Чтение онлайн

Она двинулась вперёд, спотыкаясь, когда лодку резко качнуло.

— Семь! — крикнул Бен.

Она подняла на него глаза и слабо улыбнулась.

— Я в порядке. Просто, видимо, не умею «ходить по палубе».

— Нет. Это не ты — яхту слишком трясёт. Ты сможешь дойти?

— Конечно, — выдохнула она, делая шаг. Дождь хлестал по спине. Она ненавидела такую погоду.

Она едва успела подняться, как ощутила, будто невидимая сила выдёрнула её из реальности. Резкий рывок — и тело взмыло в воздух. Крик Бена, раздавшийся позади, стал последним звуком, который она услышала, прежде чем мир растворился в ветре. Сердце рванулось в горло, из груди вырвался крик ужаса. Что происходит? Неужели её втянул какой-то дикий атмосферный разлом?

Семь поднималась всё выше. Казалось, кто-то держал её за руку — чья-то чужая, но неотвратимая сила. Воздух свистел в ушах, волосы хлестали по лицу. Она кричала, осознавая: если падение неизбежно, шансов выжить у неё не останется.

И всё же она продолжала подниматься. Когда паника немного отступила, сознание прояснилось — и пришло понимание: это не могло быть просто погодным явлением. Людей не уносит в небо с яхт без причины. Значит, кто-то — или что-то — поднимало её.

В «Полумесяце» жил один из «аномальных» — тот, кто умел управлять погодой. Он держался особняком, но Мадам его особенно ценила. Говорили, она продавала его дары богатым клиентам: ни один свадебный день не омрачался дождём, если за него платили достаточно.

«Как его зовут?»

Семь с трудом вспомнила номер — Пять-Тридцать-Два. Да. Пять-Тридцать-Два не только управлял стихией, но и мог двигать предметы силой мысли. Похоже, именно он и вытащил её с яхты.

Но зачем? Почему Мадам пошла на такой риск — показать себя миру ради того, чтобы вернуть её обратно?

Бен...

О, Боже, Бен всё видел. Он в опасности.

Семь боролась с ветром, но тщетно. Даже если бы вырвалась, она всё равно рухнула бы вниз — в воду или, может быть, уже на сушу. Если она вернётся в «Полумесяц», — погибнет.

Но почему? к сожалению, ответ она узнает лишь за мгновение до смерти.

Это была злая насмешка судьбы — подарить ей встречу с Беном, позволить понять, что значит любить, — лишь для того, чтобы всё отнять.

— Нет... — прошептала она. — Это несправедливо…

Её голос сорвался в крик, полным отчаяния и гнева. Слёзы смешались с ветром, руки сжались в кулаки, тело дрожало от силы чувств. Именно тогда она ощутила странное: что-то пробудилось вокруг неё. Энергия. Она ощутимо сгущалась, словно обвивая её невидимыми нитями.

Дар внутри неё откликнулся. Он звал — требовал, чтобы она перешла грань, сменила фазу, взглянула в пространство, где видят только «аномальные».

— Чёрт... — выдохнула она. — Тогда я хотя бы уйду, сражаясь.

Она позволила энергии накрыть себя. Её глаза изменились — вспыхнули тёмным светом. Пусть. Никто не увидит. Никто не закричит от ужаса. Бена не заботили её дьявольские чёрные глаза. Отбросив мысли о нём, она позволила себе шагнуть в мрак.

Вокруг — пустота. Ни света, ни звука.

Она огляделась.

Ничего.

— Ты хочешь освободиться? — спросил голос.

Семь ахнула.

— Кто здесь?

— Ты не видишь меня? Чёрт. Я думал, что уже во всём разобрался.

— Нет, — Семь покачала головой. — Ничего не вижу.

«Я окончательно сошла с ума», — мелькнуло в сознании.

Перед ней возникла тень — силуэт человека, лишённый чётких очертаний.

— Сейчас? Теперь видишь?

Семь обхватила себя руками.

— Ты... Дьявол?

— Что? Нет! — тень даже всплеснула руками. — Просто с проекцией облика проблемы. И да, она только что спросила, не Дьявол ли я. Просто, зашибись!

«Я в полном замешательстве», — подумала она.

— Кто ты? И с кем ты вообще разговариваешь?

— Прости, — голос стал мягче. — Меня зовут Спенсер. Мой брат, Роман, связался со мной, чтобы я помогла тебе выбраться из неприятностей, в которые ты попала.

Семь моргнула, не веря ушам.

— Роман из «Гнева»?

— Именно. Я сейчас говорю от лица группы — нас несколько. Мы работаем вместе, чтобы сделать возможным этот контакт между нами.

— Хорошо... — она провела рукой по затылку. — Мне показалось, что вокруг есть энергия.

— Есть. Мы с ней и работаем. Как только ты будешь с нами — если решишься — мы научим тебя, на что ты действительно способна.

— Что я могу? — прошептала она.

— Намного больше, чем тебе кажется. Ни один из тех, кто жил в неволе, не знает пределов своих сил. Но я не могу забрать тебя без твоего согласия. Это наш закон. Так мы защищаем тех, кто с нами.

— Тогда да. Забери меня. Если ты этого не сделаешь, они убьют меня.

Тень кивнула.

— Знаю. Мадам очень хочет твоей смерти. Мы не знаем почему, но узнаем.

— Тогда забери и Бена. И девочек. Они тоже в опасности.

От одной мысли об этом ей стало дурно.

— Мы не можем, Семь.

— Тогда я не уйду. — Голос её дрогнул. — Я не оставлю их.

Она не хотела оставлять Бена. Должен был быть способ освободиться и вернуться к Бену.

— Если останешься, ты погибнешь. И тогда уже никогда не вернёшься к нему. А без тебя им будет безопаснее. Ты сама это знаешь.

— Почему нельзя взять его со мной?

Спенсер вздохнул.

— Он слишком привязан к внешнему миру. Если его исчезновение заметят, начнутся вопросы. Возможно, однажды мы сможем. Но сейчас — нет. Мы проследим, чтобы он был в безопасности. Пойдём с нами, Семь. Остальное решим потом.

Она понимала — другого выхода нет. Если останется, погибнет. Если уйдёт, у неё появится шанс — вернутся к Бену. Он будет волноваться, но она найдёт способ и сообщит, что жива.

Впервые в жизни Семь поверила: её судьба не закончится под рукой палачей Мадам. Она найдёт способ выжить — и, может быть, вернуться к тем, кого любит.

К бену и девочкам.

В конце концов, в секретном месте будет лучше чем на плахе.

— Хорошо, — прошептала она. — Заберите меня с собой.

Пять лет спустя

Ему предстояло заполнить ещё больше бумаг. Бен со злостью бросил ручку на стол. Вечно эта проклятая гора документов — стоит подать одно судебное предписание, как тут же натыкаешься на другую стену.

— Есть минутка?

Бен вздрогнул. Он даже не услышал, как Джин вошёл. Впрочем, в последнее время это стало привычным — его мысли всё чаще блуждали где-то далеко.

— Конечно, — он прочистил горло и приглашающе обвёл рукой комнату. — Можешь сесть, если найдёшь место.