Чтение онлайн

Земля снова затряслась, треснув под ногами короля и отправив его кувырком в расселину. Король вскрикнул и замолчал.

— ОТЕЦ! — закричала Вайолет, прыгая и спотыкаясь о движущиеся камни и проваливаясь в расщелину. Проклиная свои слабые руки и странно уравновешенное тело, она карабкалась и карабкалась в расщелину. Ее отец лежал на дне, из его головы сильно текла кровь, левая нога была согнута под тошнотворным углом. Земля зашевелилась и заурчала. Вайолет подняла отца с земли, взвалила его вес на свои узкие плечи и, покачиваясь, встала.

— Дракон! — позвала Вайолет. — Пожалуйста. Уведи его отсюда.

Дракон описал круг и приземлился рядом с расселиной. Он вытянул свою длинную шею в щель. Вайолет одной рукой схватила отца за грудь, а другой — за шею дракона.

— Этот голос! Я знаю этот голос, — сказал Король. — Вайолет, это ты? — Из раны на лбу в глаза хлынула кровь.

— Да, — ответила Вайолет, целуя отца в щеку. — Держись за мои плечи, если можешь, отец, — прошептала она, — но не напрягайся. В любом случае я буду держаться крепко. — Дракон вытащил их на поверхность. Вайолет подняла отца на ноги и передала его в объятия дракона. Она посмотрела в единственный блестящий глаз зверя и положила руку ему на грудь, прямо над сердцем.

— Дракон, — сказала она, — возьми его и унеси отсюда. В какое-нибудь безопасное место. И сам оставайся в безопасности. — Она схватила рукоять отцовского меча и вытащила его из ножен. Она одарила дракона жестким, диким взглядом. — Небо уже трескается, и я сама его разобью. Я буду сражаться с этой тварью и убью ее. И я хочу, чтобы ты жил. И я хочу, чтобы он жил.

ВАЙОЛЕТ…

— Я принцесса. И я люблю тебя. Я люблю вас обоих. И я отдаю приказ.

Голос королевы. Лицо королевы. Слезы королевы. Отговорить ее было невозможно.

— Вайолет… — начал отец.

— Сейчас, папа, — сказала она. И дракону: — ИДИ. ТЕПЕРЬ. — Дракон расправил крылья. — ИДИ, — повторила она. Он взлетел в воздух, взбивая грязь в вихри вокруг ее ног. Я люблю тебя, думала она, я люблю тебя, я люблю тебя, я люблю тебя. И она чувствовала, как ее любовь излучается из ее тела, как пламя. Она почувствовала, как она устремилась к дракону, к ее отцу и дальше. Она чувствовала, как ее любовь устремляется наружу, от одного конца зеркального неба к другому. К Деметрию. И ее маме. И всему королевству. И всему миру. И ее любовь была острой, горячей и опасной.

Вайолет повернулась спиной к отцу и дракону лицом к Ниббасу.

Очертания вокруг тела Ниббаса стали глубже, с украденным лицом Вайолет, запертым внутри.

— ТЫ СДЕЛАЛА ЭТО! — взвыл Ниббас.

— Да, — солгала Вайолет. Она подняла отцовский меч и с криком ударила им по поверхности зеркала. Не осталось даже царапины. Меч отскочил назад, металл болезненно отозвался в ее руке. Вайолет пошатнулась и закачалась. Тем не менее, трещины в небе от огня дракона продолжали расползаться наружу. Она ударила снова.

ПОСЛЕ ВСЕЙ МОЕЙ ДОБРОТЫ.

Она ударила снова.

ПОСЛЕ МОЕЙ ЩЕДРОСТИ.

Она отпрянула назад, хрюкнула и ударила снова. Ничего не произошло. Что, если она не сможет убить его? Что же тогда?

ПОСЛЕ ВСЕГО, ЧТО Я… ЧТО СДЕЛАЛА ЭТА ЧЕРТОВА ЯЩЕРИЦА? ПОВЕРНИСЬ, РАБ! Я ТВОЙ ХОЗЯИН! Я ПОВЕШУ ТВОЕ СЕРДЦЕ ПЕРЕД ТОБОЙ НА ВЕРЕВОЧКЕ!

