Чтение онлайн

Братья сидели за письменным столом. Сеня – по центру, он печально рассматривал шестицветный набор карандашей, вынутый из упаковки. Тима разместился на табуретке сбоку, он держал в руках желтый карандаш и пытался заточить его кухонным ножом. Тот сопротивлялся, не скользил вниз, а упорно застревал в начале пути.

– До чего тупой! – Тимьян с грохотом хлопнул нож о стол.

– Дай я!

Лара бросила ношу на кровать и схватила предметы, острие отказывалось срезать с дерева стружку.

– Нож наточить нужно, – постановила Лара.

– Мы типа не знаем! Ты мамке попробуй рассказать. – Брат рассмеялся.

Чем бы заострить? Тонким лезвием с папиной бритвы. Лара принесла отцовский станок из ванной, осторожно разобрала на части, вытащив лезвие.

Братья по одному подавали карандаши. Лара аккуратно, стараясь не пораниться, срезала тонкие полоски дерева, показавшийся грифель заостряла.

Ну вот, шесть острых инструментов художника готовы! Малой радостно улыбался. Лара оттерла с лезвия разноцветные следы, собрала станок и отнесла его на место.

Родители даже не узнают, что она трогала опасные вещи и затупила папину бритву. Пацаны не сдадут, сами участвовали!

Когда Лара вернулась в детскую, Сеня яростно рылся в ящиках стола, Тима шарил в портфелях.

– Что ищете?

– Листок, – грустно ответил маленький братик.

Лара присоединилась, прошерстила свои альбомы, все страницы оказались разрисованы. Она взяла тетрадь по русскому, удачно начатую в конце года.

– Сень, у меня только в линеечку есть. Хочешь вырву?

Братишка радостно кивнул.

Он положил перед собой лист, взял черный карандаш. В нижней части рисунка точно посередине появился контур птицы. Сеня дорисовал штрихи перьев на крыльях, поменьше – ближе к телу, отдельные огромные – на концах. Хвост лег веером, тоже с крупным оперением. Круглые глазки и горбатый заостренный клюв появились последними и окрасились желтым. Коричневым Малой заштриховал остальные части, то сильно нажимая карандаш, то едва касаясь бумаги. Красиво получилось и очень похоже.

– Теперь повесим на стену, – предложила Лара.

– Еще не готово, – не отрываясь от рисунка, ответил братик.

Он взял зеленый. Сверху листа от края выросли вниз головами три маленькие елочки. Они висели не прямо, а чуть наклоняясь, будто стремились друг к другу. Странно, почему вверх дном? Лара продолжила наблюдать.

Сеня схватил опять желтый карандаш. От края листа с перевернутыми елочками хлынули до середины картинки расходящиеся солнечные стрелки. Рисунок выглядел всё чуднее.

Братик снова поменял цвет, взял синий. Между лучами он заштриховал легким тоном, к низу листа переходящим в яркий. Сеня отложил карандаш и гордо произнес:

– Готово!

Лара открыла рот, но Тимка опередил:

– Чего у тебя елки вверх тормашками?

– Я лежу на траве и смотрю на небо, – спокойно объяснил Малой.

– Как сегодня в лесу, что ли? – уточнил Тимофей.

Сеня кивнул.

Лара пристальнее всмотрелась в рисунок. Точно! Лежа на земле, взгляни ввысь, так и выйдет. В поле зрения виднеются верхушки деревьев, позади светит солнце и освещает небо от тебя впереди. А прямо над тобой парит в голубой высоте птица.

– Это орел? – поинтересовалась Лара.

– Да. Я себя в будущем нарисовал. Летаю, где хочу, – мечтательно протянул братик.

– Здорово ты умеешь! – поддержал Тима, – Давай повесим картинку!

Втроем заново перерыли ящики письменного стола, нашли семь ржавых загнутых кнопок. Четыре разогнули и прикрепили рисунок на стену над кроватью Семёна.

Издалека донесся командный материнский крик:

– Время десять. Отбой!

Лара постелила Сене койку, отвела его на улицу помочиться. Они вернулись, скинули одежду, аккуратно повесили ее на спинки кроватей и улеглись.

В комнату вошла мать и увидела рисунок.

– Неплохо получилось, – прокомментировала она, – Не только в постель прудить умеешь…

Мама погладила Малого по голове и приобняла.

– Спокойной ночи, сынок! – ласково прошептала она.

Ого, мать до сих пор в хорошем настроении! Вот что торжество справедливости делает. Редко она приходит попрощаться на ночь. Лара пыталась вспомнить, когда был последний раз, но не смогла.

Родительница приблизилась к Тиме, так же нежно его обняла и пожелала волшебных снов.

Сердце Лары забилось с удвоенной частотой: сейчас и к ней подойдет мама, обнимет, приятные слова скажет.

Мать направилась к выходу. Проходя мимо Лары, бросила быстрое:

– Ты тоже спи.

Она двинулась дальше, но остановилась и повернулась снова к Ларе. Похоже, сейчас пожелает доброй ночи, – Лара застыла в ожидании.

– Посуда грязной осталась. Помой завтра, пока я на работе. Ясно?

Лара кивнула, родительница вышла и закрыла за собою дверь.

Наверное, Лара опять плохо себя вела, вот ее мама и не обняла, ночи спокойной не пожелала. Точно, папку сразу не сдала, картошку толсто порезала, кинзы сначала не нарвала, потом мало принесла, а после вычески забыла мать поблагодарить. Ничего, завтра Лара исправится, идеально родительские наказы исполнит. Когда-нибудь мама обязательно обнимет.

Лара судорожно вздохнула и подняла взгляд на ковер. Хорошо, что у нее есть надежные друзья. Рука потянулась и погладила гладкую шерстку главы оленьей семьи. Нос животного уперся Ларе в щеку, ласково потерся, совсем как в детстве щекотал ее папа жесткими усами. Лара улыбнулась.

Ой, она даже не знает их имен.

– Как тебя зовут?

Олень упорно молчал. Наверное, не умеет говорить.

– Можно я буду звать тебя Витторио? – Лара слышала, что именно так друзья отца в шутку обращались к нему.

Зверь кивнул.

К ним приблизились олениха и олененок. Как бы назвать жену Витторио?

– Ты будешь Мила. Хорошо? – Так маму окликала баба Нина, пока не умерла.

Мила не возражала.

– Младшего назовем… Каспер. – Лара где-то случайно услышала это имя, оно ей понравилось.