Чтение онлайн

Теряясь в догадках вышли на встречу. Как только император увидел Жозефину, крикнул:

— Мы уезжаем!

Императрица без лишних разговоров накинула полу-шубок и направилась вслед за супругом к каретам. Мы переглянулись и тоже принялись собирать вещи. Мы свита императора на этом мероприятие, куда он, туда и мы. Уже на улице меня встретил Жерар, приложив пальцы к губам, призывая к молчанию, направил меня к нашей карете. Пока усаживалась, наблюдала за маршалом Бертье. Тот смиренно выслушивал императора. По повышенному тону — Бонапарт ругался.

Когда карета двинулась домой, я не выдержала.

— Что произошло?

Жерар гримасничал, видно ему было неприятно вспоминать произошедшее.

— Ситроян Бертье, дурак. Зная о нелюбви Наполеона к охоте, устроил этот фарс. Он несколько недель тренировал кролей, что бы те не страшась выстрелов бежали к месту кормежки. Планировал выпускать их по одному. Мы встали ровно на место где кормили несчастных. Я ощутил запах сразу, но не мог сообщить о намечающимся спектакле. В нужный момент Бертье подал знак и выпустили первого кроля. Наполеон сразил двоих, и дальше что-то пошло не по сценарию маршала. Закончилось тем что императора обложили со всех сторон кроли, а самые наглые запрыгивали на него сбивая с ног. В общем и все. — поведал фантастическую историю муж.

От комичности картины "Наполеон и кролики" я не сдерживаясь рассмеялась.

Еще один день наблизил меня к дому.

13 декабря 1804 года

К "Дому Мольера" мы прибыли чуть раньше запланированного времени. Зимнее солнце стремилось за горизонт, первые фонари зажигались на улицах Парижа. Идя под руку с Жераром, пораженно рассматривала Театр-Франсэ. Шести этажное здание встречало нас во все своем великолепии. На террасе второго этажа прогуливались пары, панорамные двери, ведущие в коридор театра не закрывались, поток ценителей искусства стремился на премьеру оперы "Императрица".

В гардеробной, сдав верхнюю одежду, я несколько раз пересматривала приглашения, отправленные четой Мюрат. В них говорилось, что наши места находятся в ложе на четвертом этаже. Впервые на таком мероприятии, я слабо представляла, как буду смотреть оперу с такой высоты. Задумавшись, поднималась по лестнице с потоком знати, плохо понимала куда все идут, и решив, что они приведут сами меня в нужный зал.

Рука мужа выдернула меня между вторым и третьем этажом. Усадив меня на диванчик, Волуар присел рядом.

— Белль, и куда ты убежала? Я только пальто отдал, а тебе нет. Если бы не аромат, поднял тревогу в театре, — пробурчал муж.

Потупив взгляд, постаралась отстраниться. Мы на глазах у сотни сидели тесно прижавшись. Такое поведение недопустимо в общественном месте.

— Жерар, ты смущаешь меня. На нас все смотрят, — глазами показала на зрителей нашей сцены.

— Завидуют, — довольно пробасил граф Монпелье, золотом глаз одаривая всех. — Я испугался, такое скопление может затоптать тебя. Мы подождем пока все зайдут в свои ложа.

— А мы не опоздаем? Ни хочу показаться Каролине не пунктуальной, — запричитала, ища часы.

Муж достал, из внутреннего кармана, часы. Золотая крышка открылась, показывая нам циферблат.

— У нас еще 10 минут есть, я могу провести тебя в уборную. Первый акт длится два часа, после перерыв на сорок минут…

— Два часа, один акт?! — воскликнула, перебив Волуара. Тот кивнул и продолжил:

— Второй акт самый длинный — три часа.

— А третий? — поинтересовалась стараясь посчитать в котором часу мы вернемся домой.

— Третий — два часа. Белль, послушай, хорошая опера не может длиться меньше пяти часов. После второго акта, будет время на ужин, — обрадовал меня Жерар. Сидеть голодной не хотелось.

— Домой, мы вернемся глубокой ночью, — подытожила время, проведенное в театре.

— А ты, завтра, спешишь куда-то? — наигранно прищурился муж, чуть склонившись надо мной.

— Нет… — сдавленно ответила, неразрывная зрительного противостояния. Радужная оболочка оборотня, вновь, ежесекундно дрожала. Чарующее зрелище.

— Тогда, мы спокойно проспим до позднего обеда, — мимолетное касание губ. Забыв где находимся, приобняла мужа. Тот засмеявшись мне в рот, выпрямился.

— Пошли, искушение, нас ждут.

У входа в ложе, нас ждал Иохим. Мужчины обменялись рукопожатием, а я получила формальный поцелуй в кисть.

— Проходите, Аннабель, моя жена уже заняла места, мы пока здесь пообщаемся, — приоткрыв двери в ложу, маршал пропустил меня вглубь.

Окунувшись в полумрак комнаты, постепенно привыкала к обстановке окружившую меня.

— Аннабель, проходите, только аккуратно, порог, — прозвучал голос Каролины. Женщина сидела у поручня, держа в руках увеличительное стекло. Преодолев препятствие, опустилась рядом с сестрой императора. Сегодня женщина выбрала платье бежевого цвета с алым шлейфом. Голову украшал тюрбан из-под которого, выглядывали завитки волос. Шея, ушки, кисть — все в украшениях.

Я оделась более скромно: голубое платье с приспущенными плечиками, на шее нитка жемчуга, в ушах гвоздики с жемчугом. Волосы собрала в пучок.

— Прекрасно выглядите, мне нравится ваша лаконичность в образах, — похвалила меня Каролина. Смущённо улыбаясь, решила ответить:

— Очень интересное решение со шлейфом, я не видела таких моделей раньше, — указана на алую ткань.

Женщина довольно сверкнула глазами и передала мне стекло.

— Удобно смотреть, если зрение неважное. После рождения Люсьена мое начало подводить, — вздохнула Каролина.

Подняв стеклышко, осмотрела зал: зрители нетерпеливо смотрели на небольшую сцену, некоторые переговаривались, кто-то читал буклет. На балконе, напротив я встретилась глазами с Гортензией. Женщина кивнула мне, и продолжила беседу с Жозефиной. Та не обращала на окружающих внимание, что-то рассказывала дочери. Эжен, сидел по другую руку матери, задумчиво глядя на сцену. Дамские разговоры не волновали мужчину.

На сцену тем временем вышла исполнительница главной роли — Рокур. Девушка плохо узнаваема благодаря толстому слою белил на лице. Одета в античное шелковое платье персикового цвета, правда, было отличие: пояс располагался не под, а над грудью. Интересное решение. Неужели такая мода на дальнем востоке? На голову певицы одели парик черных волос, заплетенных в две гульки, украшенных лотосами, тем самым оголяя шею и плечи.

Увлекшись рассматриванием "императрицы", не заметила прибытие Жерара. Муж отказался от стекла.