Чтение онлайн

Просека с прилично укатанной когда-то давно колеей почти сразу начинает "рисовать волну", так что видимость на протяжении доброй тиги не превышает сотни шагов. Потом просека почти перестает вилять, зато несколько раз ныряет вниз, а потом выныривает обратно. Не дорога, а мечта партизана. Засаду можно устроить практически в любом месте. А по самой дороге особо не разгонишься — особенно на тяжелой фуре.

Наконец впереди появляется что-то похожее на просвет. Боги и демоны, есть-то как хочется. Сутки не жрамши, это, конечно, не смертельно, но я ведь не на травке валялся эти сутки. Ноги уже просто гудят от ходьбы. На всякий случай углубляюсь в заросли, сойдя с колеи. Мало ли…

Просвет действительно обозначает конец пути — просека выкатывается на открытое пространство — большой квадрат, очищенный от леса и кустарника. В центре квадрат поменьше, обозначенный довольно широким и глубоким рвом, заполненным водой, и обнесенный за рвом еще и классическим частоколом из врытых вертикально заостренных бревен. Немало, наверное, времени ушло на то, чтобы все это соорудить. И, судя по виду бревен, делал это даже не отец нынешнего хозяина хутора. Хутор, ага… Больше тянет на лесной блок-пост. Впрочем, как знать, может, так оно когда-то и было. Забавно, а мне почему-то казалось, что ограда будет попроще — если вообще будет. Над частоколом, до верха которого я не дотянусь, наверное, даже в прыжке, торчат крыши большого одноэтажного дома в одной стороне и, по всей видимости, хозяйственных построек — в другой.

Там где колея добегает до рва, он перекрыт узким мостиком — настолько узким, что торговой фуре, вроде тех, что увязались за нами в Серых Мхах, еле-еле проехать. Медленно и очень осторожно. Мостик, впрочем, сложен капитально. Фура может быть загружена под завязку.

Хм, а ворота-то открыты. С чего бы вдруг? Или тут никого не боятся?

Сдвигаюсь ближе к дороге. Так, вроде засады нет. Сунгир не стал распылять свой небольшой отряд. Надеется, что кто-то сам придет в ловушку?

Залегаю в зарослях на краю поляны. В открытые ворота виден пустой двор. Ну, не совсем пустой — в дальнем углу двора привязаны лошади. Конюшня там, что ли? Лошадей… шесть, семь, восемь… нет, больше. У тех, кого я ищу, должно быть восемь. Значит, остальные хуторские. Хорошо бы подобраться поближе, но как? Ров проходит почти вплотную к ограде, а от рва до леса пространство очищено и от деревьев, и от кустарника — с таким расчетом, чтобы подрубленные деревья на краю леса не достали даже до рва, не то что до частокола. Умно.

Хм, а люди-то где? Ни хозяев, ни гостей. Все в доме, что ли?

Судя по положению солнца, которое светит мне в глаза — еще одна хитрость неведомого архитектора, — часа через два начнет темнеть. Значит, сегодня попасть в поместье уже не успею. Ну что ж, тогда начнем, не торопясь.

Вариант с форсированием рва где-нибудь в стороне от мостика я, слегка поразмыслив, отверг. Слишком все безобидно тут выглядит. Наверняка и дно рва, и его берега усеяны разного рода малоприятными сюрпризами для незваных гостей. И никаких наблюдательных постов не видно, да и вряд ли хуторяне занимаются разглядыванием окрестностей круглые сутки. Куда проще натыкать ловушек. Правда, никаких магических прибамбасов не ощущается, но кто знает… Безопаснее всего войти через ворота. Что имеем в этом случае? Эффекта внезапности, конечно, не будет. Но — вряд ли кто-то здесь знает меня в лицо. Документов нет, оружия тоже — не считать же серьезным оружием ржавый железный прут. Двигаюсь я не слишком уверенно, а уж одежда и вовсе завершает образ конченого бродяги. Правда, непонятно, что бродяга делает там, куда нельзя забрести случайно — но такие выводы редко приходят в голову в первую же секунду.

Рискну все же.

Выхожу на дорогу и медленным шагом, демонстративно прихрамывая, приближаюсь к воротам. Людей по-прежнему не видно. Ворота все ближе, видимая часть двора все шире. Мостик сложен еще лучше, чем показалось — ни разу не скрипнул.

Стоп… Мне кажется, или за оградой, справа от ворот, кто-то есть? Все-таки поставили караульного?

Уже виден дом. Небольшие окна, за стеклами отсвечивают белые занавески с каким-то темным узором. Так, допустим, из дома меня не видно — иначе, скорее всего, шум бы уже поднялся. значит, надеются, что шум поднимет человек у ворот.

А вот не факт.

— Стой! Руки вверх! — караульный, услышав мои шаги, ожидаемо возникает в поле зрения, направив на меня ствол винтовки. Слава богам, сказал он это хоть и громко, но все же не крикнул — есть шанс, что никто не услышал. Увидев полусогнутого хромого бродягу в рваном плаще, боец ощутимо расслабляется.

Эй, ты кто? Куда идешь, тебе говорю! — Только бы не поднял тревогу! Словно споткнувшись, ныряю под ствол, выбрасывая вперед руку, съехавшую по пруту почти до середины. Прут входит караульному под жилет, вонзаясь между ребер, и проворачивается. Боец хрюкает, обмякает и я едва успеваю подхватить и его, и винтовку. Утаскиваю за ворота. Я не планировал убивать, но мне его не жалко. Он сюда не цветочки нюхать прибыл. И знай он, кто я, сначала бы стрелял, а потом спрашивал. Возвращаюсь во двор, прихватив, естественно, и винтовку, и патроны, и нож, висевший у него на поясе. И плащ — а то мой очень уж непотребно выглядит, а ему уже все равно, во что он завернут.

Спокойным шагом приближаюсь к крыльцу. Странно, что ж тут-то никого? А, нет, вот и второй караульный. За угол отходил. Чешет, глядя больше под ноги, чем по сторонам, и на ходу застегиваясь.

Меня разглядеть он не успевает. Никакой магии — в едва успевший принять правильное положение лоб с глухим стуком впечатывается приклад винтовки. Хорошо, что мы в мертвой зоне перед крыльцом. Дверь закрыта, окошек в ней нет, а из окон это место не просматривается. Оттаскиваю незадачливого караульного за смотрящий на ворота угол дома, и укладываю там. И тут до меня доносится шум — равномерное похрустывание шагов по гравию. Кто-то, похоже, обходит дом с задней стороны. Перемещаюсь к дальнему углу, прижимаясь к стене за торцами бревен. Появляется еще один "плащ", с винтовкой наперевес. Крепкий парень примерно моего роста. Он косится на неохраняемые ворота, напрягается и щелкает затвором. Меня он пока не видит. И что с ним делать? Стрелять? Он-то уже взвел затвор, а мне еще это нужно сделать. Да и шуметь нельзя. Может, его тоже прикладом в лоб приложить, как второго? Нет, не выйдет. Дистанция великовата. Все-таки придется ножом. Не очень удобное положение для метания, я же не левша, да и нож не слишком подходящий. А главное — палец у него наверняка на спусковом крючке, и бабахнуть он все равно может успеть. Пусть даже тревога будет последним, что он сможет поднять в своей жизни.

Услышав шорох, караульный начинает оборачиваться в мою сторону, глаза его расширяются, но нож уже входит в кадык.

Руки парня разжимаются, винтовка с тихим стуком падает на песок, следом оседает он сам, обливаясь кровью. Подтаскиваю его к предыдущему покойнику и накрываю тем же плащом. Теперь в дом? Нет, кто-то возится в сарае, у которого привязаны лошади. Сначала туда. Нельзя, чтобы кто-то удрал под шумок. Обхожу дом сзади, чтобы пересечь двор кратчайшим путем, а не по диагонали перед окнами.

В сарае еще один тип в такой же униформе, возится с сеном. Самозабвенно так возится, ничего не слышит. Он даже не понимает, что с ним произошло. Этого бойца я просто вырубаю и устраиваю в сене так, чтобы его нельзя было разглядеть снаружи.

Минус четыре, из них трое окончательно. Это значит, что с лейтенантом маг и еще двое "плащей". И неизвестно, на чьей стороне сейчас хозяин хутора. Если вообще жив, конечно.

Едва успеваю вернуться к дому и нырнуть под бортик, ограждающий крыльцо, как открывается дверь и появляется мордатый верзила с сержантскими нашивками и револьверным ружьецом вроде того, что Менален подобрал в мертвом городе. Я вижу его в щель между досками бортика. А вот он меня — нет. Верзила крутит головой, кого-то высматривая.

— Вехтар! Где ты уже заныкался?

Вехтар, надо думать, это тот тип, который должен был стоять у крыльца… Или тот, что обходил дом? Верзила-сержант делает шаг, второй, дверь за ним закрывается, лязгнув задвижкой. Еще шаг…

Мда, а великоват-то противник. Без шума не вырубить…

На мою удачу сержанта заинтересовал караульный у ворот, точнее, его вопиющее отсутствие на своем посту. И он поворачивается ко мне спиной. — Эй, Бринел! Ты где спрятался, сучонок?! Ты у меня сейчас строевым шагом весь периметр перемеряешь! И попробуй только с шага сби… Ответа сержант не получает — ржавый, но от того не менее тяжелый и прочный железный прут, оставшийся от сгоревшей фуры, с тихим свистом совмещается с его башкой, защищенной лишь негустой копной волос и шапкой, мало похожей на каску. Прут пришелся в самый раз, деревянный приклад винтовки мог и не пережить такое столкновение. Хоть и трофей, а жалко использовать в качестве примитивной дубины. Верзила умолкает на полуслове и валится на землю, выронив оружие. Подхватываю и его, и винтовку, не удержать, так хоть шума избежать. Кажется, верзила жив. Минус пять. Осталось еще трое. Или сколько? Так, четверо рядовых и сержант выбыли из игры. А ведь и пяти минут не прошло. Вот как, оказывается, полезно полежать в могиле. Сразу жить хочется. В оставшейся тройке — офицер, маг и кто-то еще. Рядовой или еще один сержант. Причем, возможно, этот кто-то отдыхает — у караульных должна быть смена. Возможно, тип, которого я встретил у крыльца, не стоял на посту, а просто вышел по нужде, прихватив с собой винтовку на всякий случай. То есть, двое караулили, двое отдыхали. Еще вопрос — если отдыхает, то где? Неужели в доме? На сеновале? Но в сарае вроде никого не было, кроме конюха. Да и этот, получается, в дом возвращался… Ладно, бегать туда-сюда по двору уже поздно. Оттаскиваю сержанта к стене дома, чтобы его туша не была видна из окон и тому, кто высунется в дверь, но не спустится с крыльца. Связываю ему руки за спиной его же ремнем, ноги — ремнем от винтовки, в рот запихиваю его же шапку — не задохнется, но орать не сможет. Больно здоров лось, чего доброго, может очухаться раньше времени. Накрываю его плащом, чтобы не привлекал к себе слишком много внимания..

Хм, а что же господин лейтенант и приданный ему колдун? Неужели ничего не чувствуют? Я-то полагал, что на такой службе любой человек должен быть немного параноиком. Ладно, что гадать-то? Поднимаюсь на крыльцо, держа взведенным ружье, позаимствованное у верзилы-сержанта. Толкаю дверь. За ней оказывается большая прихожая, где могли одновременно поместиться человек десять. По левой стене — две невысокие двери, похоже, кладовки или что-то вроде этого. По правой — что-то вроде гардероба, крючки для верхней одежды и подвешенная над ними полка для шапок. Прямо — еще одна большая дверь, вроде той, через которую я вошел. Нажимаю на рычаг, запор с лязгом поднимается, дверь начинает открываться от меня.