Чтение онлайн

– Ешьте! Сейчас хлеба дам.

Она приступила к нарезке. Пыхтела, громко дышала, скрипела зубами, потом зло закричала:

– Ножи тупые, в стать хозяину. Где этого козла носит? Опять запил. Прибью скотину, как явится! Лично ему голову топором снесу.

Лишь Лара доела, как мама нетерпящим возражений тоном приказала:

– Сейчас бегом в магазин, купишь буханку «Окского», пока не раскупили. Потом с тобой смотаемся за черникой на час. Я сегодня во вторую смену.

Лара наморщила нос. Не хочется никуда идти, она устала от бесконечных обязанностей. Только разве с мамкой поспоришь?!

Схватив полотенце, Лара вышла во двор. Под водопроводом выскоблила землю из-под ногтей, обмыла лицо, тщательно намылила уши и места за ними, там всегда много грязи.

Вернувшись домой, Лара вытащила из шкафа выходное платье, синее с розовой вставкой спереди, и переоделась. Она основательно зачесала волосы назад и крепко завязала белой ленточкой, чтоб вошь случайно не выползла, и стоящий рядом человек не увидел бы Лариного стыда.

В прихожей из обувной полки Лара достала чудесные черные босоножки. В начале лета ее пригласили поработать на школьный приусадебный участок, так как Лара единственная из класса умела ухаживать за растениями. Три недели она бегала с ведрами до местной колонки, носила воду, поливала грядки да пропалывала сорняки. На заработанные деньги купила эту пару обуви и красивую куклу Машу для сестренки. Кася сияла от счастья, получив нежданный подарок.

Лара вставила стопы в босоножки. До сих пор слегка большеватые. Оно и хорошо, зато на следующий год хватит. Мама удачно посоветовала на размер больше купить.

Мать приблизилась к Ларе, сунула в руки холщовую сумку, буркнула:

– Кошелек внутри, не потеряй.

Она схватила ладони Лары, тщательно осмотрела ногти.

– Медленно повернись!

Лара выполнила. Мать оттопырила уши, повозила пальцем позади них.

– Проверку прошла, чеши давай!

В магазин как попало не ходят. Следует привести себя в порядок: помыться, заплестись, одеться по парадному. Чтобы маму не опозорить. Чтобы никто из окружающих часом не догадался, что в семье живут плохо, денег нет, батька пьет, а у Лары в волосах паразиты.

Магазин находился в начале поселка, минут пятнадцать пешком. Дойти туда можно было по Центральному шоссе, асфальтированной дороге с проезжающими изредка машинами, или по параллельному пути: до конца улицы, налево, по тропинке, выход на дальний переулок и пять минут по заброшенному парку. Первый маршрут был интересный: много людей, машины изредка проезжают; второй – спокойный: деревья, птички, редкие велосипедисты.

Лара решила вперед по асфальту пойти, а обратно – через парк.

Она быстро дошла до магазина, встала в очередь пятой. Пока ожидала, рассматривала пустые прилавки, облупившийся серый потолок и давно немытые огромные окна. Первых четырех обслужили.

– Мне «Окского», – попросила Лара.

– Сегодня не привезли. Есть только обычный ржаной и «Дарницкий».

Лара замерла. Что же ей делать? Сбегать у матери уточнить – полчаса выйдет, весь хлеб раскупят за это время. Без продукта вернуться домой нельзя, мамка без того из-за загула бати злится. Остается выбрать наугад. Название «Дарницкий» Лара слышала первый раз…

– Тогда ржаного.

Лара расплатилась, положила буханку в холщовую сумку и поспешно зашагала обратно. Нельзя маму заставлять ждать, она занятая.

Домой Лара пошла через парк. Погода выдалась чудесная, жаркая и солнечная. Радостно чирикали птички, дружно колыхались листья деревьев от легкого теплого ветерка. Душисто пахло растениями и цветами.

Лара вприпрыжку двигалась по широкой вытоптанной тропе, когда в начале пути услышала слева бессвязное бормотание. Посреди травы в двух метрах от тропинки валялся пьяный папа и разговаривал то ли сам с собой, то ли с неведомым собеседником. Штаны его посередине были обмочены.

Лара пошатнулась, казалось, земля закачалась под ней. Быстро оглянулась вокруг – никого. Выдохнула с облегчением. Ее не увидят с напившимся вдрызг отцом. Ох, уже сколько лет Лару дразнят одноклассницы в школе: дочерью пьяницы, алкоголичкой, нищенкой и голодранкой.

Папка лежал на спине и продолжал сюсюкать неведомые слова, Лару он даже не заметил.

Надо бы его по-быстрому доставить домой. Справится ли? Придется! Лара шагнула к родителю и потянулась поднять его, но резко остановилась. Мать ведь грозилась убить отца, обещала утром: «Лично ему голову топором снесу!»

Лара поежилась. Мама явно не шутила, курам вон как лихо верхушки сносит.

Ну нет, разве она может с папой так поступить, людей ведь не убивают. С другой стороны, мать его за человека не считает, козлом и крокодилом называет… да и в ярости она способна на многое. Притащит Лара пьяного папу домой, положит мама его голову на пень как куриную, да и рубанет с плеча. А батя даже защититься не попытается в таком плачевном состоянии.

Лару морозило, озноб пробегал по спине.

Нет, пусть лучше папка спокойно полежит на траве, в себя придет. Погода сегодня жаркая, ничего не случится. Место тут людное, рано или поздно кто-нибудь его найдет, домой приведет. Мать перед чужими скандал закатывать не станет, нельзя ведь сор выносить из избы. Так батя и выживет. Пожалуй, Ларе не следует рассказывать маме, что папу видала.

Лара отошла от отца и широким шагом побежала домой.

– Где тебя черти носят?! Прибила бы… Не ребенок, а сплошные проблемы, – добродушно приветствовала мать и полезла в сумку.

– Что это? Ржаной? Я тебя «Окского» просила купить, бестолочь! – возмутилась она, вытащив буханку.

Тима громко загоготал.

– Не было, только ржаной и «Дарницкий» привезли, – объяснила Лара.

– Так взяла бы «Дарницкий», тупорылая. Жри эту сырую кислятину теперь. Спасибо сестре скажите! – обратилась мама к братьям – Тима задиристо улыбнулся.

– Ладно, некогда даже наказать тебя. Одевай спортивки, в лес пойдем, черники пособираем.

Родительница оставила остальных детей дома и закрыла их на замок, велев Тимофею смотреть за Касей.

Лара удалялась от дома и нервничала. Что, если папу приведут, а дом закрыт? Куда его денут? Может, догадаются на крыльце оставить. А вдруг – нет?

Мама бежала, летела, парила над дорогой дикой ланью. Лара едва поспевала вослед. Внезапно мать затормозила и окликнула пожилую соседку, выходящую из калитки впереди по улице: