Проза

Доклад Еремину понравился. Если в нем и не содержалось ничего нового сравнительно с постановлением Пленума ЦК, — по-видимому, докладчик и не ставил перед собой такой задачи, — то своевременность и правильность постановления были наглядно проиллюстрированы фактами и цифрами, взятыми из жизни…

На несколько мгновений церемония посвящения замерла. Марциан сглотнул, перевел дух, и вот его черты вновь обрели прежние краски. Родители наклонились к нему, мать спросила, не болен ли он? Марциан покачал головой. Он был скромный мальчиком, благоговеющим, как и они все, перед своею сестрой. Его поведение…

– Дальше… А дальше мужик стал крушить мебель, бар и витрины. – А что он говорил при этом? Ничего мужик не говорил, улыбался только. И деньги у Пенса отнял. А потом палец отломал и ушел. Но Пенс этого уже не видел – сознания лишился. Да… Дуст переживал не лучшие свои дни, но на здоровье…

Голодом выгнанные из саратовских деревень, переселенцы, так и не приспособились они к щедро-неласковой чужой земле, не пошло у них крестьянство. Зацепились за жизнь кто как сумел. Дед — клепальщиком котлов на заводе, прожил недолго. Бабушка — прачкой по господам, кое-как подымала пятерых; не поднять…

С нетерпением жду новостей от Вас. С наилучшими пожеланиями Мартин От: Мартин Льюкс Кому: Дженни Льюкс Дорогая, я в коротком списке! В понедельник встречаюсь со всеми шишками из «Сейнзбериз». Мне нужно будет подготовить доклад: как я организую переход маркетинговых стратегий на более высокий…

У заставы поезд остановлен был окриком сторожей: «Кто едет?» — Савина монастыря власти, — отвечали из первых саней. — Подвысь! Вольно! С Богом! И сторожа, при виде креста в санях, в недоумении сняли шапки и стали креститься. Поезд с крестом проехал прямо в Кремль и остановился…

И вот нежданно-негаданно то почти совсем забытое странное волнение опять вернулось ко мне и принялось будоражить с новой силой, и я с удивлением обнаружил то, что за долгие годы сна стало только глубже! Случилось это четырнадцатого дня месяца июля сего года в Байейском соборе. Не то, чтобы душе моей…

Веденин и генерал Гавашелия с молчаливым укором ждут меня возле роскошного шевроле-седана. Это я должен ждать, стоя навытяжку… Впрочем, мне ничего не говорится — это как бы ниже генеральского статуса, но и молчание бывает весомым…Садимся в машину — генерал впереди, и мчимся из города. Задача наша — оценить…

И тут же меня отыскал пес. Изголодавшийся, с выпирающими ребрами, он, однако, не ластился и не выказывал боязни, а только глупое благодушие. Несколько раз он попытался пролезть в круг, заключавший умирающего, а когда его отогнали, принялся обнюхивать края поляны, добрался так до дерева, за которым скорчился…

— У вас тут ничего, — сказал он, одобрительно оглядываясь, — уютно. Ему было неловко. Они почти всегда испытывают неловкость, а я испытываю неловкость оттого, что они испытывают неловкость. — Мне Серый сказал, что вы можете, — сказал он и хихикнул от застенчивости, — я подумал, почему бы нет... ну…

«Их черед прийти к нам» — и появляются Альхузоны, гримасничая и подпрыгивая на своих ниточках, кланяются и исчезают, а хозяева, принимавшие их, в свою очередь становятся гостями и покачиваются, глупо ухмыляясь, — кукольные партнеры, прикрепленные друг к другу, исполняют свой старомодный танец. …

– Мудрец Кун [3] сказал: «Когда мне минуло шестьдесят, слух мой стал мне повиноваться». Повиноваться – Значит подчиняться. «В семьдесят лет я стал следовать стремлениям сердца, не преступая установлений…» Я ни слова не понимал из того, что говорил Лысый, а пероглифов не видел – почему, что их загораживал…

Вечер опускается на землю, как и во все времена, и я слушаю печальный монолог тополя. Он шепчет так грустно, листья машут, как зеленые руки. Ветер шелестит чуть слышно, печально и в то же время обнадеживающе. Дерево шелестит и вздыхает задушевно, уныло, тоскливо, призывно. И снова я ничего не могу…

Тут она пустилась рассказывать про рай – и пошла и пошла. Будто бы делать там ничего не надо – знай прогуливайся целый день с арфой да распевай, и так до скончания века. Мне что-то не очень понравилось. Но говорить я этого опять-таки не стал. Спросил только, как она думает, попадет ли туда Том Сойер?…

Та неопределенно пожала плечами, застеснялась. — Да нет… Просто люди посоветовали. …Три с лишним года назад Аля закончила восьмилетку в своей деревне, в Гуськах. Две зимы после этого просидела секретарем в сельсовете. Писала своим кудрявым, но разборчивым почерком разные справки, бегала по соседним…

Боже мой… Какая погода… Ух… И живот болит. Это солонина, это солонина! И когда же это все кончится? Наклонив голову, бросилась барышня в атаку, прорвалась в ворота, и на улице начало ее вертеть, вертеть, раскидывать, потом завинтило снежным винтом, и она пропала. А пес остался в подворотне и, страдая…

С тех самых минут, проведенных в стене, мне стало казаться, что мертвые теряют все чувства, кроме слуха. Внезапным ударом дверь распахнулась настежь. Сорванное с петель дерево затрещало льдом в оттепель, и раздались крики — вопли моего отца, каких я не слышал никогда. Потом настала тишина. Мама пришивала…

Вон и секретарь обкома Безукладов внимательно слушает, даже тоска из глаз исчезла. Егор говорит деловито, чувствуется, не смущает его высокая трибуна, наверное, привык, да и дела позволяют. Было бы о чём говорить, а у Егора такое право есть. «Надо обязательно с ним повидаться, – подумал Бобров. – Давно…

 - Похоже, у меня за сундуком снова завелась мышь. Вот ведь незадача, - покачал он головой.  У Готель сверкнули глаза, и она едва не рассмеялась:  - Вот же старый! - подумала она, - откуда же тут мышь, коли зерен нет. Разве что совсем молодой мышонок сунет сюда свой глупый нос, не…

— Этого я не знаю. А вы, сэнсэй? — Я тоже не знаю. Хотя полагаю, что они преследуют какую-то выгоду. Не станет современный человек просто так устраивать беспорядки. Ловчат они, вот и всё. — Неужели?.. — Кадоно посерьёзнел. Но Дайскэ больше ничего не сказал. Бесполезно. До Кадоно всё равно не дойдёт.…