Чтение онлайн

– Не пора ли нам? – спросил я.

Магазинер кивнул и запыхтел вслед за мною вверх по склону кратера.

– Вы далеко? – догнал меня неприятный скрипучий голос Сорокина. Пришлось оглянуться.

– Туда. – Я ткнул пальцем в направлении гребня. – А что?

– Вернитесь, лейтенант! Мы еще не закончили.

Интересно знать, что он тут еще не закончил? Не закончил набираться впечатлений, как простодушный турист? Все, что нужно, научники поднесут нам на блюдечке.

– Правда? А я закончил.

Краем глаза я поймал Магазинера. Моше Хаимович стоял неподвижно, как каменная скифская баба, раззявя рот от моей наглости, но, по-моему, втихую уже наслаждался. А может, радовался тому, что не он, а Сорокин назначен руководителем группы. Тот сухопарый, а толстяка Магазинера на его месте, чего доброго, хватил бы инфаркт. От груза ответственности и своеволия молодых нахалов.

– Немедленно вернитесь, лейтенант! – повысил голос Сорокин. – Вы слышите?

– Я и возвращаюсь, – буркнул я через плечо. – В вертолет.

– Стойте! У вас что, есть гипотеза?

– Будет.

Как же, гипотезу ему вынь да положь – вот так, сразу! Тогда наглому мальчишке враз простятся и наглость, и мальчишество. За мозги. Гипотез и так навалом, ему что, нужны еще? Будут ему еще, раз он так хочет. А мне – мне надо понять суть, а не измышлять гипотезы.

Любопытно было то, что Магазинер не остался на дне кратера, а двинулся за мной – я даже помог ему карабкаться на вал. Экономя авторитет, Сорокин не приказал ему вернуться, он приказывал только мне, а значит, толстяк майор был в своем праве. Отдуваясь, он дошагал за мной до вертолета, заполнил собой жалобно пискнувшее сиденье и принялся утирать платочком лицо, шею и углы рта. Не прерывая этого занятия, он подмигнул мне.

– Есть соображения, а?

Вместо ответа я достал из глубин рюкзачка плоскую фляжку коньяка и стаканчики. Магазинер удивился.

– Я о других соображениях…

– Значит, не составите компанию?

– Э-э… – заколебался он, – пожалуй. Лимончика у вас нет?

– К моему сожалению.

– К взаимному. Ладно, валидол у меня свой, вот здесь. – Он похлопал по нагрудному карману. – Плесните мне чуть-чуть.

Я плеснул.

– Ну а насчет других соображений… – Магазинер поводил толстым носом над коньяком и вряд ли остался доволен, но выпил. – Не поделитесь?

– Пожалуйста. Астероид без послания. Наказание без указания. Что это значит?

– Что нам пора научиться догадываться самим, за что последовало наказание. Это-то ясно. Доколе нам будут все разжевывать, ровно детям?

– Возможно. Но есть и другая возможность: нас с самого начала проверяли на тонкость кишки, а мы этого и не поняли. Делали то, что надо чужим. Чуть-чуть покобенились – и подчинились. Подняли лапки.

– Как вы сказали? – заинтересовался Моше Хаимович. – Проверка на тонкость кишки?

– Ну да. Или на вшивость. На слабо, если хотите. Гипотеза галактической войны никогда мне не нравилась. Если принять ее, то становится неясно, кого чужие из нас воспитывают – боеспособный резерв или толпу неврастеников?

– Резерв, резерв.

– В самом деле? Запугивая нас? Хорош будет резерв, однако!

– Значит, никакой галактической войны нет? – спросил Магазинер.

По-моему, он подкалывал меня. Или тонко издевался.

– Я этого не говорил. Допустим, чужим нужны союзники… для войны или для каких-то других галактических дел, больших и важных, не суть. Или даже не союзники, а преданные подчиненные. Вассалы. Но обязательно храбрые, целеустремленные и с некоторым чувством собственного достоинства. Такие не предадут хорошего сеньора. И что же чужие наблюдают на Земле? Мы подняли лапки. Мы старательно делаем все, что нам укажут. Мы не достойны уважения. Ну так нате вам – подарочек без указки. Ломайте головы – за что? А ни за что. Раба иногда полезно щелкнуть бичом по спине. Просто так, для профилактики. Раб же. На что мы еще годны?

– Я бы не сказал, что мы сразу подняли лапки, – с горячностью возразил Магазинер.

