Чтение онлайн

— Я разберусь, — пообещал он женщине. — Вполне возможно, что здесь действительно кое-что искали.

Он подошёл к окну так, чтобы занавеска скрывала его от взгляда снаружи. Ирина хотела вернуться к кофейнику, но Сокольский её остановил:

— Выключите пока плитку. Где ваш мобильник? Положите в карман.

Она удивлённо оглянулась, но произнесено всё было таким тоном, что Ирина подчинилась прежде, чем сама это осознала.

— Я пойду, воздухом подышу. — Сокольский выглядывал из-за занавески в окно. — Спуститесь в подвал. Запритесь изнутри, там у вас надёжный замок. И не выходите до тех пор, пока я вам не разрешу. Всё понятно?

Она замерла, во все глаза глядя на мужчину. Потом приоткрыла рот, чтобы задать вопрос, но передумала, кивнула и быстро пошла к лестнице в подвал.

Сокольский подождал, когда послышится стук опускаемой дверцы, взял с вешалки куртку и направился ко входной двери.

Глава четвёртая. О пользе и вреде паркура

Солнце садилось за домом, то есть, за спиной. Если смотреть через улицу — среди деревьев виднелась освещённая закатными лучами Ладога. Вокруг дома было сумрачно. Сокольский прислонился к столбику открытой части веранды и любовался отсветами далеко впереди, за домами на противоположной стороне улочки. Минуты через две его невидимый противник не выдержал и попытался тихо выбраться из-за колодезного сруба. Сокольский мог видеть его только боковым зрением, но наверное парень воображал себя невидимкой: пригнулся и бесшумно засеменил от своего укрытия к калитке. Понадеялся, что его скроют кусты, но голые ветки даже в сумерках маскировке не помогали.

— Далеко собрался? — негромко спросил Сокольский. Среди тихого вечера его голос можно было услышать даже из дальнего конца участка.

Парень на мгновение замер за кустом, потом ринулся в открытую и легко перемахнул высоченный забор. Сокольский сорвался с веранды и сделал то же самое, потратив не больше усилий. Он не упускал случая тренироваться вместе со спецподразделением УВР…

* * *

Вопреки теории господина Дарвина, человек больше напоминает кошку, чем обезьяну. Всё дело в пропорциях. У человека, как у кошки, верхние конечности заметно короче нижних, ими он может цепляться, опираться, подтягиваться и направлять тело в нужную сторону. Нижние (как задние — у кошачьих) гораздо мощнее. Это настоящие рычаги для продвижения вперёд, вверх или вниз. Особенно заметно сходство у паркурщиков: так, как передвигаются они — не снилось никакой обезьяне с её длинными руками и коротенькими ножками. А вот если наблюдать за стремительно убегающей кошкой, прыгающей через поребрики и взлетающей на высокие предметы, сходство прослеживается явно.

Двое мужчин, как два огромных кота, неслись поперёк посёлка, бесшумно сигая через заборы, хребты пустых теплиц, ванны и бочки, брошенные садовые тележки, кусты и ямы из-под компоста. Темнело. Бегущий впереди специально выбрал этот" стипль-чез", надеясь оторваться от преследователя. Махом вскочив всеми четырьмя на высокую кирпичную ограду, он оглянулся, надеясь увидеть пустой огород.

Но Сокольский не отставал. Как раз перемахнул одним прыжком через пару призрачно белеющих ванн с водой, успев зацепиться пальцами за столбик навеса, чтобы на скорости поменять направление. Преследуемый оттолкнулся от стены, перекувыркнулся, приземлившись на три точки — и помчался дальше, через канаву, прямо через штабеля сложенных к зиме корявых брёвен. Впереди, между деревьев, сверкала оранжевыми бликами вода Ладожского озера…

Сокольский уцепился за край кирпичей, перебросив себя на другую сторону ограды не так изящно, но быстро. Ловкий незнакомец мелькал далеко впереди, между деревьями, на фоне просвета. Сокольский прибавил ходу, стремясь сократить расстояние.

