Чтение онлайн

А ещё пугает сама перспектива объяснять, разбираться, оправдываться. Раз за разом возвращаться к болезненным деталям прошлого, к тому, что с Андреем у нас давно не было близости… Я не хочу снова ворошить это, не сейчас, когда я так уязвима.

Дышу глубже, стараясь унять внутреннюю дрожь. Мне нужно время. Время, чтобы набраться сил, понять, что я сама чувствую, подготовиться к любому ответу. И к тому, чтобы защитить то, что растёт внутри меня, — независимо от того, какой выбор сделает Влад.

Я сжимаю его ладонь в ответ, но молчу. Просто киваю и прикрываю глаза, пряча бурю эмоций за опущенными ресницами.

— Отдыхай, — шепчет Влад. — Я никуда не уйду.

Его голос звучит так уверенно, так тепло, что на мгновение страх отступает. Я делаю медленный вдох, пытаюсь сосредоточиться на этом моменте — на его руке в моей, на ровном биении его сердца, которое почти чувствую через прикосновение. Может быть, всё не так страшно? Может, я зря себя накручиваю?

Следующие два дня сливаются в один длинный день заботы. Влад не просто приходит — он фактически переезжает ко мне: на ночь раскладывает на кресле плед и остаётся рядом. С утра он первым делом проверяет температуру, заставляет пить витамины, кормит чем-то тёплым и вкусным — то куриным бульоном, то кашей с ягодами.

Однажды я просыпаюсь от запаха мяты — он заварил травяной чай, добавил мёда.

— Секретный рецепт, — подмигивает. — Гарантированно поднимает настроение и иммунитет. Ну и, конечно, делает меня ещё более неотразимым в твоих глазах!

Я делаю глоток — тепло разливается по телу, а вместе с ним приходит странное ощущение дома. Настоящего, безопасного места, где обо мне кто-то по-настоящему заботится.

Вечером третьего дня температура наконец нормализуется. Я чувствую себя слабой, но уже не разбитой. Сижу на кухне, укутавшись в плед, а Влад ставит передо мной тарелку с омлетом.

— Сам готовил, — гордо объявляет он. — Не идеально, но съедобно. И, что самое главное, без отравлений и пожаров!

— Выглядит отлично, — улыбаюсь я впервые за эти дни.

Мы едим молча, но тишина теперь не тяжёлая, а уютная. Он время от времени поглядывает на меня, будто убеждаясь, что я действительно иду на поправку.

— Спасибо, — говорю я наконец. — За всё. Ты не обязан был…

— Обязан, — перебивает он серьёзно. — Потому что ты важна для меня. И я хочу быть рядом. Всегда.

Моё сердце пропускает удар. Я открываю рот, чтобы сказать хоть что-то — может, даже правду, — но в последний момент снова молчу. Вместо этого просто киваю и опускаю взгляд в тарелку.

«Ещё не время, — думаю я. — Сначала надо убедиться, что всё стабильно. Сначала — развод. Сначала — понять, готова ли я снова доверять».

Влад будто чувствует моё колебание. Он не настаивает, не допытывается. Просто протягивает руку через стол и на мгновение сжимает мои пальцы.

— Главное, что ты выздоравливаешь, — говорит он мягко. — А остальное мы решим. Вместе.

Я киваю, чувствуя, как на глаза наворачиваются слёзы — на этот раз не от слабости, а от благодарности. И от робкой, но крепнущей надежды, что, может быть, на этот раз всё действительно будет по-другому.

Утро начинается с будильника, который, кажется, звенит слишком рано и слишком громко. Я резко сажусь в постели, моргаю, пытаясь прийти в себя. Сегодня тот самый день — межрегиональная конференция по актуальным вопросам хирургии. Я буду выступать с докладом о малоинвазивной технологии в абдоминальной хирургии и оптимизации послеоперационного периода от нашего центра.

Медленно открываю глаза, пару минут просто лежу, прислушиваясь к себе. Тело всё ещё вялое после сна, но откладывать нельзя. С трудом поднимаюсь, плетусь в ванную, умываюсь холодной водой, слегка похлопываю себя по щекам, чтобы прогнать остатки сна. В зеркале отражается всё ещё сонный взгляд, но я твёрдо говорю себе: «Пора».

Вернувшись в комнату, подхожу к шкафу. Одежда разложена с вечера, но всё равно что-то идёт не так: блузка оказывается слегка помятой, юбка — не той длины, что хотелось бы. Руки слегка дрожат, пока я застёгиваю пуговицы.

— Спокойно, Катя, спокойно, — шепчу себе под нос, глядя в зеркало. — Ты готова. Ты всё отрепетировала.

Но время будто ускоряется. Завариваю кофе — и проливаю его на блузку. Быстро меняю её на другую, но теперь уже опаздываю на встречу с коллегами у конференц-центра. Выбегаю из дома, едва не забыв сумку с документами и флешкой для доклада.

На улице колючий морозный воздух обжигает лицо, снежинки кружатся в воздухе, оседая на пальто. Зима напоминает о себе порывистым ветром и скользкой дорогой. Завожу машину, включаю обогрев — стёкла запотевают. Пальцы чуть дрожат, когда завожу двигатель. Поглядываю на часы: если застряну в пробке, то точно не успею вовремя.

Выезжаю, стараясь ехать аккуратно — дорога покрыта тонким слоем льда, и осторожность не помешает. В груди нарастает тревога, смотрю в зеркало заднего вида, глубоко дышу, пытаюсь унять волнение. Мысли скачут: доклад, слайды, вопросы из зала… И ещё этот новый, особенный страх — я беременна, но никому не сказала. Даже Оле.

Подъезжаю к конференц-центру вовремя — буквально в последнюю минуту. У входа уже стоят коллеги, среди них — Оля. Она машет мне рукой:

— Катя! Ну наконец-то! Мы уж думали, ты не успеешь.

— Чуть не опоздала, — выдыхаю я, стараясь улыбнуться. — Пробки, скользкая дорога…

— Да ладно, главное — ты здесь. Пойдём, регистрация уже началась.

Мы заходим внутрь. Просторный холл с высокими потолками, на стенах — баннеры спонсоров и организаторов. Люди в строгих костюмах переговариваются, собираются в группы, кто-то листает программы.

Оля тянет меня к стойке регистрации, попутно здороваясь с кем-то из знакомых. Я киваю в ответ, но чувствую, как внутри всё сжимается. Душно. Слишком много людей, слишком шумно.

— Ты бледная, — замечает Оля, наклоняясь ко мне. — Всё в порядке?

— Немного волнуюсь перед выступлением, — отвечаю я. — Но ничего, сейчас соберусь.

Нас направляют в зал. Мы находим места рядом с коллегами из нашей клиники. Вокруг знакомые лица — кто-то кивает, улыбается, кто-то обменивается короткими фразами. Среди них — доктор Смирнов из соседнего отделения. Он подмигивает мне: