Чтение онлайн

Я потянул носом воздух. Инесса заметила это и с ожиданием уставилась на меня.

— Никого внутри, — сказал я. — Но я чувствую еще кое-что… Дальше и ниже, идущее из-под земли. Старые кости, кровь, живое присутствие. Давай без лишнего шума.

Инесса кивнула. Личико было сосредоточенным, голубые глаза блестели и настороженно зыркали по сторонам.

Когда мы подошли к забору, она резко выставила руку, преградив мне путь.

— Магическая защита, — прошептала она.

— Можешь снять?

Инесса протянула вперед руки, потрогала пальцами воздух, словно лунатик, видящий невидимое. Брови ее сошлись на переносице.

— Ну что там? — сказал я.

— Цыц, работает маг.

Он закусила губу и закрыла глаза. Через минуту ее лицо просветлело, она улыбнулась.

— Защита непростая, но он явно не рассчитывал, что к нему заявится маг четвертого ранга, — сказал она. — Все-таки у меня талант к зачарованию.

Вдоль забора промелькнула бледно-зеленая вспышка, запахло озоном. Гнетущее напряжение, сопутствующее нам последнее время, отхлынуло.

В уже привычной тишине прорезались звуки, словно из ушей достали вату. Неуверенно чирикнула птичка. Раздался стук дятла.

Мы открыли калитку и вошли во двор. Здесь пробивался молодой бурьян, смешиваясь с прошлогодней сухой порослью. Вдоль окон поднималась крапива. Ставни были закрыты на висячие замки.

На входной двери тоже был замок, его Инесса перерезала огненным лучом. Мне вспомнилась, как она проделала что-то похожее с замком на клетке в волколаком в военном лагере.

Дверь открылась со скрипом. Инесса запустила вперед парящий огненный шарик, испускающий света не меньше, чем лампочка накаливания. Мне освещения не требовалось — даже в темных очках я видел в полутьме почти как днем, но так, конечно, было комфортнее.

Мы вошли внутрь.

Наверное, именно так должно выглядеть жилище сельского мага, одержимого знаниями. Это была деревенская изба, забитая книгами и странными магическими инструментами, о назначении которых я мог только догадываться.

Здесь царил порядок и было чисто, но ни капли уюта — ни одной цветной вещи, будь то занавеска или половик. Из посуды только одна миска, ложка и котелок. Все вещи выполняли свою функцию, не более. Ноль эстетики, ноль роскоши, только следы целеустремленного до маниакальности разума.

— Где-то здесь должна быть лаборатория, — с надеждой сказал Инесса.

— Туда! — указал я на одну из дверей, ориентируясь на специфический запах трав и летучих соединений.

Если даже жилая часть казалась излишне прагматичной, то в этой комнате не был упорядочен разве что воздух. Вся стена делилась на полки, словно соты в пчелином улье. Каждая полка с подписью и номером.

На столе — ровные стопки амбарных книг, подсвечник, письменные принадлежности. Все располагалось ровно, словно по контурам невидимой сетки.

— Такого порядка я не видела даже в кабинетах университетских преподавателей, — потрясенно проговорила Инесса.

— Уверен, из Челищева получился бы замечательный препод, — хмыкнул я. — Студенты бы его ненавидели, но уважали.

— Именно этого он и хотел… Учредить новые дома темной магии и открыть новые факультеты.

— Самоучка, который опередил академическую науку. Такие типы совершают открытия и делают изобретения.

Безусловно, Челищев был мрачным и гнусным типом, однако увиденное вызывало у меня невольное уважение. Занимаясь разведением волкособов и ведя дневники наблюдений, я стремился к такому же порядку.

Инесса тем временем медленно шла вдоль полок, изучая содержимое. Здесь стояли флаконы и пробирки, ингредиенты в баночках, корзинках и горшочках.

У меня шла кругом голова от изобилия всевозможных запахов, и только подписи давали надежду на нахождение «Мертвенной капели» — яда, необходимого для приготовления антидота для графа Павла Рюмина.

Скрупулезность Челищева сыграла нам на руку.

Мрачный дом, эта обитель чистого разума, лишенного человеческих эмоций, огласился счастливым женским визгом. Я аж подпрыгнул от неожиданности, Ядро встрепенулось как разбуженный пес, лихорадочно пытаясь сообразить — радоваться ему или грызь кого-то насмерть.

— Нашла, нашла! — воскликнула Инесса и метнулась от полок ко мне.

Повисла у меня на шее, схватила меня за щеки, впилась поцелуем. Со звонким чмоканьем отпрянула, закружилась в танце, оставляя в воздухе огненные росчерки. Волосы развевались, с каждым поворотом мелькала ослепляющая улыбка. На такое можно любоваться бесконечно.

— Здесь такой запас «Мертвенной капели», что можно отравить целый город!

Услышав, что сама сказала, она осеклась, остановилась и проговорила:

— Вот ведь псих этот Челищев.

— И не говори. А что еще здесь полезного?

— Ой, да тут много всего. Девять десятых мне вообще не понятно. Но, — голос ее стал хитрым, — раз уж мы здесь, то я конфискую пару штучек, которые пригодятся мне на кафедре зачарования.

Она танцующей походкой пошла вдоль полок, закидывая себе в сумку разные диковинки, словно в супермаркете с деликатесами.

— Прихвати пару журналов, — посоветовал я. — Уверен, он кропотливо записывал все результаты исследований. Пригодится.

Инесса с готовностью сгребла со стола пару дневников. Сумка ее раздулась, глаза горели восторгом и жаждой знаний. Так выглядит научный сотрудник, ворвавшийся в кабинет Теслы или Эйнштейна.

— Георгий, если бы мы не спешили, я бы здесь поселилась, пока все не прочитала! — заявила она. — Только сменила бы занавески на повеселей.

— Не сомневаюсь, — усмехнулся я. — Но только после того, как Челищев будет окончательно мертв. До тех пор я глаз не сомкну в этом доме.

— Может, он все-таки погиб? — с надеждой сказал она.

— Увы. Он не только жив, но и очень, очень, очень на меня зол. Я должен его достать, Инесса. Как думаешь, здесь есть какой-нибудь портал в Бездну?

Она не успела ответить.

Дом вздрогнул, окна в рамах задребезжали. Раздался глубокий голос, идущий словно из-под земли.

— Ищешь дорогу в Бездну, маленький чернокнижник? Иди ко мне…

Инесса присела на полусогнутых ногах. Я огляделся по сторонам, рука лежала на эфесе палаша, Ядро в груди вращалось, готовое к превращению.

Голос повторил:

— Иди ко мне… Иди ко мне…

Половицы под ногами вздрагивали в такт словами.

— Кто это? — прошептала Инесса, побледнев. — Или что?