Корни сосен на песчаном берегу чернели, как застывшие паучьи лапы. Хуже, что земля под деревьями сливалась в единое тёмное пятно. Предательского сучка Сокольский не заметил, споткнулся, врезался плечом в сосновый ствол и, не удержавшись, перекатился по земле.

— Паркурщик хренов! — выругался он, на себя или на беглеца. Ногу он подвернул. Не сильно, но больно. — Всё! Ты меня разозлил! — сказал он убегающему к лодочной станции противнику…

Преследуемый отбежал как можно дальше и оглянулся. Никто за ним не гнался больше. Вдалеке виднелся пустой причал, темнели лодочные гаражи. Парень рванул туда, благо среди построек легко спрятаться и уйти в нужном направлении, не привлекая внимания.

Как раз в тот момент, когда он притормозил у второго гаража, из тёмного прохода между ними выпрыгнул Сокольский и врезал парню по спине обломком весла. Беглец бесславно приземлился носом в песок. Сокольский вскочил ему коленом на поясницу и вывернул назад руку.

— Не надо! — придушенно взмолился пленник. — Полковник! Я свой!

Такое обращение озадачило, но агрессивного настроя Сокольскому не перебило. Оглядевшись на гаражи и темнеющую воду, он убрал колено со спины пленника и, держа за вывернутое запястье, заставил подняться на ноги. Потом толкнул с открытого места к ближайшим деревьям.

— Что ты здесь делаешь? — потребовал он, смутно догадываясь, кого именно допрашивает.

— Это… тайна! Секретная информация! — сделал попытку увильнуть пленник.

Сокольский прижал его носом к сосновому стволу и сильнее надавил на вывернутое запястье, заставив замычать от неприятных ощущений.

— У человека очень крепкие суставы, — сопроводил Игорь свою "экзекуцию". — Но тем больнее, когда их выворачивают. Хочешь убедиться?

— Нет! Ты же не будешь калечить своего коллегу? — со скрипом зубов выдал пленник.

— Откуда я знаю, что калечу коллегу? — переспросил Сокольский, стараясь не упускать из виду пространство вокруг себя. — Удостоверения у тебя нет!

— Есть! В заднем кармане!

Сокольский притиснул его к стволу ещё сильнее и ощупал карманы. Достал книжицу и сунул себе за пазуху.

— Теперь нет, — оповестил он пленника. — Говори, сволочь: один тут?

— Нет!! — Парень решил не рисковать конечностью, которую, как тисками, сжимал Сокольский. — Я не один! Нас двое!

— Кто ещё?

— Чирик! Он в машине ждёт, в конце улицы…

— Что за Чирик?

— Чириков какой-то! Не знаю я его! Шеф сказал, что это его платный осведомитель. Мол, он тут всё знает, чтобы я его слушал…

— Что в доме надо было?

— Тебе лучше не знать! А-а-а!! Руку сломаешь!!!

Пленник всё время пытался обернуться, но тут перестал. С лица его текли струйки пота. Наверное, не только от скоростной пробежки.

— Отвечай честно! Всё равно узнаю, — продолжил допрос Сокольский, чуть ослабив хватку, но не давая пленнику шансов вырваться.

— У бабки этой, которая там жила, материалы остались… — сдалась жертва его экзекуции, надсадно дыша. — Секретные. Компромат на одного вашего… Полковника Ланского! — выкрикнул он, стоило Игорю сильнее вывернуть его запястье. — Нам велели забрать, да мы не нашли!

— Идиоты! — наградил его Сокольский и резко отпихнул от себя. Парню пришлось сделать несколько скачков, чтобы удержаться на ногах.

— Ф-фух! В натуре, чуть не вывернул! — пожаловался он.

— Бабка! — передразнил Сокольский. — Должны были знать, что у этой бабки опыта побольше, чем у вас вместе взятых. Стала бы она хранить секретные материалы в дырявом доме?

— Удостоверение отдай! — потребовал парень, держась за запястье и не пытаясь убежать.

Сокольский достал книжицу. Темноволосого парня, лет на десять помладше себя, он узнал, но всё-таки прочитал, для верности (на берегу было достаточно света):