархатного сезона на юге Лоськова в профкоме академического института достала путевку в пансионат под Сочи. Она вылетела в Адлер, а оттуда на автобусе добралась до пансионата в виде огромного корпуса, похожего на пароход, на скале, на берегу Черного моря в нескольких километрах от Сочи.
В пансионате к Татьяне клеился папик среднего пошиба из министерства сельского хозяйства. Однако она отвергла его ухаживания. Никто не мог заменить Татьяне Игоря. Его образ всплывал в ее сознании, когда она оставалась одна, и мысли о нем, как назло, лезли и лезли ей в голову. Похоже, это была настоящая любовь! Во всяком случае, с ее стороны.
Лоськову вызвали в отдел кадров института. Кадровик, пожилой отставник, находился в комнате не один: присутствовал также мужчина лет тридцати семи в черном костюме со слишком длинными рукавами пиджака, белой сорочке и с темным галстуком. Светловолосый, с серыми глазами.
– Знакомьтесь, Татьяна Анатольевна, это – Виктор Захарович! Он хочет побеседовать с вами по кадровому вопросу.
– Виктор Захарович – новый сотрудник нашего отдела кадров? – тут же поинтересовалась Лоськова.
– Нет, он из другого ведомства. Ну, я оставлю вас. У меня – обеденный перерыв.
Кадровик быстро покинул кабинет, оставив Лоськову наедине с гостем института. Что ему был нужно от ее – Татьяна не представляла.
– Капитан Афанасьев, Комитет государственной безопасности! – представился новоявленный собеседник. Удостоверение он не стал показывать – ведь не на улице обращается к ней, а в стенах учреждения, в помещении отдела кадров.
– Очень приятно! Татьяна Лоськова, младший научный сотрудник! – приветливо проговорила м.н.с. Лоськова.
– Татьяна Анатольевна, как складывается ваша работа в институте? Как продвигается работа над диссертацией?
– Спасибо, все в порядке! Работа идет своим чередом, а вот с диссертацией пока продвижения вперед нет. Но это поправимо, собираюсь плотнее заняться этим.
– А что если вам подумать о смене направления своей деятельности? Так сказать, переориентироваться в служебных и жизненных приоритетах?
– Что вы имеете в виду? Меня моя нынешняя работа устраивает, – ответила Лоськова, хотя про себя подумала, что рассчитывала на большее в этом академическом институте.