Проза прочее

Худощавый, мускулистый, стройный, крепкий, с детства привыкший к тяжелому труду, и даже не могущий себе представить, что жизнь может существовать без этого труда, он не принес с войны никакого физического изъяна, а глубокие шрамы, один – на ноге, а другой – на плече, – не в счет, так как они ему движений…

Отец Гергё был кузнецом в Пече. Когда он скончался, мать забилась сюда, в Керестешфальву, вместе со своим отцом – старым, седым крестьянином, участником восстания Дёрдя Дожи [2] . Потому и приютил его у себя хозяин деревни – Цецеи. Дед пробирался иногда лесом в Печ за подаянием – на это и жили они…

– А хороша кукуруза у тебя в районе! Ох, хороша! – берет початок в руки, а тот солнышком играет, как из золота отлитый… М-да! Расчувствовался я от такой оценки, слегка бахвалиться начал, цифрами сыплю, как у меня в районе всё хорошо да ладно. Он с одобрением головой кивает, а потом спрашивает: – Ну,…

– Ребята! К нам едет крайкомовское начальство! – вопит на все подкрышное пространство. – Как! Зачем?! – Представляете, саму Загладу везут для выступления… – Загладу! – выдохнули хором. И тут началось! Что такое начальственный аврал на периферийном телевидении – словами не передать! Это когда…

Я листаю пожелтевшие от времени бумаги и удивляюсь, с каким исступленным отсутствием здравого смысла солидные люди вели непримиримые споры на краю собственной могилы. Тем летом в городе разыгрались эпидемии холеры и тифа, горожане вымирали сотнями, а политическая жизнь бурлила, словно никаких более забот…

Эдик сел на кровати и оглянулся. В комнате было светло настолько, насколько позволяли плотные шторы проникать дневному свету. Он потёр глаза, потянулся и громко зевнул. Майка сбилась в сторону от того, что он крутился во сне, и Эдик привычным движением поправил её. Папа, конечно, лукавил, когда говорил,…

Ночью я был в горах, несся на лыжах между заснеженных елей, парил над землей, совершал кульбиты в воздухе, покорял высочайшие трамплины, развивал невероятные скорости. Такие сны давно меня не посещали, наверное, с самого детства. Попытки заняться спортом вне сновидений проваливались, принося только разочарование…

Когда цыган остался один, я снова примостился с ним рядом. От света первых лучей его смуглое лицо стало красным, и счастливым – от заработанных денег. – Послушай… – начал я. – Джелем, – сказал он с укором. – Послушай, Джелем, я тут подумал: почему вы, цыгане, никогда не гадаете себе сами? Ведь…

Всего 15 человек живых, плюс еще один не родившийся, но уже живой, и двое умерших в детстве. Командировка Погода, устоявшаяся в августе, обещала задержаться и на сентябрь. Во второй половине этого месяца, августа, когда связанное с уборочной напряжение немного спало, председатель колхоза «Светлый…

На выручку приходит папин юрист Андрей Иванович, который является очень вовремя, чтобы разрядить обстановку. Его спокойная деловитость выводит всех из ступора, теперь нам приходится вникать в его слова, отвечать на вопросы. Через час всё решено. Моим опекуном до совершеннолетия будет Оля (так захотела…

Забавно, что издатели «Куриного бульона для души» обратились именно ко мне за предисловием к книге о поиске счастья, ведь когда-то в моей жизни был невероятно несчастливый период. Наверное, у меня даже была депрессия. Хандра так меня одолела, что я не нашла в себе сил обратиться к врачу. Моя карьера…

Я далеко не единственный человек, кого занимают подобные вопросы. Всевозможные писатели, художники, кинематографисты и авторы песен так или иначе исследовали тему одиночества, пытались отыскать точку опоры, разобраться с трудностями, возникающими из одиночества. Но я в то время как раз начала влюбляться…

Любопытна амплитуда движения мысли Хайдеггера в этих двух томах. Если, памятуя великое открытие общей теории относительности Эйнштейна об искривлении пространства, приложить её к искривлению духа, то в этих двух томах «Ницшеаны» Хайдеггера удивительно прослеживается духовная кривая хайдеггеровской философии,…

Наш мир никогда не был благостен и приветлив к мастерам духа и кисти. Мы преклоняемся перед бессмертной Джокондой, восхваляем гений её автора. Того, который всю жизнь бедствовал, скитался, попадал в немилость сильных мира сего. Стоимость полотен Ван Гога бьёт на аукционах все мыслимые рекорды. А между…

– А для кого, скажи, неблагодарный, принимаю я все эти меры предосторожности? – спросила Агриппина. – Разве не ради тебя, не ради того, чтобы ты мог облачиться в порфиру и господствовать над народами? «Ради меня, да и ради себя тоже» – подумал Нерон, но ничего не сказал; не умея пока еще скрывать своих…

Он судорожно глотнул раскрытым ртом, как хотелось тогда… – Вы что? – донеслось до него. – У вас дело ко мне? Что молчите? Эй, гражданин, вам плохо? Садитесь! – от приказа он будто очнулся, мотнул головой, стащил кепку и шагнул к стулу. – Извините… – По какому делу? – она упруго налегла на ребро…

– Пессимистка ты, Мила, – улыбнулась Аля, – есть хорошее ребята. – Были, да сплыли, – усмехнулась я, заваливаясь на диванчик в зале, – уезжают все. – Ну, это есть, – добродушная Аля уже разливала по стаканам чай, – ищут, где лучше. – Не нравится мне никто, – полулёжа на диванчике, проворчала я, –…

Поэтому, ещё через несколько лет, население узнало слово «дефолт» и принялось следить за ценой на баррель нефти, как диабетик за содержанием сахара в крови. А поскольку, Боря знал не только сегодняшнюю стоимость баррели, но и завтрашнюю, то он стал интересоваться ценой на элитную недвижимость и дорогие…

Лорд и доктор направились к островерхим скалам, теснящим погребальную долину Бибан-эль-Молюк, царственный некрополь древних Фив, и вели разговор, из которого приведены уже несколько фраз; как вдруг, подобно пещерному жителю, из черной пасти опустевшей гробницы появилась на сцену новая личность, довольно…

Потом небо накрыл темный душный полог, и все стихло. Аверин очнулся от того, что сквозь густой желто-серый туман на него смотрело сверху светлое лицо ангела. Это была женщина. Она сделала ему укол, и тихим голосом приказала кому-то невидимому осторожно поднять его. Божественная нимфа! Аверин погрузился…