Чтение онлайн

Царь восстановил принцип тотальной государственной службы. Все дворяне обязаны были служить, купцы — покорно собирать деньги на корабли и прочие государственные нужды, мужики — пахать землю и отрабатывать повинности, женщины — исправно рожать новых солдат и работников, дворянские дети — учиться.

Воля царя была превыше любых законов, которые он мог нарушать как и когда пожелает. «Его Величество есть самовластный монарх, который никому на свете о своих делах ответу дать не должен; но силу и власть имеет свои государства и земли, яко христианский государь, по своей воле и благомнению управлять», — вот кредо Петра I, притом сформулированное не в каком-нибудь законодательном акте, а в «Артикуле воинском», главном документе военной империи.

Корневым институтом «третьего государства» стали вооруженные силы — армия и флот, на содержание которых страна расходовала до 80 % своего бюджета. Соответственно, развивались лишь те отрасли промышленности, которые обслуживали военное дело: оружейные заводы, рудники, верфи, черная металлургия, шитье мундиров. В результате петровских преобразований Россия превратилась в военного колосса со слабо развитым предпринимательством и диспропорциональной экономикой. Государство было богатым, страна — нищей. Так потом и останется.

Подводя итоги, посмотрим, что у Петра получилось и что не получилось.

Начнем с успехов.

1) Петр I завоевал выход к Балтийскому морю и прочно утвердился на его берегах.

2) Превратил свою страну в могучую державу.

3) Преобразовал государственную систему таким образом, чтобы первое и второе стало возможно.

Цена за эти достижения — в человеческих жизнях и страданиях, в материальных потерях — была огромна, но история быстро забывает подобные траты, поэтому прозвание «Великий» царь Петр несомненно заслужил.

Однако многие его мегаломанские замыслы и громкие начинания оказались неудачными, а некоторые катастрофически провалились.

В невоенной сфере из больших петровских затей удалась, пожалуй, только одна — строительство на самом краю страны новой столицы. Проект свел в могилу (по самым скромным подсчетам) 40 тысяч подневольных рабочих, но на карте России появился великий город Санкт-Петербург.

Остальные «мегапроекты» царя — абсурдный Воронежский флот, попытка создания канальной системы, тотальная европеизация населения, среднеазиатская и прикаспийская экспансия — были плохо продуманы и успехом не увенчались.

Не исполнил Петр и важнейшей обязанности, которую всякий ответственный монарх считает своим последним долгом — не создал механизма передачи власти. Неопределенность в этом ключевом вопросе создала рискованную ситуацию, которая на протяжении всего восемнадцатого века будет создавать государству большие проблемы.

Крепость Азов была построена в устье Дона, дабы запирать выход в Азовское море. Турки держали там сильный гарнизон и перекрыли реку цепью, чтобы казацкие ладьи не могли грабить приморские города. Доступа к большой международной торговле, в которой так нуждалась Россия, обладание этим пунктом не давало. Маленькое Азовское море было заперто на еще один ключ — узким Керченским проливом. Но и за ним находилось всего лишь Черное море, внутренний бассейн Османской империи. Для того чтобы действительно вырваться на простор, пришлось бы завоевать Босфор и Константинополь, а о таком не мог мечтать даже взбалмошный Петр.

Первый Азовский поход (1695) стоил России больших людских потерь; Второй Азовский поход (1696) — огромных денежных потерь. Колоссальные средства были затрачены зимой 16951696 гг. на строительство под Воронежем одноразовых кораблей для транспортировки солдат и припасов. Еще разорительней обойдется вера Петра в перспективность «Воронежского флота», о чем будет сказано ниже.

Наградой за двухлетнюю тяжелую войну стала крепость, которая позволяла плавать в мелководном и бесполезном Азовском пруде, но зато очень осложнила отношения с Турцией, что самому же Петру было очень некстати ввиду его больших европейских планов. (Не говоря уж о том, что через полтора десятилетия Азов придется отдать обратно).

По сравнению с нелепой азовской авантюрой антишведский альянс, к которому присоединился Петр, выглядел делом верным и беспроигрышным.

Во-первых, выход к Балтийскому морю стране был жизненно необходим. Чтобы открылась торговля со всей Северной Европой, хватило бы одного порта, той же Нарвы, к которой русские в прошлом не раз подступались.

Во-вторых, Швеция конца XVII века, казалось, полностью утратила былую грозность. Четвертью века ранее она проиграла войну датчанам и пруссакам, король Карл XI (1660–1697) был занят только внутренними делами и отказался от регулярной армии, заменив ее ополченцами, которых время от времени вызывали на подобие военных сборов. (Скоро выяснится, что такой воин инициативностью, дисциплинированностью и стойкостью превосходит наемника или рекрута, но пока за границей к шведским полусолдатам-полукрестьянам относились пренебрежительно).

В-третьих, никто всерьез не воспринимал и семнадцатилетнего шведского короля. На заседаниях правительства он помалкивал, в государственные дела не вмешивался и слыл полоумным чудаком: бил посуду, рубил дворцовую мебель, на скаку срывал с прохожих парики. Одним словом, у Швеции не было ни армии, ни главнокомандующего.

Но едва началась война, Карла словно подменили. Он быстро собрал армию, мобилизовал флот и одним дерзким ударом нейтрализовал самого ближнего и самого опасного члена коалиции — Данию. Август Саксонский еще только разворачивался, а московский царь даже не успел начать наступление.

Оказалось, что шведская полупрофессиональная армия превосходно дерется и что во главе ее стоит новый Александр Македонский.

Для Петра большая война началась катастрофически.

Сначала русская армия оказалась не в состоянии взять невеликую крепость Нарву несмотря на 20-кратное преимущество. Артиллеристы были плохо обучены, порох никуда не годился, и стены стояли крепко.

Затем, когда на подмогу осажденным прибыл Карл XII, царь совершил поступок, в военной истории неслыханный: бежал из ставки, назначив вместо себя человека случайного — посланца саксонского короля, только что прибывшего и совершенно не знавшего армии. Фактически она осталась вообще без командования, и Карл с его небольшим, но хорошо организованным войском разгромил противника по частям. На следующий день русское войско капитулировало. В плен попали генералы и старшие офицеры, а солдаты ушли бесформенной толпой, отдав пушки, знамена и мушкеты.