Чтение онлайн

Это был вызов самому фундаменту его мира. Где у каждого есть своё чёткое, раз и навсегда определённое место.

Раб не может смотреть на магичку как на равную. Не может держать её за руку. Не может заставлять её смеяться. Не может любить.

Трахать — это сколько угодно. Гладиаторы для того и предназначены. Они должны развлекать не только лордов, пуская кровь соперникам. Но и жен этих ублюдков, воющих от тоски в высоких башнях.

Я узнал о роли Горста много позже. Спустя недели после того, как Иллиану нашли распятой на шпилях Запретного Квартала.

В тот день у меня выдалось три или четыре сражения на Арене. Но соперники были слишком слабыми для Выродка. Внутри кипела нерастраченная ярость. Мой постоянный спутник после смерти Иллианы.

Я вернулся в замок Лорда Риуса, поел, отдохнул. Час. Не больше. Потом начал метаться по конуре. Не мог найти места.

В итоге решил сделать нечто безумное. Совершенно самоубийственное.

Мне вспомнился Лорд Каэл. А вернее, то, как я обнаружил в себе Ключ от Всех Дверей. И знаете, что я сделал? Правильно! Полную хрень. Взял и создал Путь, который вывел меня из замка Риуса в город. Хотелось найти каких-нибудь уродов и свернуть им шею. Просто так. Чтоб успокоить внутреннюю тьму.

Я шёл по нижним улицам, где даже стража появлялась редко. Искал объект для драки. Убийц, воров, грабителей. Кого угодно. До уссачки хотел, чтоб кто-нибудь напал на меня.

Мой путь лежал мимо старой кузницы, давно заброшенной. Из-за её полуразрушенной стены доносились приглушённые голоса. Один — сиплый, знакомый. Горст. Второй — молодой, пьяный от дешёвого зелья. Вероятно, один из младших тренеров.

Это было очень неожиданно. Я знал, что подчинённые Хозяина Теней любят выпить и погулять в неблагополучных кварталах Запретного города. Для них это тоже, своего рода, развлечение. Но сам факт что на пути попался именно Горст, вот он удивлял. Какое-то неожиданное совпадение.

Я замер, осторожно подошел к кузнице, прислушался.

— … ну и что? Выжил, да, — с трудом выговаривал заплетающимся языком Горст. Он сидел на каменной лавке, зажав в руке бутылку «Слезы Пустоши» — Главное — порядок. Без порядка мы все тут сдохнем. А этот Выродок вообразил, будто может нарушать систему. Решил, что может смотреть на дочь лорда как на ровню. Я просто открыл глаза тем, кто должен был знать.

— Но старик, ты же прямо папаше её настучал! И Лорду Шэдоу тоже! — восхищённо бубнил второй голос. Собеседником Горста оказался молодой тренер, появившийся на Арене недавно. Мартин. — Это ведь именно ты поднял волну. Позор, разврат, раб мыслит себя человеком…но девчонку жалко. Может, он ей просто голову задурил. Или они вообще ничего такого не делали.

— Делали! Сука! Делали! — в голосе Горста звучала неподдельная ярость. — Они влюбились. Понял? Эта девка выходила из конуры Выродка и вся светилась. Я пытался с ней поговорить…

— Предлагал себя? — хохотнул Мартин

— Да! И что? — Горст пьяно рассмеялся, — Всяко лучше, чем Выродок. Но она меня ударила. Прикинь? Просто влепила пощечину и ушла. Типа грёбаная королева. Ага. Ну да. После этого я и начал говорить о происходящем. Так не врал же. Донёс всем, кому нужно. Пора было бить тревогу. Я наблюдал за Выродком и этой сукой несколько дней. Они реально не сношались. Прикинь? За ручки держались. Я решил, пора раскрыть глаза лордам. И Валериус, и Хозяин Теней, и Риус — они оценили. А потом убрали проблему. Аккуратно. Показательно. Ведь если бы я не вмешался, никто не знал бы правду. Так и думали бы, что лордовская дочка развлекается с рабом. Неееет… Все было гораздо серьезнее. Понял? Теперь все знают: раб — это раб. А магичка, даже самая строптивая, — собственность папаши. И никто не смеет это забывать. Я просто напомнил.

