Звездочёт из Нустерна и таинственный перстень
Шрифт:
– Все ясно, – сказал король. – Письмо – не шутка, не каприз. Она отправилась на поиски Самюэля Карабуса.
Он немедленно послал вдогонку людей, чтобы отыскать и вернуть принцессу. Нужно ли говорить, что в ту ночь во дворце никто не сомкнул глаз? Везде горели факелы и светильни. Придворные и челядь собирались по углам и шепотом гадали, чего теперь ждать. Я, пишущий эти строки летописец Магноциус, неотлучно находился при короле и могу засвидетельствовать, что король был страшно подавлен и потрясен. Беда сделала его разговорчивым, и он, поминутно каясь в своих ошибках, поведал мне во всех подробностях о событиях, происшедших много лет назад, когда жила еще во дворце вещунья Филистена, о событиях, страшные отзвуки которых мы наблюдали теперь. Но я опускаю рассказ короля, ибо он достоин отдельного повествования.
Едва правитель закончил свою горькую исповедь, как ему доложили, что его аудиенции срочно просит фея Дендрина. Король велел принять ее немедленно, ибо всякая весть была сейчас дорога. Однако новость феи Дендрины хотя и пролила свет на события злополучного дня, но не принесла королю утешения.
– Приветствую славнейшего из королей и мудрейшего из магов! – сказала фея, входя в тронный зал.
– Ах, оставьте все эти эпитеты, милая фея, – ответил печальный король. – Они мне ненавистны в эту минуту.
Фея удивленно посмотрела на короля, потом обвела взглядом присутствующих и воскликнула:
– Неужели я опоздала! Так и есть. Я слишком долго была занята молодыми березовыми рощицами в Базилейском царстве. Но где принцесса? Надеюсь, с ней все в порядке?
– Увы… – начал было король, но голос его задрожал, и мне, его верному слуге, пришлось рассказать фее Дендрине о том, что произошло.
– Бедная принцесса! – вздохнула фея, дослушав рассказ. – Бедный юноша! Бедный король Аранеус! Мне надлежало быть здесь еще сегодня утром. Но беда в том, что я не успела. Слишком поздно мне открылись коварные замыслы графа Мигеля Пардозы.
– Что еще затеял этот негодяй? – вскричал король.
– Увы, – отозвалась фея, – сделанного не поправишь. И именно я, хоть это и прискорбно, оказала вам, ваше величество, дурную услугу. Но не перебивайте меня, а выслушайте внимательно то, что я вам расскажу.
И фея Дендрина поведала следующее. Недели две или три назад к ней обратился граф Пардоза с просьбой составить приворотное зелье. Граф объяснил, что эликсир нужен для его дальней родственницы из Макрибии, муж которой стал потихоньку ей изменять.
– И я поверила графу, – говорила Дендрина. – Да и как было не поверить, когда этот нечестный маг расписал мне целую драматическую поэму!
Фея составила для Пардозы приворотное зелье и вскоре забыла о нем.
Замок феи, как всем известно, находится недалеко от замка герцога Карабуса. В ту пору у Дендрины гостила племянница короля Аранеуса Помпония, очаровательная юная девушка. Помпония большую часть времени проводила в роще, отделяющей один замок от другого. Там она распевала свои чудесные песни, привлекая немало окрестных жителей. Молодой герцог Карабус, который в то время находился в замке отца и готовился к свадьбе, тоже частенько бывал в роще и вместе со всеми наслаждался пением царственной Помпонии.
– Можете поверить мне, ваше величество, – говорила фея Дендрина, – что ни о каком взаимном влечении между Самюэлем Карабусом и вашей племянницей тогда и речи быть не могло. Но все изменилось, когда снова в наших краях появился граф Пардоза. Он очень быстро и очень коротко свел знакомство с молодым герцогом и Помпонией, и уже вскоре многие стали замечать, что молодые люди смотрят друг на друга с нескрываемой симпатией, а потом их стали встречать и ночью, при луне. Но, по странным причинам, никто не придавал этому большого значения, а я, как всегда, была чем-то очень занята.
Нетрудно себе представить разворачивающуюся картину: тихий шелест листвы, серебряная луна светит в небесах, Помпония поет нежные песни, молодой герцог внимает им, и в их жилах бродит любовный напиток. Помпония мне потом во всем призналась. Они с Самюэлем полюбили друг друга так сильно, что позабыли обо всем на свете.
Когда же пришло время молодому герцогу отправляться в Арахниды на свою свадьбу, он пришел в полное смятение. Каких трудов стоило старому герцогу заставить его поехать! Самюэль рассказал об этом Помпонии, и та чуть было не лишилась рассудка из-за ревности. Но возлюбленный поклялся ей в том, что поедет в Арахниды только для того, чтобы раз и навсегда отказаться от принцессы. Помпония поверила ему, но, одержимая ревностью, тайно отправилась в столицу и когда там увидела, что герцог Карабус ведет принцессу в храм, сердце ее чуть не разорвалось от тоски. Она возненавидела Самюэля Карабуса и решила бежать куда-нибудь подальше на север, о чем и написала Самюэлю в письме.
– А я, – продолжала рассказывать Дендрина, – едва узнав об этом, поспешила к вам, но… опоздала. Теперь, ваше величество, вы знаете причины, по которым была расстроена свадьба вашей единственной дочери. Я хочу просить у вас прощения за то, что невольно была причастна к этим печальным событиям.
– Ну что вы, милая фея! – воскликнул король. – Вы ни в чем не виноваты. Так значит, в этот роковой круговорот оказалась вовлеченной и моя милая племянница Помпония. После дочери она мне ближе всех. Я отвечаю за ее судьбу перед советом королей. И я не уберег ее.
– Здесь наша обоюдная вина, ваше величество, – печально проговорила фея Дендрина. – Ведь вы возложили на меня заботы о ее воспитании.
– Вы прекрасно справлялись со своими обязанностями. Мне же давно надлежало вернуть Помпонию во дворец и позаботиться о ней. А я этого не сделал.
– Не терзайтесь, король. Должно быть, Помпония отправилась к родственникам в Лопурингию. Самюэль бросился за ней, а вслед за ним – и Аранея. Рано или поздно они встретятся, объяснятся, и все будет хорошо.
– Но Помпония никогда не бывала в Лопурингии, а добраться туда через Дольний мир практически невозможно. Им тяжко придется в стране Забвения. Да что я говорю! Они заблудятся еще в Великой пустыне. Бедные дети! Они такие юные, такие неопытные…
Король был страшно подавлен. Чтобы утешить его, барон Авикула высказал надежду на то, что посланная погоня разыщет и вернет молодых людей.
– Да-да! – воодушевился король. – Погоня состоит из людей, хорошо знающих пустыню. Они быстро найдут детей.
Фея выказала желание остаться в королевском дворце и дожидаться новостей. Ждать пришлось до конца следующего дня, когда в Арахнидах появились люди, посланные за принцессой. Вид их привел всех в крайнее изумление. Они были в лохмотьях, избиты и едва держались на ногах.
Рассказ их поверг всех в великую печаль. Едва они попали в пустыню, как разыгралась такая буря, какой не упомнит ни один старожил. Вихри песка поднялись в воздух, и все вокруг покрылось мглой. Страшные смерчи неистово налетали на всадников, вышибали их из седел и бросали на землю. Все попытки прорваться вперед были безрезультатны. Но стоило конникам отступить, как ветер смолкал и смерчи таяли. Новые их попытки вторгнуться в пустыню вызывали еще более сильные порывы бури.