Чтение онлайн

— Волколак с таким несносным характером, как у вас, не желает оказаться на Арене. Более того, он попал туда по ошибке, в результате произвола графа Челищева. Разумеется, этот волколак постарается сбежать. И сбежит.

— Для этого у вас есть план?

— Я не занимаюсь разработкой планов, капитан. Я отдаю приказы. Как именно их исполнить — дело исполнителя. Итак, вы сбежите. Это в ваших интересах тоже, ведь так? Однако волколак создание мстительное, все это знают. И он отомстит. Кому?

— Неужели самому графу Челищеву? — криво ухмыльнулся я.

— Именно так. Логичный поступок с его стороны.

— Челищев же член Магического Сената и придворный чернокнижник. Насколько я понимаю, он даже вхож к императору. Как же так получилось, что граф неугоден Державе?

— Вы были знакомы с Небольсиным, капитан, и можете сделать выводы о поведении графа, — тонко улыбнулся Вельяминов. — Граф много на себя берет, однако официальное положение и высокий пост делают его неуязвимым к легальным методам противостояния. Для этого и пригодится волколак.

— Понимаю…

— Волколак сбежит из Арены и сведет счеты с графом. Прикончит его, чтоб вам было понятнее. Разумеется, это будет вопиющий скандал и большая потеря, однако что поделать — что случилось, то случилось. В этом и состоит ваше задание.

— Ага. И этого волколака подвергнут показательной казни за этот вопиющий, как вы сказали, поступок.

— Как только граф скончается, Канцелярия обнародует весь имеющийся на него компромат. То, о чем шепчутся люди, лишь малая толика его темных дел.

— Публичной и жестокой казни, — продолжил я, не давая Вельяминову уйти от темы. — Волк станет козлом отпущения — иронично звучит, не находите? Так себе награда за рискованное и опасное задание.

— Ваша награда будет другой, капитан, — невозмутимо проговорил Вельяминов. — Не забегайте вперед. Благодаря собранному компромату авторитет графа будет растоптан. Все его проекты будут подвергнуты пересмотру, в том числе эксперименты над волколаками.

И снова я отметил крючок, который Вельяминов добавил для моей вербовки. Он знал, что меня интересует, и пользовался этим без зазрения совести.

Хотя о какой совести я говорю? Я находился в Тайной канцелярии, учреждении, где цель оправдывает любые средства. Ничего, я знал, на что иду.

Вельяминов продолжал:

— Дело об убийстве графа будет рассматриваться с такого же ракурса. Потерпевшим будет признан не граф, а… вы, капитан. Попавший на Арену несправедливо, подвергнутый изуверскому обращению. Понимаете, к чему я клоню? Ваша агрессия будет признана как возмездие. Закономерное и легитимное.

— Несмотря на то, что я волколак?

— Вы будете рассматриваться в статусе служилого дворянина. Ваше дворянство нам на руку.

— Минуточку, — сказал я. — Зачем Канцелярии такие сложности? Где гарантии, что меня не устранят сразу после выполнения задания?

Вопрос был, с одной стороны, важным, потому что напрямую касался моего выживания, с другой — бессмысленным, потому что, если меня решат ликвидировать, то об этом не скажут. Но не задать его я не мог.

Вельяминов тонко улыбнулся, тоже понимая это.

— Вы спрашиваете меня о гарантиях. А какие гарантии можете дать вы, капитан?

Я промолчал.

— Вот именно, — поднял указательный палец Вельяминов. — Вы претендуете на службу в Канцелярии. Уверяете в своей верности Державе. А я уже служу Державе. Гарантий нет. Есть верность моя и верность ваша. Не буду скрывать, ибо это очевидно: Канцелярии нужны способные сотрудники, агенты и лоялисты. Если бы мы устраняли каждого агента после выполнения задания, то кто бы остался?

— Какая конечная цель лично у вас, ваше сиятельство? — прямо спросил я.

Вельяминов как будто не ожидал перехода на личности в свою сторону. Он нахмурился и совершил еще одну проходку по комнате по-прежнему со сложенными за спиной руками.

— Процветание Вельской Державы, — сказал он наконец.

Я еще недостаточно знал его, чтобы понимать, насколько он откровенен. Ответ был донельзя типичный — так мог бы ответить любой госслужащий или офицер. Идеалистическое заявление, даже казенное, если можно так выразиться.

Однако значение имело то, что именно вкладывает в эти слова отвечающий. То промедление, с которым Вельяминов дал ответ, позволяло надеяться, что он действительно так считает. Если так, то из нашего сотрудничества может кое-что и получиться.

— Я услышал ваш ответ. Думаю, у нас не возникнет проблем, ваше сиятельство, — сказал я.

По крайней мере, в обозримом будущем. Но это я уточнять не стал.

— Вот мы и подошли к вопросу о вашей награде в случае успешного выполнения задания.

— И это будет…?

— Титул барона.

— Без клейма? — прищурился я.

— Без клейма, капитан. Как высший титул для служилого дворянина.

После я доложил Вельяминову о бароне Трубникове — офицере Канцелярии, погибшем в подвале у Тиноватова. Проект «Черная земля» лег в копилку компромата, собранного на графа Челищева.

Однако я рассказал не обо всем.

Трубников перед смертью назвал мне пароль от своей служебной ячейки в Канцелярии. Там хранились его наработки по проекту, которым он занимался. Эту информацию я оставил при себе, чтобы ознакомиться с содержимым ячейки самостоятельно.

Может быть, это поможет мне в борьбе с Челищевым, а может — станет козырем против Канцелярии, которая параллельно ведет множество проектов, и далеко не все они мне полезны.

Мои послеобеденные размышления прервал голос охранника.

— Молчаливый Кусака! К тебе посетитель.

Мужики-волколаки удивленно повернули головы в мою сторону. Посетители здесь редкость. На моей памяти это было впервые.

— Подойди к решетке и постарайся вести себя прилично, — сказал охранник. — Ты будешь говорить с аристократом, волколак.

Я встал с кровати и потянулся до хруста в суставах. Первой мыслью было, что Вельяминов отправил мне послание, но я ошибся.

К решетке медленно приближалась женская фигура. На ней был шелковый плащ с опущенным капюшоном, скрывающим лицо и волосы, но я узнал запах Инессы с десяти шагов. Приятный, зовущий запах, вскруживший мне голову.