В тот миг мир для меня сузился до щели в грубой кладке, сквозь которую доносился разговор. Всё внутри застыло, а потом взорвалось ледяным, сжигающим нутро пламенем.

Ярость, которая отравляла меня прежде, обрела цель. У нее теперь было имя. Горст.

Не Риус, не Хозяин Теней, не отец-ублюдок. А ничтожный, подлый мудак-тренер. Это он нажал спусковой крючок. Он пустил пулю, которая убила Иллиану.

Я не выдал себя. Отступил в тень, тихо, как призрак. Месть должна быть иной. Не быстрой. Не горячей. Холодной. Методичной. И показательной. Чтобы он понял. Чтобы все поняли.

Я выжидал почти месяц. Время, необходимое для того, чтобы ярость осела, кристаллизовалась в твёрдый, неумолимый план. Я наблюдал. Изучал его распорядок. Привычки. Страхи.

Горст оказался тем еще ссыкуном. У него было несколько «болевых точек».

Он до одури боялся Живчиков. Это — крошечные паразиты, живущие на границе Изначального града и Пустоши. Маленькие насекомые на самом деле слыли извращенными убийцами. Стоило им попасть на тело жертвы, они начинали прогрызать в нем узкие тоннели. Поедали тело изнутри.

Поэтому Горст каждый раз, когда привозили очередную Тварь для Арены, истерично требовал, чтоб ее обработали специальным раствором.

Еще Горст боялся высоты. Но больше всего он боялся того, что не укладывалось в границы его мудаческого мышления. Например — меня.

Я подготовился основательно. Для начала раздобыл несколько малозначительных артефактов из кладовой Диксона. Тех, о которых уже не помнил он сам. «Нить Паука» — невероятно прочную липкую хрень. Ее невозможно разорвать. И «Фантом боли». Камешек, способный в разы усилить любое физическое страдание.

Затем, в одну из ночей, с помощью Ключа наведался к границе с Пустошью. Чего мне стоило набрать в коробку десяток Живчиков, даже вспоминать не хочу. Пришлось приманивать паразитов падалью.

Ну а потом наступил тот самый момент. Ночью, когда Горст возвращался домой через самую короткую, но мрачную дорогу — узкий карниз над пропастью старого вентиляционного колодца, — Выродок нанёс удар.

Горст даже не успел вскрикнуть. Я материализовался из тени, пережал шею старшего тренера внутренним сгибом локтя и заткнул рот тряпкой. Горст забился, захрипел, но через несколько секунд обмяк. После того, как мой кулак ударил его ровно в темечко.

Я связал урода «Нитью Паука». Так туго, что она впивалась в плоть. И понёс, как мешок дерьма, в сердце Изначального града. На самую высокую точку Запретного Квартала, к тем самым остроконечным шпилям, где нашли Иллиану.

Он пришёл в себя, когда я уже закреплял последние петли. Мы находились на крыше старой обсерватории, на скользком от дождя уступе. Внизу тускло светились огни города магов. Ветер выл и рвал одежду.

— Что… что ты делаешь? — голос Горста был хриплым от ужаса. Он дёрнулся, но нити лишь глубже впились в кожу.

— Восстанавливаю порядок, — ответил я голосом, лишённым всяких эмоций. — Твой порядок. Ты любил, чтобы у каждого было своё место. Сейчас я покажу тебе твоё.

На крыше обсерватории было два шпиля. Их я использовал как основу. Привязал левую руку и левую ногу урода к одному, правые конечности — к другому. Растянул тело между ними в неестественной, мучительной позе, почти повторяющей ту, в которой нашли Иллиану.

К обнажённой груди Горста прилепил десять Живчиков. Они моментально впились в его плоть. На спину прицепил «Фантом боли». Артефакт многократно приумножил то, что делали паразиты.