Историческая проза

– Дайте легату Лацию Корнелию Сципиону плащ и накидку! – затем обернулся к Лацию и добавил: – Думаю, всё остальное мы сможем обсудить по дороге. Сейчас не время. – Да, консул. Благодарю тебя, – Лаций прижал кулак к груди. – Принимай седьмой легион. Кстати, там твои товарищи, – добавил Красс. – Эти……

У крыльца проскрипел снег. Кто-то подергал примерзшую дверь, не смог отворить, стукнул ногой. Дверь отскочила от косяков, распахнулась. В избу с беремцем дров вошла Настя, дочка Изота, соседа. Она затопила печь, принялась мыть посуду. Споро работала Настя, без шума и лишних разговоров. Хорошая девка…

— Да, но он был тогда простым драгуном и моложе меня на много лет, а теперь какая между нами разница? — хотя и с грустью, но без малейшего проявления зависти проговорил старый служака. — Но как же он так далеко ушел? — спросил хозяин. — Через карты и через женщин, — проговорил вполголоса майор, вытянув…

– Не знал бы, – вроде как смягчил тон хозяин, – не разговаривал бы с тобой. Так говоришь, до основания порушили? Не восстановят? – Как есть – до основания! До последнего брёвнышка раскатали. А что не смогли – подожгли. Сгорело за милую душу. Легче новую мельницу построить, чем восстанавливать старую.…

А что могло сильнее извратить порожденное республикой римское сознание, чем единовластие? Испокон веков в Риме даже простой народ принимал активнейшее участие в управлении и, ведомый трибунами, нередко добивался побед над аристократией. А представители сенаторского сословия с детства воспитывались как…

   — Да, на, на, — незлобиво проворчал Николай Николаевич, протягивая часы любопытному и настырному отпрыску, который, нагнув свою большую лобастую голову, довольно слушал уже в тысячный раз знакомую мелодию из какой-то игривой итальянской оперетки. — Вечно, Саша, ты Кольку, своего любимчика, балуешь.…

Но дверь с шумом захлопнулась. Мальчик некоторое время растерянно постоял возле дома. Потом он стал яростно стучать в дверь кулаками, крича с отчаянием в голосе: — Открой, Менандр! Ты ведь даже не захотел отдать мне вещи моей матери! — Оглох ты, что ли, сосед? — подошел к дому башмачника каменщик…

– Да уж! – шутливо заметил во всеуслышание седовласый пожилой мужчина. – Если вот меня, допустим, снять с такими красавицами, да пропечатать фото в многотиражке, да показать людям, то ей-богу помолодел бы лет на десять! Собственно, как можно было придраться к его словам? Что за «жуткая крамола» содержалась…

На записке после зачеркнутых фраз: «Начало, которое можно назвать концом» и «уничтожение корпуса янычар», следует абзац, к которому Пикуль делает пометку — «В конец книги (выделено мной — А. П). Он гласит: Кемаль Ататюрк, могила Байрактара: —  здесь лежит человек, который хотел того же, чего…

— Вы готовы, брат Лукас? — спросил брат Сильва. Пламя скупо освещало его лицо — безбородое, встревоженное, неуверенное. Я колебался всего одно мгновение, прежде чем утвердительно кивнуть. Комната, в которой мы оказались, была совершенно голой, если не считать деревянного креста на дальней стене.…

Настоятель перестал улыбаться. — Войны с Англией никогда не закончатся, — сурово заявил он и вздохнул. — Это будет продолжаться до полной по-еды одного из наших государств. Маленький священник захохотал. — Господин настоятель, кто-то обязательно должен взять верх. Вспомните, как стонут в палате раненые,…

По рассказам убежавших из шайки можно было судить, что этот изверг был молод, но при этом, как рассказывали, лют по-зверски. Вид жертв, обреченных на смерть, жалких, вопящих о пощаде, будил в нем веселость, зрелище их смертных мук вызывало в нем хохот. В схватках он был неустрашим и всегда кидался туда,…

Как-то незаметно Хлоя оказалась рядом. Это сначала удивило его, но потом он знаком велел хозяину принести еще одну миску и поставить ее перед девушкой, одновременно положив на стол несколько монет. — За эти деньги ты не можешь поиметь женщину, Учитель, — сказала она, на глаз оценив его щедрость.…

В начале 1604 года Лжедмитрий в Кракове был представлен нунцием королю; 17 апреля совершился его переход в католичество. Сигизмунд признал Лжедмитрия, обещал ему 400 000 злотых ежегодного содержания, но официально не выступил на его защиту, дозволив лишь желающим помогать царевичу. За это Лжедмитрий…

Вместе с тем Грегор рос чересчур впечатлительным, нервным и болезненным, а главное — он необычайно остро реагировал на звуки: любой шум, гул, эхо, вибрации, даже очень далекие и не различимые окружающими, приводили его в крайнее раздражение, а то и в бешенство. Вдобавок он был подвержен сильным приступам,…

Через 40 лет литовский князь Ольгерт разгромил крымско-татарскую орду, и Южнорусские земли, Чёрная и Белая Русь окончательно вошли в состав Великого княжества Литовского. Так возникло Литовско-Русское государство. Это было очень странное объединение, в котором русское (украинское и белорусское) население…

Ящики и тюки грузили приехавшие с унтер-фельдфебелем солдаты с такими же саперными выпушками на мундирах. На складе, кроме майора, больше не было никого. Это было оговорено заранее. Под конец в кузов поставили несколько коробок с немецкой тушенкой. Майор докурил сигарету, подошел к наблюдавшему за погрузкой…

И конечно же, огромное спасибо моим друзьям, поддерживавшим меня и терпеливо сносившим мои стенания и упаднические настроения. Огромное спасибо моей семье: мужу Полу и дочерям Полли, Софи, Эмили и Клодии. Целых три года, пока я писала «Искушение временем», они были рядом. Подозреваю, что они рады навсегда…

Повторяю, это прескучная книга. Я не мог позволить себе критиковать императора Августа, моего двоюродного деда по материнской линии, или его третью, и последнюю, жену Ливию Августу, мою бабку, потому что оба они были официально обожествлены, а я был связан с их культами в качестве жреца, и хотя мне ничего…

— Открой же наконец мне глаза и объясни, почему всегда радуются и торжествуют неправые, но сильные. Открой ум мой и научи меня, каковы пути Твои, ибо понять их не могу. Неужто праведник живет лишь для того, чтобы страдать? Разве затем Ты учишь его справедливости, чтобы несправедливость сердце ему терзала?…