Чтение онлайн

Хранитель утвердительно кивнул, а затем прошел к центру закрывшегося портала, обхватил рукоять меча и с некоторым напряжением, будто разрывал невидимые нити, притянул ключ к себе. Уже выйдя за пределы колодца, он превратил грозное оружие в скипетр.

Гроссмейстер наблюдал, как хранитель прячет ключ в скрытую нишу в стене и шепчет защитную менталу. На сегодня их работа закончена, но помощники и охрана останутся в зале до следующей смены.

* * *

Металлический хруст заставил Малкольма и его друзей посмотреть под ноги. Тысячи монет больших и маленьких укрывали дно сухого фонтана, скрывая под звонким ковром ”Колодец бесконечности”. Темный сухой мох покрывал стенки фонтана, а сопла разбрызгивателей, устремленные к его центру, оплетали лианы с множеством красных ягод. Все говорило о том, что уже долгие годы только капли дождя орошали эту рукотворную чашу.

Подняв головы и оглядевшись, ребята замерли в напряжении, не зная, что делать. Лин поднес руку к пряжке ремня, а Дуглас присел, задирая штанину. Кариам остановил их движением руки. Фонтан окружали форестианцы, десятка три.

Высокие худые фигуры; молодые серьезные лица, будто однотипные маски; длиннополые белые балахоны, похожие на монашеские рясы, подпоясанные кожаными поясами; руки, сцепленные на животах, прятались в рукавах. Они стояли, молча, вперив взгляды в прибывших. Вдруг один из них поднял руку и движением кисти метнул золотую монетку к ногам Кариама.

– С прибытием, учитель, – произнес он.

– Добрая дорога всегда заканчивается у порога родного дома, – ответил старец и, приветствуя встречающих, склонил голову.

Ребята немного расслабились и стали кивать в разнобой, оглядывая присутствующих.

– Здрасте. . . здрасте. . . – едва слышно бормотал Дуглас вставая, и видимо, забыв про отменный слух хозяев этого мира. – Зачем так пугать, я без туалетной бумаги . . ., а вам потом убирать . . .

Санара одернула его, бормотание стихло.

Гости с любопытством крутили головами. Судя по всему, здешний “Колодец бесконечности” находился в центре обширного парка. Восемь песчаных аллеек лучами расходились от пересохшего фонтана в стороны, скрываясь в разноцветной гуще насаждений.

– Белегард, займись нашими гостями, – произнес Кариам, обращаясь к бросившему монетку. – Мы отправились в путь на пустой желудок, хоть был он и не долгим, но с нашей стороны будет негостеприимно, сразу допустить гостей в обитель знаний, не накормив с дороги.

Белегард улыбнулся и подошел к краю фонтана, протянув руку Санаре.

– Добро пожаловать в обитель чистых духом, – произнес он с легким кивком.

– Gracias 2 , – прыснула Санара, подавая руку и перешагивая через мшистую стенку.

– Но, но, ковбой . . . – буркнул Дуглас. – Дама занята!

Белегард склонил голову, слегка повернув в сторону юного задиры, и стал походить на пернатого хищника.

– Орден ксаметаров в этом мире – монашеский орден, – произнес форестианец так, что Дуглас икнул.

– Извините моего друга, Белегард! – произнес Малкольм, быстро кланяясь и вставая между Дугласом и монахом. – Мы не подготовились подобающим образом к этому путешествию.

Он понимал, что Дуглас или обижен, или слегка напуган. Что из этого хуже -неизвестно, принимая во внимание его горячий, но отходчивый характер. Малкольм перехватил руку Санары с широкой улыбкой:

– Позвольте мне, помочь даме.

– Извольте, – ответил Белегард, пряча руки в широкие рукава.

Он слегка отстранился и, развернувшись, пошел по одной из тропинок. Не поворачивая головы, монах произнес:

– Следуйте за мной, завтрак ждет вас в кухне монастыря.

– А как же, ваш учитель? – спросила Санара.

Белегард остановился и проводил взглядом учителя и братьев по ордену, которые скрылись за посадками высокого кустарника, постриженного в форме зубчатой крепостной стены. Вдалеке за деревьями виднелись готические башни.

– Не волнуйтесь, сейчас пост, – ответил монах. – Он будет ждать нас в главном архиве. Как я понял, в вашем мире ксаметары больше походят на воинов, а хороший солдат должен хорошо питаться.

– Что-то нас часто в монастыри заносит, – прошептал Дуглас, склонившись к Малкольму.

– Да, вы правы, юный . . . эээ, – произнес Белегард, как бы спрашивая имя гостя.

– Дуглас, – подсказала Санара. – А ведь и правда, нас не представили. Это Малкольм, это Лин, ну, а я Санара.

– Очень приятно, Белегард, – представился форестианец и поклонился в который раз. – Хотя, вы это и так уже знаете.

Он посмотрел на Дугласа и продолжил:

– Мы, Дуглас, находимся в самом большом храмовом комплексе нашего ордена, расположенном в Эдарусе, одном из крупнейших городов на этом континенте. Комплекс объединяет: главный архив, который частично доступен мирянам; храм в котором проводят службы; школу и жилой блок для юных послушников; блок с кельями для старших братьев; трапезную и конечно тренировочный комплекс.

– Тренировочный комплекс? – перебил Дуглас мерный говор форестианца. – Я думал вы монахи. Или, в здоровом теле и дух при деле . . .

– Воистину так . . . – ответил Белегард и вскинул руку.

Рукав обнажил кисть, и тонкий клинок устремился в горло Дугласа. Тот резко отклонился в сторону, уходя от смертоносной стали. Рука Малкольма описала круг, и время словно замерло, а когда невидимые стрелки вновь стали отмерять секунды, клинок Лина уже упирался в белоснежную ткань на спине монаха, а Дуглас, заслонял собой Санару, выставив вперед два кинжала.

Рука Белегарда медленно разжалась, и стилет упал на гравий с глухим звоном. Он улыбнулся и произнес:

– В этом мире ксаметары боевой монашеский орден.

– Интересное гостеприимство, в этом мире, – произнес Лин с нажимом на последние слова.

– Я проверил вас, вы показали себя, – ответил монах.

– Вы хоть и галантный, но . . . – начала Санара, но замялась.

– Что-то не так? – спросил Белегард.

– Пытаюсь найти синоним слову “идиот”, но такой, чтобы не обидеть встречающую сторону и показать всю глупость произошедшего.

Санара вновь замялась, а щеки её стали темно-малиновыми. Она медленно заговорила:

– Они дети по сравнению с вами! Всё скачут, да играют, пока чего-нибудь не сломают. Но вы, взрослый мужчина, укрощающий дух и тело в молитвах и тренировках! – продолжала распаляться Санара. – Вы им в отцы годитесь! Да, по меркам нашего мира, возможно, в деды или прадеды … Вы . . . Вы . . .

Она вдруг подступила к монаху, встала на цыпочки, вытягиваясь в струну, и стала тыкать его указательным пальцем в грудь, ловя его пристыженный взгляд, хотя точно знала, форестианцы не ведают стыда. Она пыталась что-то сказать, но выходило только сердитое пыхтение.