Чтение онлайн

Видя мое спокойствие, Ядро тоже угомонилось. "Спи и копи силы, — скомандовал я ему, — Все будет хорошо.

Насчет того, будет ли все и вправду хорошо, у меня были резонные сомнения. С одной стороны, чемпиона Арены не должны покалечить, с другой — ожидать можно было чего угодно.

Охранники ушли, мы остались с Аверием наедине.

Так близко я видел его впервые. Он был не так молод, как казался. По сеточке морщин в уголках глаз можно было предположить, что ему не меньше тридцати. Тем страннее выглядел его румянец и блеск светлых кудряшек. Вблизи я заметил и его расширенные зрачки, что наводило на определенные мысли.

— А вы точно доктор? — сказал я.

Аверий нервно хихикнул и погрозил мне пальцем.

— Эк тебя угораздило ко мне попасть, животинка ты наша. Ты ж чемпион. Сидел бы косточку грыз тихонько. Но нет же, балагурить вздумал. Что с тобой теперь делать?

— А что ты обычно делаешь?

— Ты мне не тыкай, зверина ты ебаная, — все с той же улыбкой сказал Аверий.

Я решил его лишний раз не провоцировать. Как говорил Вельяминов, надо быть хитрее, в конце-то концов.

— Тогда и вы не обзывайтесь, — сказал я. — Мне, знаете ли, и без того неуютно здесь.

Аверий рассмеялся.

— Я могу вскрыть тебе черепную коробку и мы вместе посмотрим на твой мозг.

— Боюсь, что ничего интересного вы там не увидите.

— А в этом ты прав. В твоих мозгах нет ничего, что бы меня заинтересовало. Я имею в виду вообще твою личную память. Ты волколак, зверь. Так говорят. Но я-то знаю, что Ярость — это колдовство, низшая форма магии. И вот это действительно интересно. Скажи-ка мне, какую форму ты успел освоить?

Я не собирался ему рассказывать о своих возможностях. Мне было на руку, что он, хоть и смотрит глубже, чем большинство магов, но все-таки считает Ярость низшей магией.

— Вы видели меня на Арене, — сказал я. — Это моя форма. Третья, кажется.

— Врешь, — пожал плечами Аверий и воткнул мне в руку шприц.

Я напрягся, видя, как он надавил на поршень, и в мою кровь вливается какая-то бурда.

Аверий выдернул иглу, и в следующее мгновение мое тело пронзила дикая боль. От места укола потекли жгучие волны, словно едкая кислота.

Я рванулся, напрягая мышцы. Кожаные ремни заскрипели, но от усилия реакция только пошла быстрее. Напряжение перешло в судороги, боль достигла пика. Я стиснул зубы и зарычал. Глаза закатились под лоб.

Вдруг боль схлынула. Я выдохнул. Сердце бешено колотилось, по лицу струился пот.

Аверий смотрел на меня ласковыми карими глазами, словно теленок, увидевший кусочек сахара.

— Даже не закричал, — резюмировал он с легкой обидой. — Это коллоидное серебро. Жидкая форма, чтобы тебе было понятнее. Пилюли с ним полезны для здоровья. Для человеческого, ясно дело. Я лично принимаю.

— Попробуйте внутривенно, очень бодрит, — проговорил я, отдышавшись.

Аверий радостно засмеялся.

— Воздержусь, — сказал он, утирая выступившие слезинки. — В кровь опасно даже для человека. Введи я чуть больше, ты был бы уже мертв. Это была мизерная доза. Я называю ее дисциплинарной. Это чтобы ты не врал мне. Я знаю, кто ты, Георгий Лютиков. И знаю, что ты принимал четвертую форму.

— Вот как? Выходит, у нас есть общие знакомые?

— Был один, пока ты его не убил, — рассмеялся Аверий. — Небольсин мне рассказывал о твоих талантах и наследственности. Четвертая форма — это уже особые отношения с Яростью. Ты даже не представляешь, как я счастлив нашей с тобой встрече.

— Не могу сказать то же самое.

— Мне нет резона тебя препарировать, волколак. Мне нужно то, что глубже, в твоем духе. Еще точнее, я хочу добраться до того, чему ты служишь.

— Я служу себе.

— Ошибаешься. Ты служишь Ярости.

До сих пор о Ярости как о какой-то разумной силе говорил только Сигмар, когда упоминал, что она вершит природный суд или может сподвигнуть волколаков на восстание. Я считал это олицетворением инстинктов, но Аверий придерживался другого мнения.

Аверий отошел и вернулся с двумя шприцами, которые положил на медицинский столик рядом.

— Вы когда-нибудь слышали о шаманах Каруба? — спросил он вдруг.

— Не слышал.

— Их практики по недоразумению относят к чернокнижию. Но оно и понятно, Держава воюет с Карубом. Увы, магия бессильна против Ярости, поэтому приходится искать иные пути.

— Что вы собираетесь сделать?

— Об этом тебе знать не обязательно. Ты правда думаешь, что я тебе расскажу о своих планах, а заодно прочитаю лекцию о магии?

Аверий взял один из шприцов и сделал мне внутривенный укол.

Содержимое второго шприца он впрыснул себе, после чего лег на кушетку у стены.

— Спокойной ночи, — сказал он и хихикнул.

Ни хрена это был не сон.

Я стоял на четырех лапах, когти утопали в мягком, чуть влажном мху. Уровень зрения находился намного ниже привычного, хоть и с широким ракурсом — я видел стволы сосен не только впереди, но и по бокам.

Переступив с лапы на лапу и отряхнувшись, я понял, что я — волк. Не волколак, никаких человеческих черт. У меня было самое обыкновенное звериное тело с острой мордой и тонкими лапами с обыкновенными когтями.

Я принюхался, влажные черные ноздри затрепетали. Запахи рисовали картину бесконечного леса кругом. Сырой запах мха, звериные тропы, терпкость хвои, острый запах муравейника поодаль.

Лапы сами понесли меня вперед легкой рысью. Я бежал бесшумно, низко склонив голову к земле. Вывалил длинный красный язык — так дышалось легче, а запахи казались более осязаемые, буквально обретая вкус.

Выбежал на поляну. Всё кругом заливал упоительный свет, не похожий ни на свет луны, ни тем более солнца. Я сел и с любопытством задрал голову.

На небе висело огромное красное светило. Оно было крупнее солнца, но не такое яркое. Мягкий красный свет заливал пространство и… пульсировал. Светило вспыхивало в живом и очень знакомом ритме.

Я затаил дыхание и понял, что это ритм моего сердца. Мерный стук отдавался в ушах тихой пульсацией, и вместе с каждым ударом вспыхивало и гасло светило на темном небе.