Чтение онлайн

— Что происходит?

Её внимание привлёк яркий силуэт — бельмо на фоне зеленоватого озера и голубого неба. Некто в светлой рубахе недвижимо сидел в крашеной белым лодке и смотрел прямо на воду, которая шла частыми, прерывистыми волнами.

Лизавета не сразу поняла, что кто-то тонет. Ей потребовалась секунда, чтобы осознать это, и ещё одна — чтобы осознать равнодушную фигуру в лодке. Она не встречала его несколько дней, а до того привыкла наблюдать в движении, размахивающего руками, улыбающегося, хмурящегося, но никогда неподвижного, так что не было ничего странного в том, что часть её сначала отрицала увиденное. И всё же существом, терпеливо ожидающим, пока трепыхающийся в озере незнакомец издаст свой последний вздох, был Лад.

— Что?.. — Лизавета не потеряла дар речи, но как будто позабыла слова. Внутри, пульсирующей жилкой у виска, бились всего два: «Это неправда».

Неправда-неправда-неправда.

Не может быть, чтобы кто-то тонул в озере на глазах у Лизаветы. Не может быть, чтобы Лад никак не пытался помочь. Не может быть, чтобы Инга чертыхнулась себе под нос и выставила руку вперёд, преграждая путь шагнувшей было вперёд Лизавете.

— Не смей.

— Что?!..

— Не. Смей. Мешать, — давать объяснения она явно не собиралась.

Лизавета медленно опустила голову, тупо уставилась на руку, замершую на уровне её живота. Та была тонкой, хрупкой и вряд ли смогла бы удержать её, если бы Лизавета прямо сейчас сорвалась с места. Если бы…

— Какого?!.. — голос Ольги вывел её из ступора. Старшая мавка замерла на пороге избы, ошарашенная, всклокоченная. — Быстро уводи её в дом. Инга!

Младшая, помедлив, послушалась. Лизавета почувствовала, как её приобняли за плечи, мягко подтолкнули в сторону широко распахнутой двери. Однако взгляд её, всё её существо было приковано к озеру.

Плеск стих. Волны улеглись. Лад встал, как ни в чём не бывало, одним шагом переступил борт лодки и скрылся в воде — там же, где совсем недавно…

— Он умер? — стоило оказаться в избе, и говорить стало проще, словно кто-то снял с Лизаветы обет молчания. — Это был человек? Он утонул? Что произошло? Почему Лад ничего не сделал? Почему вы ничего не сделали?!

Голос её подскочил до невиданных высот — и сорвался. Лизавета застыла посреди комнаты, тяжело дыша и только сейчас заметив, как быстро колотится сердце. Оно, казалось, тоже хочет выскочить прочь из дома, к озеру, попытаться спасти обречённого или хотя бы понять…

— Сядь, — голос Ольги приземлял, возвращал в реальность.

Сама не зная, почему, Лизавета послушалась — или у неё просто подогнулись колени? Дыхание её начало выравниваться, но нервозность до конца не ушла: пальцы невольно стиснули стол, сильно, до побелевших костяшек.

— Теперь ты, — Ольга повернулась к Инге. — Как вы вообще здесь оказались?

Инга деланно пожала плечами, плохо притворяясь равнодушной.

— Не могла же я её все три года держать под водой. Господарыне стало скучно, и я решила, что можно сводить её в гости к русалкам. Они даже поладили…

— К русалкам?! — судя по возгласу Ольги, это было едва ли не хуже того, что Лизавета увидела на озере. — Зачем ты?..

Она не договорила. Прикрыла глаза рукой, будто желая спрятать лицо. Глубоко вдохнула и выдохнула несколько раз, приводя мысли в порядок.

— Так, забудем пока об этом. Ступай, займись своими делами, ты здесь никак не поможешь, а то и сделаешь только хуже. Я сама разберусь.

Инга фыркнула, но Лизавете показалось, что та испытала облегчение. Оно и понятно — Ольга даже не стала толком её ругать, хотя, похоже, было за что. Лизавете же предстояло вынести разговор с ней наедине.

Когда дверь за спиной Инги закрылась, Ольга тяжело опустилась на лавку напротив. Её острые локти вонзились в деревянный стол, подбородок лёг на скрещенные пальцы. Некоторое время — Лизавета не могла сказать, как долго, — мавка просто смотрела на неё, изучала, будто пыталась понять, с какой стороны подступиться к перепуганной лошади, чтобы та не лягнула и не сбежала.

— Успокоилась?

Лизавета искоса глянула на Ольгу, поджала губы. Отвечать не хотелось. Если зрение её не обмануло, она только что видела подтверждение самым жутким из сказок о водяных — тем, где злые духи природы утягивают невинных людей на озёрное дно. Как бы Лизавете ни хотелось верить в обратное, однако предчувствие подсказывало: именно это она и наблюдала. Наблюдала и даже не попыталась помочь.

— Послушай, тебе могло показаться…

— Он умер или нет? — Лизавета знала, что ведёт себя по-детски, но перебивать Ольгу доставляло ей какое-то изуверское удовольствие. — Тот человек на озере. Это же был человек?

— Да, — мавка кивнула, но это с равным успехом мог быть ответ на любой из вопросов. — И да. Он человек, и он умер.

— Или убит? Лад столкнул его, так? Зачем? Что тот человек ему сделал? Как мой отец, не принёс какие-то дары, а дочки у него не оказалось? Вот как у вас дела тут, получается, делаются?..

— Лиза!

Ольга резко повысила голос, стукнула по столу, заставляя Лизавету замолкнуть от неожиданности. А ещё — от страха: тонкой коварной змейкой он поднимался от сердца к сознанию, нашёптывая всякие ужасы. Если они убили одного человека, то что мешает избавиться от Лизаветы? Договор Лада с отцом ведь всего лишь три года действует…

— Посмотри на меня.

Усилием воли Лизавета сосредоточилась, вперила взгляд в лицо Ольги. Оно было неожиданно напряжённым, сосредоточенным и серьёзным, словно этот разговор и впрямь для неё что-то значил. Словно мнение Лизаветы о Ладе и других обитателях Нави имело значение.

— То, что ты видела, не было убийством.

Лизавета стиснула челюсти, но промолчала.

— Да, Лад никак не помог этому человеку. Но не потому, что не захотел, а потому, что это было бы против правил.

Захотелось фыркнуть, как это частенько делала Инга. Но быть похожей на мавку Лизавета желала сейчас меньше всего, поэтому и тут она постаралась остаться бесстрастной — пускай и только внешне.

— Инга ведь рассказывала кое-что о нас? Что мы духи природы, обязавшиеся эту самую природу оберегать? — Ольга подождала, пока Лизавета кивнёт. — Но это не единственное, что мы должны делать. Так как Мать-Природа, помимо всего прочего, отвечает за Навь как за пристанище мёртвых, у нас есть обязательства и по этой части. Мы никого не убиваем, но провожаем тех, кому суждено умереть.

— Суждено умереть? — губы еле слушались Лизавету, слова прозвучали еле слышно, как лёгкий ветерок жарким днём.

— Каждому из живых отмерен свой срок, этого не отрицают даже верящие в Бога-Отца. Есть смерть преждевременная, а есть своевременная, и в случае с последней не смеют вмешиваться даже божества — не то, что обычные духи. Срок того мужчины сегодня подошёл к концу, и на судьбе ему было написано умереть в воде. Поэтому Лад не мог ничего сделать, но мог быть рядом с ним в этот час и сейчас, когда этот человек вступает в иной для него мир.