Вайолет проследила за взглядом Ниббаса и увидела блестящую черную фигуру дракона, несущегося по небу прямо к Большому Солнцу.

Что ты делаешь, мой дорогой? Вайолет задумалась, глядя на дракона.

Дракон раскрыл горло и излил свой огонь на солнце и небо. А солнце все расширялось, расширялось и жгло. А солнце было небом. Или небо было только солнцем. А дракон был крошечной черной отметиной в ослепительном сиянии.

И все же его сердце говорило. И Вайолет услышала.

ВАЙОЛЕТ, НЕ ГОРЮЙ. ТАМ, ГДЕ НЕБО ГОРЯЧЕЕ, Я ОСТАВЛЮ СВОЙ ОГОНЬ И УНИЧТОЖУ ТО, ЧТО УНИЧТОЖИЛО МОЙ НАРОД. Я ДЕЛАЮ ЭТО, ПОТОМУ ЧТО Я ДОЛЖЕН ЭТО ДЕЛАТЬ. ПОТОМУ ЧТО ЛЮБОВЬ ПРЕВРАЩАЕТ НАШИ ХРУПКИЕ, ТРУСЛИВЫЕ СЕРДЦА В СЕРДЦА ИЗ КАМНЯ, СЕРДЦА ИЗ КЛИНКА, СЕРДЦА ИЗ ТВЕРДОГО ЖЕЛЕЗА. ПОТОМУ ЧТО ЛЮБОВЬ ДЕЛАЕТ ИЗ ВСЕХ НАС ГЕРОЕВ.

— Вернись! — закричала Вайолет.

— СТОЙ! — закричал Ниббас.

Вайолет почувствовала, как слова дракона бьются у нее в сердце.

Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ, ВАЙОЛЕТ. И МОЯ ЛЮБОВЬ БЕСКОНЕЧНА, КАК МИРЫ. И ЭТО ПРОДОЛЖАЕТСЯ ЗА ПРЕДЕЛАМИ МОЕГО…

И дракон исчез.

В огне.

В треснувшем зеркале.

В жаре и разрушении, и смерти всего.

И небо разверзлось, как дыня, и все потемнело.

Война закончилась, когда небо треснуло.

Мы видели, как слуги Ниббаса перестали корчиться, прекратили свое разрушение. Мы видели, как они вздрогнули и рухнули на землю. Мы видели, как свет в их ужасных сверкающих глазах вспыхнул в последний раз, прежде чем погаснуть навсегда.

Мы видели, как зеркальное небо над нашими головами загорается и горит от края до края. Мы видели, как оно треснуло, как тарелка, и разбилось вдребезги.

Я побежал к Деметрию. Я схватил его на руки.

Я защищал его тело своим.

И небо обрушилось дождем.

— ДРАКОН! — крикнула Вайолет. Она ничего не слышала. Она не чувствовала его голоса. Вместо этого слышался только вой пустого неба, ветер бесконечных миров, проносящийся над землей.

Когда небо раскололось и опустилась тьма, очертания тела Ниббаса остались. Зазубренный край узкой головы, покатые плечи, острые, как лезвия, края заостренных рук и ног — все это приобрело холодный, сияющий свет. Фигура шагнула вперед. Она раскачивалась на ветру. Он был сделан из зеркала — тонкого и невесомого, как бумажная кукла. Но огромный. Он возвышался над Вайолет, его двумерные плечи изгибались то в одну, то в другую сторону. В его отражающем блеске Вайолет видела образы горящего мира, рушащихся гор, замка, превращенного в пепел.

Ниббас покачивался, двигался, его форма трепетала в порывах ветра пылающего неба.

Он повернул голову к одной руке, потом к другой, удивляясь острым кончикам — никаких пальцев, только два сверкающих лезвия.

А-А-А, шептал Ниббас. НЕОЖИДАННО, НО, НЕСОМНЕННО, ВРЕМЕННО.

— Я не ожидала, что ты будешь таким… худым, — сказала Вайолет, ее голос был резким, с язвительной усмешкой на верхней губе. Она подняла с земли камень и швырнула его в зеркальное существо. Но он, казалось, ничего не заметил. Но Вайолет увидела в блестящем зеркале маленькую зарубку, оставленную камнем, и крошечные трещины, паутиной расходящиеся наружу.