Чтение онлайн

«— Да книги-то ему зачем?

— В целях повышения образованности…Она спрашивает, зачем сдались ему книги, а вот зачем ему гальюнные фигуры — нет».

Зверь тащил все, что не приколочено, а все, что было приколочено, естественно, отколачивал: валялись и огромные напольные часы с серебряным песком, вытекающим из трещины в розоватом стекле (каждая песчинка была частью магии времени: могла ускорить или замедлить его ход, перенести в прошлое или будущее, и именно поэтому струйку песка все обходили стороной); дырявые картины в сломанных и облезлых рамах, руки и ноги каких-то статуй, кресла с дырами вместо обшивки, стулья с высокими резными спинками, для гостей, не иначе — дракон оказался ценителем комфорта и искусства. И, собственно, гостей.

Впервые за много времени, на лицах раайэнне проступило некое подобие улыбки. Улыбка получилась вымученной, они незаметно поглядывали в сторону Эррнгрид, которая надулась и молчала.

Несмотря на то, что разговоры не велись, эльфы прекрасно друг друга понимали, обходясь без языка слов и жестов.

Телепатия. Одно из умений раайэнне, накрывая своим полем, они открывают друг другу крохотное пространство в своем разуме, совсем немного и неглубоко, так, чтобы можно было общаться на сторонние темы.

Ощущение такое, что стоишь в узкой прихожей или плохо освещенном коридоре с тысячью дверей, которые все время исчезают и появляются в новом месте — над головой, сбоку, снизу. Иногда двери хлопают…. дверьми, по-другому не скажешь, иногда, в дверях нет дверей. То есть, нет дверного полотна, но идти туда не хочется. За этой видимой пустотой царит… невидимая пустота, что ли…

«Надеюсь, тебе не придет в голову писать мемуары и это никто никогда не прочтет».

Общение с внутренним голосом происходило в голове у Эррнгрид, а вот кто предоставил свою голову для их общего разговора?

Так Эррнгрид еще не приходилось общаться. Она чувствовала себя не в своей тарелке, ей все время казалось, что ее со всех сторон смотрят, ощупывают, давят, жмут, теснят.

С братом они не разговаривали, а передавали друг другу цвета и картинки. Здесь же происходил разговор в обычном смысле слова, то есть мысли.

Спускаться решили все же по веревкам. Благополучно достигнув дна пещеры, ну или того дна, в которое обычно стучат снизу, Эррнгрид почувствовала еще один запах — тяжелый, маслянистый, с которым она познакомилась еще на Земле.

Эррнгрид осторожно обогнула дырявое днище лодки, идя на запах, и оторопело замерла. Запах издавал сваленный между останками парусных лодок непонятного вида прямоугольник, ну или не прямоугольник, такой прибор — волнистоугольник с трубками, колбочками, шестернями, поршнем, цилиндром:

«Ба-а, что это у нас, двигатель внутреннего сгорания? А вон там, в куче мраморных туловищ и голов должно быть притаилась третья ступень ракетоносителя, — внутренний голос разошелся не на шутку, продолжая сыпать терминами научно-технического прогресса. Прогресса, с точки зрения Земли, конечно.

Потому что смысла в таком прогрессе, который не оставил людям ни одной чистой речки или озера, свалил тысячи и тысячи тонн мусора в океан, заразил радиационными отходами беднейшие страны черного континента, Рэнни не видела.

Что делали ее спутники, Эррнгрид не заметила, занятая мыслями своей головы в своей головной прихожей.

Грот, что ни говори, был колоссальных размеров, открывая секрет за секретом, тайну за тайну, он, тем не менее, хитрил, притворяясь простачком. Не в этих занятных вещицах и диковинках, скрипевших под ногами или грозящих свалиться на голову, было дело.

Не-ет, пещера, такая открытая с виду, прятала нечто, Эррнгрид доверилась своей интуиции и пошла вперед. Ей казалось, что ей кричат, но она не слышала. Интуиция и черное с голубыми всполохами щупальце запаха несли ее к невзрачному платяному шкафу. Перед дверцами остановилась.

Внутри шкафа было… и она это поняла, не открывая дверей.

«— Не томи, — буркнуло в ответ.

— Давай-давай, напрягись, всезнайка, что лежит в платяном шкафу у дракона? — теперь настала очередь Эррнгрид веселиться.

— При всем своем желании, не смогу это вообразить,

— Так ты попробуй!

— Томограф?

— Балда, как же томограф поместится в шкафу?

— Хмм, во-первых, называть балдой свой внутренний голос, несущий свет и истину, может только настоящая балда, а во-вторых, это в твоем шкафу не поместится, от одежды и так стенки трещат, а вот дракон платьев не носит, и в его шкафу может уместиться многое…

— Все равно, все призы за лучший вопрос и правильный ответ забираю Я!»

В платяном шкафу дракона лежало…

— Яйцо! — Лирн не смог сдержать ликование и удивление. Рэм лишь устало мотнул головой, не веря своим глазам. Прихожая головы Рэма ожила, раайэнне переговаривались, но Эррнгрид не спешила к ним присоединяться.

В платяном шкафу и правду стояло огромное черное яйцо, накрытое вышитым! платочком, цвет яйца мигом напомнил Рэму его монету, оно сочно тянуло любые крупицы света. Форма яйца была необычная — темная сфера, лишь слегка раздувшаяся по бокам.

— Давайте возьмем его, — холодный голос ворвался в крохотное пространство в разуме наместника, грозя его выстудить и заморозить.

Лирн доставал из заплечного мешка на кожаных лямках еще один — из серебряного льна, он был зачарован на перенесение тяжестей, уменьшая вес поклажи.

— Можно? — он вопросительно посмотрел на роунгарри, в глазах которой застыло странное выражение.

Она кивнула.

— Полагаю, это все, что мы забираем? — Рэму не нравилось, что Эррнгрид уходила от мысленных вопросов и оставалась закрытой.

— Думаю, можно взять все, что приглянется, на свое усмотрение.

Под последним Эррнгрид имела в виду на свой страх и риск, потому что она не знала предназначение и половины вещей, нагроможденных в гроте. Раайэнне должны чувствовать артефакты и всякие разные волшебные вещицы, по крайней мере, отличать полезные от бесполезных, или несущих вред не имеющим должной подготовки владельцам.

***

Быстро закатив яйцо в мешок, который заметно вытянулся книзу, Лирн с натугой взвалил его за спину и замер, не разгибаясь. Все звездные малыши гасли одни за одним. Вдруг стало так тоскливо и грустно, сердце сжалось под уже привычным грузом вины, стыда, страха, неуверенности. Давящие ощущения нарастали.