Чтение онлайн

Веригин, Мазун, Лоськова и другие оперативники продолжали вести наблюдение за входом в ресторан и подходами к этому заведению.

Ничего необычного не наблюдалось.

О чем беседовали советский журналист и японский парламентарий? Корреспондент мог провести вербовку депутата. Возможно, он передал подопечному новые инструкции или очередную сумму денег, если тот работал на Советы. Не исключен и такой вариант, далекий от вербовки: журналист передал в устной форме японскому парламентарию благодарность советского руководства за его объективную, благожелательную позицию по актуальным проблемам отношений между Японией и СССР. Об этом знали в Токио только три человека: советский резидент и двое участников встречи.

Между тем, когда встреча с Моринагой подошла к концу, Торопов поблагодарил его за оказанную честь встретиться с ним и выслушать устное послание.

Спустившись на первый этаж, журналист направился на кухню. Быстро пройдя мимо удивленных поваров и подсобных рабочих, он выскочил через неприметную служебную заднюю дверь в переулок, параллельный тому, куда выходила задняя часть универмага «Мицукоси», и оттуда – на основную улицу.

Торопов нырнул вниз в подземный переход, из которого был вход на станцию «Гиндза сан-тёмэ» Ginza Line. Сделав несколько пересадок, он вернулся на эту же линию метро и доехал до Роппонги. Около ворот и калитки в ограде вокруг территории советского посольства журналист появился как раз в тот момент, когда сотрудники посольства, жившие в жилом доме в ближайшем переулке, выходили на улицу после просмотра фильма в посольском клубе. Торопов юркнул в эту группу людей и вошел через калитку внутрь. Его машина уже стояла на парковке перед служебным зданием посольства. Он сел в автомобиль и не спеша поехал в Сибуя в отделение агентства. «Фильм понравился».

Автомашину корреспондента Торопова пригнал в посольство молодой сотрудник дипмиссии по просьбе старших товарищей. В данном случае он выполнил поручение съездить на метро в конце рабочего дня в МИД Японии и взять там в холле информационные бюллетени. А заодно, когда отдельные сотрудники министерства уже потянутся к выходу, найти на стоянке автомобиль корреспондента Торопова под таким-то номером и приехать на нем в посольство.

Веригин шел по пустому коридору резидентуры, направляясь в кабинет, который он занимал вместе с Мазуном. В конце коридора распахнулась дверь, и из своего кабинета вышел заместитель резидента.

– Майор Веригин, зайдите к шефу! – приказал Октябрий Ильич.

– Обязательно зайду, товарищ полковник! Но я пока капитан, а не майор, – осмелился возразить Веригин.

– С сегодняшнего дня – майор. Пришла шифротелеграмма о присвоении вам очередного звания. Воспринимайте это как аванс!

– Так точно! Постараюсь оправдать доверие!

– В самое ближайшее время у вас будет возможность доказать это делами, а не словами.

Резидент, в кабинет которого зашел Юрий, не стал отвлекаться на поздравления по случаю присвоения Веригину звания майора – не просто очередного звания, а звания, которое перевело его в категорию старшего офицера. Он сразу же перешел к делу:

– Веригин, ты освобождаешься на ближайшие недели, возможно, даже месяцы, от текущей работы. Тебе поручается очень ответственное, важнейшее задание.

– Выполню все, что будет приказано!

– Подожди рапортовать! Ты еще не услышал, что это за задание.

– Виноват!

– Хватит! Общие слова излишни! Хотя я понимаю, что присвоение звания майора всколыхнуло твою офицерскую гордость, – слегка улыбнулся резидент, все же затронув тему присвоения Веригину очередного звания. – Тебе предстоит провести операцию, которая должна стать вершиной работы всей резидентуры в текущий период! Но действовать ты будешь исключительно один, самостоятельно.

– Слушаю внимательно!

Резидент достал из сейфа фотографию и протянул ее Веригину. На фото среднего размера был изображен американский морской офицер лет тридцати с традиционной для военнослужащих США стрижкой – коротким ежиком. Веригин секунд десять изучал изображенное на фотоснимке лицо и вернул фото резиденту. Тот не спеша убрал фотографию обратно в сейф.

– Это первый лейтенант Стивен МакНелли. Офицер флагмана седьмого флота ВМС США ударного крейсера «Мидуэй», – коротко объяснил резидент.

– Понятно, – кивнул Веригин, несмотря на то что многое ему было непонятно. Хотя кое о чем он уже догадался.

– Тебе, Веригин, предстоит войти с ним в контакт и завербовать.

«Задание прозвучало очень просто. Но выполнить его – чрезвычайно сложно, почти невозможно», – подумал Веригин.

Резидент будто прочитал его мысли:

– Действительно, задание очень сложное. Но именно на твоей кандидатуре мы остановили свой выбор с одобрения Центра.

На сей раз Веригин промолчал. Что он мог сказать? Задание действительно очень сложное, такое может выпасть один раз за всю карьеру. Но на нем можно сломать голову как в переносном, так и в прямом смысле.

– Из Вашингтона наши коллеги сообщили через Москву кое-какие наводки на этого МакНелли.

– И какие же именно? – с нетерпением спросил Веригин, уже почувствовавший волчий азарт.

– МакНелли страстный поклонник китайской кухни. Второй момент – он очень любит свою малолетнюю дочь, что называется, души в ней не чает.

– Это уже кое-что!.. – задумчиво произнес Веригин, хотя прекрасно осознавал, что этих данных явно недостаточно для успешного развертывания операции.

– Еще кое-что хочу сообщить тебе, Веригин, по поводу МакНелли и задания в целом.

– Постараюсь уяснить!

Резидент внимательно посмотрел на подчиненного и после паузы продолжил:

– Это факты для общего понимания ситуации, для уяснения всей ответственности задания. Офицер флагмана американского седьмого флота, действующего в бассейне Тихого океана, имеет доступ к информации, выходящей за рамки военных секретов и даже тактики Пентагона. Эта информация позволит четко и подробно представить в целом стратегию США в Азиатско-Тихоокеанском регионе.

– Я понимаю! Это действительно ценнейшая информация… – вставил Веригин.

– Но это еще не все, – оборвал новоиспеченного майора генерал-майор. – Есть вещи, которые поважнее информации о стратегии США в АТР. И вербовка МакНелли может привести в итоге к доступу к важнейшим сведениям, касающимся национальной безопасности США.

– Каким же образом? – не удержался от вопроса Веригин.

– А вот каким! – живо откликнулся резидент. – Офицеры флагмана седьмого флота – это профессионалы высочайшего класса. И обычно их используют в дальнейшем на еще более высоком уровне.

– На каком же более высоком? Куда выше!

– Как раз есть куда! – воскликнул резидент. – По установившейся у американцев традиции в соответствии с ротацией этих офицеров обычно переводят на службу в Пентагон.

– Да, это уже заоблачные вершины! – не сдержался Веригин.

– И мы должны покорить их!

Резидент еще раз показал фотографию Веригину. Тот коротко взглянул на фото.

– Я уже «сфотографировал» этот портрет.

– Веригин, даю тебе два дня на составление подробного плана операции.