Чтение онлайн

— Не советую, — снова улыбнулся администратор, — везде аншлаг. Завтра же вручение магических премий, народ понаехал со всей Империи, мест нигде нет. Я вот даже не уверен, свободны ли ваши комнаты, вы же опоздали.

— Нет, не опоздали, — твердо возразил Исидор, — заселение до девяти тридцати вечера, я специально проверял.

Нахальный администратор покосился на часы, которые показывали девять ноль пять.

— Да, но в такие пиковые даты желательно приезжать заранее, — протянул он.

— Денег не дам, — отрезал Исидор.

Ах вот они о чем! Ненавижу вымогателей.

— Ключ сюда! — скомандовала я фирменным голосом Торесов, и мгновенно получила нечто, больше напоминающее отмычку, с цифрой тринадцать на брелоке. — Если кто-то посмел занять мой номер, пусть пеняет на себя!

Я грозно затопала вверх по лестнице, а потом по коридору, больше, конечно, играя на публику. Понятно, что даже такой плюшевый отельчик, как этот, не станет дублировать бронь номеров.

Так как Исидор замешкался в «фойе», заполняя документы, открывать номер мне пришлось самой. И представляете? Эти клоуны действительно сдали уже мою комнату кому-то еще! У окна я разглядела фигуру пожилого джентльмена, скупо озаренную лишь светом уличных фонарей.

— Простите, но это мой номер! — Фирменный тон Торесов к концу фразы сорвался на легкий визг.

— Мне это известно, леди Торес, — мягко и вкрадчиво ответил мужчина.

Мне почему-то стало не по себе.

— Поэтому я и здесь, — добавил странный гость тем же голосом из другого угла комнаты, где в темноте замерла еще одна такая же фигура.

— Весьма рад нашей встрече, — это уже за моей спиной, где только что хлопнула, закрывшись, входная дверь.

Да сколько же их здесь? Ладно, неважно. Главное, что я распознала ментальную магию. Очень мощное и профессиональное воздействие. Я не умею противостоять такому. Я вообще профан в магии разума. Все, что мне остается — сжечь гипнотизера к чертовой матери.

Маг сразу понял мое намерение. И даже попытался поставить блок. Ха-ха! Между мной и магией огня? У него ничего бы не вышло, и он моментально это понял, потому что уже в следующее мгновение я услышала сразу со всех сторон:

— Тайная полиция, прошу не оказывать сопротивления!

— Тайная полиция? В моем номере? — искренне удивилась я.

Несмотря на то, что в названии их организации есть слово «тайная», об этих ребятах знает каждая собака. Личные охотничьи псы Императора. И с ними лучше не шутить. И не сжигать их. Я замешкалась.

— Очень рад, что вы проявили благоразумие и ответственную гражданскую позицию, леди Торес, — так же мягко проговорил тот полицейский, что стоял у окна.

Его фигура словно подсветилась сама по себе, и я увидела мужчину среднего роста и среднего возраста, со среднестатистической внешностью, которую никогда не смогу ни запомнить, ни описать.

— В чем меня обвиняют? — спросила я далеко не так уверенно, как бы мне хотелось.

Это ведь не может быть из-за гобоя?

— Ни в чем, абсолютно ни в чем, — заверил меня мужчина, — всего лишь меры предосторожности. Безопасность Императора, вы должны понять. Мы задаем некоторым гостям завтрашнего мероприятия всего один вопрос.

— А. Ну ладно, — немного успокоилась я.

Странно, конечно, проникать в чужие номера, но кто ее, тайную полицию, поймет?

— Что вы хотите знать?

И снова голос мужчины раздался одновременно со всех сторон.

— Просто ответьте первое, что придет в голову. Я в любом случае услышу правду. Правду, леди Торес. Я услышу. Правду.

— Я поняла, — опять вернулась нервозность.

Есть такие маги — слышащие правду. Правдецы. Говорят, их не обмануть. Он ведь не будет спрашивать о болотных светлячках или незарегистрированном антимагическом амулете? Зря беспокоилась. Полицейского, естественно, интересовало совсем не это.

— Леди Торес, вы собираетесь завтра совершить покушение на жизнь Императора?

— Нет, конечно! — выпалила я.

Ну что за глупость? Неужели тайная полиция восприняла бред оракулши всерьез? Хотя, наверное, это их работа.

— Благодарю за искренность. Больше вопросов не имею.

Что, это все? Я несколько минут простояла в тишине, пока не поняла, что в комнате никого больше нет. Я одна. Ну блин. Отвыкла я в провинции от таких вот вещей. Тайный полицейский среди ночи в моем номере! Это же обалдеть! Надо рассказать Исидору. Кстати, где он?

Интересно, его поселили в соседнем номере со мной? Чтобы это выяснить, мне пришлось спуститься в «фойе» и дождаться, пока администратор объяснит недовольному гостю, что ресторан в этом замечательном отеле открыт только до девяти вечера, а слово «круглосуточный» в его описании следует воспринимать в метафорическом смысле. На мой взгляд, гостю не на что было жаловаться — то, что он не попал в местный ресторан, следует расценивать как везение. Ужинать в «Вислоухом льве»! До чего же некоторые люди любят риск.

Выяснилось, что номер Исидора хотя и не по соседству, но тоже на втором этаже. Так что я снова потопала наверх и, постучав в дверь под цифрой семнадцать, вошла, не дожидаясь разрешения. Исидор был там. Стоял прямо посреди комнаты. Его было отлично видно, несмотря на то, что зажечь свечи он, как и я, не успел. Но дело в том, что блокирующая печать светится сама по себе.

Ну что за вечер? Сначала правдец из тайной полиции, потом большая императорская печать, блокирующая силу мага, и все это на фоне живописных декораций «Вислоухого льва». Мне теперь впечатлений до конца года хватит. Да ладно, до конца жизни!

— У тебя тоже побывала тайная полиция? — догадалась я.

— Она самая, — весело ответил Исидор.

Это печать так изменила его черты? Он вроде как стал жестче и… опаснее, что ли?

— И они не поверили, что ты не собираешься совершать покушение на Императора? — это я произнесла шепотом, потому что громко о таких вещах не говорят.

Исидор рассмеялся.

— Ну что ты. Если бы они мне не поверили, я бы тут сейчас уже не стоял. Это, — обвел он взглядом светящуюся вокруг него печать, — дополнительная предосторожность. На всякий случай.

Ясно.

— Я же Игелторн, — добавил Исидор, подтвердив мои собственные выводы.

Мои кулаки сжались.

— Но так нельзя! Ты завтра будешь на церемонии с этой печатью, словно …

Мне никак не удавалось подобрать подходящее слово. На языке крутились варианты «преступник, изгой, проклятый». Но произносить вслух ничего этого не хотелось.

— Ага. — Исидор почему-то продолжал улыбаться.

Что в сложившейся ситуации его веселит? Нашел чему улыбаться!

— Но это же несправедливо! И унизительно!