– Разве? Всю историю мы собачились сами с собой, человеки убивали человеков. Сначала по собственной прихоти, затем по чужой указке. Один только раз мы попытались раздробить астероид в космосе, да и то вышла сплошная ерунда. Попытка защиты – еще не война. Разве мы пытались найти чужих и настучать им по тыкве?

– Мы создавали Экипаж…

– И даже успешно создали, да. На благо, не спорю. Вопрос в другом: этого ли от нас ждали чужие?

Магазинер запыхтел.

– Знаете, эта идея, по-моему, уже высказывалась много лет назад…

– Не удивлен, – ответил я. – Но почему мы о ней забыли?

Я знал ответ: потому что Экипаж работает, вот почему. Потому что в целом это хорошая идея. Да, погибли миллионы, но не за фу-фу, как в мировых бойнях прошлого, и не за иллюзии, а за то, чтобы человечество объединилось и жило на планете, разумно используя ее, а не грабя. Жило и готовилось к чему-то большему. Внутри Экипажа ослабла борьба всех против всех, любой желающий сыт, занимает достойное его способностей место и занят полезным делом, а не какой-нибудь ерундой. Нет, астероиды чужих принесли нам больше пользы, чем горя, это точно.

Моше Хаимович не ответил мне. Я и не ждал ответа. Он был вправе счесть мой вопрос провокационным или дурацким.

Одно только «но»: жители Трои точно так же были уверены, что им будет много пользы от деревянной лошадки. А надо было притащить еще дров и сжечь дар данайцев прямо на берегу. То-то полезли бы из лошадиного брюха недожаренные ахейцы – а их на копья, на копья!..

Да кто ж знал заранее? Нашелся было один скептик, да и того удавила змеюка.

Сорокин со Штейницем все не шли. Чтобы отвлечься, я скачал корабельные новости – как обычно, довольно интересные. Во-первых, успешно прошел запуск очередного отсека «Циолковского» – строящегося на орбите титанического корабля, предназначенного для полета к Юпитеру. Во-вторых, был приведен в исполнение приговор бывшему вице-командиру Африканского отсека Роберту Кингуни. Трибунал не счел себя обязанным рассматривать обвинение подсудимого в торговле людьми и каннибализме, поскольку для «вышки» с исключением из Экипажа с лихвой хватило двух доказанных случаев изнасилования и одного факта получения взятки. В-третьих, песчаная буря на востоке Сахары опять нарушила график планомерного концентрического наступления на пустыню. В-четвертых, народное предприятие «Дженерал электрик» наконец-то объявило о создании дешевого электромобиля, способного проехать три тысячи километров без подзарядки.

В-пятых, вновь и вновь обсасывались подробности Васюганского импакта – со снимками, видеосюжетами и осторожными комментариями. Этими подробностями я был уже сыт по горло.

В-шестых, в-седьмых и в-восьмых, говорилось об очередных успехах промышленных, образовательных и культурных подразделений Экипажа. Я слушал вполуха: к хорошему быстро привыкаешь, это тебе не африканский людоед. Вот, скажем, Сахара. Сколько трудов было положено, чтобы остановить ее расширение на юг и заставить попятиться! Истребить козьи стада, превращавшие саванну в пустыню, заставить ленивых туземцев разводить не коз, а коров и овец, что гораздо труднее, вывезти часть населения, чтобы уменьшить нагрузку на саванну, объяснить оставшимся, как надо себя вести, запретить там и сям распашку земли – уже эти необходимейшие меры вызвали бунты и, конечно же, кровопролитие. А опреснительные установки на всем морском побережье от бывшей Гвинеи-Бисау до бывшего Сомали, работающие на солнечной и ветровой энергии, а хитрая система ирригации, а относительно удачные эксперименты с погодой, а «зеленое наступление»!.. Кто, кроме Экипажа, мог хотя бы поставить перед собой такую задачу? Никто.

Далее шли скучные новости: сколько процентов земель рекультивировано в минувшем году по отношению к общей площади загубленных в доэкипажные времена сельхозугодий, сколько возведено жилья, сколько здравниц и тому подобное. Минут через двадцать к вертолету подтянулись Сорокин и Штейниц, оба хмурые. Влезли и сели. Сорокин уставился на меня с гневом и гадливостью, как полководец на дезертира. Дай такому волю – прикажет расстрелять на валу кратера.

– Я напишу на вас рапорт, – проскрипел он.