Чтение онлайн

— Да, конечно, иди, — Ольга не дала договорить.

Похоже, общество Лизаветы было для неё так же в тягость, как её собственное общество для Лизаветы.

Лад и впрямь был снаружи, сидел на лодочной пристани, разместившейся напротив дома. Вечером Лизавета не обратила внимания, но изба стояла почти на самом берегу озера, отрезанная от всего остального мира — где водой, где зарослями высокой травы и кустарника, где густым лесом. Похоже, единственным способом добраться сюда была лодка, сейчас мерно покачивающаяся на мягких волнах.

— Доброе утро, — помявшись, Лизавета приблизилась к Ладу.

Он посмотрел на неё снизу вверх, улыбнулся тепло, как старому другу.

— Здравствуй! Ты как? Как спалось?

— Хорошо, спасибо. Это была на удивление спокойная ночь.

— Я рад, — голос его не заставлял сомневаться в том, что это чистая правда.

Помолчали. Лад встряхнул в кулаке горсть мелких камешков — Лизавета заметила их только сейчас, — выбрал один, примерился и бросил в озеро. Тот два раза скакнул по воде и исчез, оставив после себя тонкие круги.

— А где Инга? — не зная, о чём говорить, спросила Лизавета.

— А? — Лад, кажется, удивился вопросу. — Пошла прогуляться.

Лизавета бросила взгляд сначала на кривой кустарник, затем — на темноту под кронами деревьев, стеной стоявших за домом. Странное она место выбрала для прогулок, ой, странное…

— Да ты не думай, тут в округе бояться нечего. К тому же, мы оба здесь выросли, знаем каждую травинку, каждую кочку. Заблудиться— это ещё постараться надо! — Лад словно прочёл Лизаветины мысли.

— Ну, раз уж ты так говоришь…

— Ага. Во всём, что касается здешнего озера, ты можешь полностью мне довериться. Ты, кстати, готова? Если да, я тебя мигом в деревню довезу.

— Зачем? — слово вырвалось прежде, чем Лизавета успела подумать.

Вопрос и впрямь был глупый — Лизавета поняла это по изумлённому взгляду Лада.

— Так твой батька, поди, там тебя искать будет. Будет лучше, если ты там его и подождёшь, на постоялом дворе.

При упоминании о постоялом дворе, Лизавета невольно скривилась. От Лада не укрылось выражение её лица, и он коротко, беззлобно рассмеялся:

— Да неееет. Всё не так плохо. У нас трактир с комнатами держит Добрыня, мировой мужик! У него всё чистенько, аккуратно, а жена как готовит!.. Тебе понравится.

— Но у меня совсем нет денег…

— Об этом не волнуйся. С Добрыней я договориться сумею.

Уверенность в его голосе смягчила Лизаветины сомнения. Она вообще на удивление быстро доверилась Ладу, хотя тот был, по сути, малознакомым крестьянским мальчишкой, на уме у которого могло быть всё, что угодно. Краем разума Лизавета понимала это, но, почему-то ни секунды не задумываясь, вложила свои пальцы в его ладонь.

Лад управлялся с лодкой так, что становилось ясно: преодолевать озеро ему приходится каждый день и не по одному разу. На другом берегу они оказались, по ощущениям, через считанные минуты. Вёсла царапнули дно, и Лад, отложив их в сторону, лихо перепрыгнул через борт прямо в воду. От прыжка разлетелись брызги, несколько капель упали Лизавете на юбку, но она ничего не сказала — странно было осуждать за такую мелочь человека, который так бескорыстно стремился ей помочь.

Открывшейся Лизавете берег был одновременно похож и не похож на тот, где стояла изба Лада, Инги и Ольги. Здесь тоже был лес — но не такой частый, меж деревьев даже смутно виднелся вьющийся из чьей-то трубы дым. А вот кувшинок и непроходимых зарослей не оказалось. От воды можно было беспрепятственно добраться до лесной поросли, и дальше, по широкой, протоптанной не на один раз тропе.

Лизавета весь их короткий путь оглядывалась по сторонам и подмечала следы человеческой жизни: там от дерева остался удобно низкий пенёк, там к ветке привязана выцветшая, когда-то красная лента, там кто-то зацепился-таки за колючку и оставил кусок светлой рубахи. Чем ближе они подходили к деревне, тем больше становилось таких примет. Так что Лизавета не удивилась, когда они вышли из леса: перед этим он успел порядочно поредеть, а дорожка — ещё больше расшириться.

— Добро пожаловать в Караси, — Лад остановился, давая ей насладиться видом.

«Насладиться», впрочем, было не очень подходящее слово. После города Караси выглядели удручающе. В деревне не было привычных Лизавете двухэтажных домов — все сплошь приземистые, вытянувшиеся на длину нескольких комнат. Не было здесь и цветных стен, и красивых фронтонов, даже кружевными наличниками окна украшали не все.

«Не деревня, а коричневое марево», — с тоской подумала Лизавета.

— Нам вон туда, — Лад ткнул пальцем чуть влево.

Там стояло, похоже, самое большое здание в Карасях. Оно тоже было одноэтажным, но длинным, да ещё и с пристройкой — для лошадей. Уже благодаря этому можно было догадаться, что Лизавета смотрит на постоялый двор. Вскоре она смогла в этом убедиться: дошли до дома всего в пару минут.

Лад придержал дверь, пропуская её вперёд — в тёмное, тёплое помещение. Окон не хватало, чтобы в должной мере осветить большой зал, свечи тоже плохо справлялись. Несмотря на ясное утро, внутри царил полумрак, лица гостей едва угадывались, равно как и кушанья в их тарелках. Лизавета невольно подумала, что так и было задумано, чтобы скрыть не самые лучше блюда.

— Не стой на пороге, — Лад ткнул её промеж лопаток, заставляя сделать несколько шагов вглубь комнаты.

На мгновение показалось, что все взгляды оказались прикованы к ней. Стало неуютно: Лизавета не могла рассмотреть выражения лиц, но сразу надумала, что они были неодобрительными, недовольными. Она слышала, что городских в деревнях не очень-то жаловали, и сейчас не могла об этом не вспомнить.

Лад же будто не замечал косых взглядов. Он пронёсся через зал прямо к стойке, за которой стоял дородный, высокий мужчина. Тот как раз наливал что-то в огромную кружку, когда Лад резко затормозил и громко хлопнул по столешнице. Мужчина вздрогнул — напиток расплескался.

— Ты какого… тут творишь?! — не стесняясь в выражениях, возмутился он.

— И тебе не хворать, Добрыня, — совершенно не испугавшись грозного окрика, легкомысленно улыбнулся Лад. — Позволь тебя кое-с-кем познакомить. Лизавета… Лизавета, чего ты там стоишь, иди сюда!

Опомнившись, Лизавета быстро подошла ближе.

— Вот, это Лизавета.

— Оч-чень приятно, — она запнулась под суровым взглядом, но всё же выговорила пару слов.

— Приятно, — пробормотал в ответ Добрыня, и сразу же перевёл взгляд на Лада. — И чего тебе надо?

— Комнату, — по-прежнему не обращая внимания на явное недовольство собеседника, отвечал тот. — Для вот этой прелестной девы в беде. Она правда попала в очень неприятную ситуацию: очнулась на озере — а ничегошеньки не помнит. Говорит, была с батюшкой на каком-то постоялом дворе, а потом — всё, не память, а дырка от бублика. Как сюда приехала, с кем, где её отец, не имеет ни малейшего понятия.