Чтение онлайн

Прежде чем идти на соседнюю заставу (десяток километров лесом), я решил проверить склад своей заставы и позиции погибших пограничников на предмет поиска полезных на войне и в быту предметов.

142 патрона и 2 гранаты хватит в лучшем случае на полчаса активного боя, а потом? Если подаваться в партизаны, то с максимально большим запасом боеприпасов.

К сожалению, не только в мою умную голову пришла мысль разжиться ценными вещичками на складе погранзаставы.

Пятеро немцев, одетые в мышино-серую форму, вооруженные винтовками, по-хозяйски грузили в повозку с лошадью какие-то ящики.

Меня, спрятавшегося за деревьями, они не видели.

Я сильно сомневался в своей способности спокойно и хладнокровно убить человека, но тень погибшего под обстрелом Пухова, видевшего гибель своих друзей и товарищей от немецких снарядов, сохранившаяся в глубине моей психики, не сомневалась ни секунды.

Я прицелился из ППД и меткими, экономными очередями срезал трофейную команду. Всех пятерых, и даже лошадку не задел. Крестьянское происхождение старшины пожалело полезную скотинку. Рука не поднялась пристрелить животное, которое не было виновато в наших человеческих разборках.

К моему сожалению, эти пятеро не были единственными немцами на погибшей заставе.

— Alarm, Soldaten,Russischlebtehierirgendwo Тревога, солдаты, где-то здесь остались живые русские.

Я хотел спрятаться в лесу, но парочка камрадов погибших солдат успели заметить мою позицию и показали ее остальным.

Вокруг меня засвистели пули, сначала редко, из винтовок, затем гуще, подключились пистолеты-пулеметы, а затем еще гуще, когда застрочил настоящий пулемет, основа боевой мощи пехотного отделения вермахта.

Я, прячась за большим раскидистым дубом в ответ огрызался короткими экономными очередями и кажется пару раз даже в кого-то попал.

Немцы стали аккуратно обходить меня слева и справа, собираясь зайти мне в тыл, затем рядом взорвалась граната, оглушая и накрывая меня кучей мелких, но очень болезненных осколков.

Я понял, что приходит конец моей первой жизни в этом мире, и стал стрелять в немцев более широкими очередями. Какой смысл оставлять фашистам отличное оружие, да еще и с запасом патронов? Когда магазин опустел, я снарядил запасной, когда закончился и этот, метнул в немцев свои гранаты.

Судя по громким крикам и ругани небезуспешно.

Подведем итог первого действия: пятеро погибших (или сильно раненых) плюс еще несколько вышедших из строя.

Не так уж и плохо для начала.

В этом момент меня разорвала на куски брошенная фрицем граната. Умирать было больно, зато быстро.

Гауптманн Отто Шлейфер, командир немецкой роты, ругался как сапожник. Его подразделению невероятно повезло в самом начале войны. Камрады- артиллеристы накрыли позиции, противостоящих ему советских пограничников как на учении, его солдатам осталось только добить этих бедолаг. Всего трое убитых и семеро раненых, это даже не потери, настолько все удачно складывалось, пока из лесу не вылез этот сумасшедший русский. Семеро погибших и пятеро раненых. Серьезный провал на пустом месте.

В следующие несколько дней потерявший кураж Отто действовал крайне осторожно и в отличие от эталонной истории не успел пленить несколько сотен советских бойцов, деморализованных артиллерийским огнем и бомбежкой люфтваффе.

Эти бойцы успели отойти с оружием, боеприпасами и в дальнейшем храбро сражались против фашистов (а не сгинули от голода в немецких концлагерях).

Эпизод 3

14.00 22.06.41

Я парил над заставой, не имея тела, и обозревал окрестности.

Парочка озверевших от гибели камрадов немцев сердито пинали мое (или все-таки старшины Пухова?) тело, прискакавший на лошади на шум боя гауптманн сердито отчитывал командира отделения за потерю бдительности.

Тот виновато прятал глаза и разводил руками.

Я стал смотреть на более отдаленные расстояния, в этом странном невесомом состоянии мое зрение невероятно обострилось.

Я видел, как на соседней справа заставе, куда я хотел направиться после посещения своей, догорает бой. Немцы, понесшие большие потери, перенаправили удары артиллерии на правильное расположение пограничников, и теперь пограничники умирали под ударами немецкой артиллерии.

Начальник заставы погиб от прямого попадания вражеские снаряда, а его немногочисленные выжившие подчиненные умело отбивали новые атаки, экономно расходуя патроны и ручные гранаты. Несмотря на их храбрость и профессионализм сражаться им оставалось всего ничего.

Застава слева тоже еще держалась, но только благодаря труднопроходимой местности.

Я посмотрел на восток и увидел горящие аэродромы, ПВО которых получало ложные приказы не поддаваться на провокации, расположение танковых дивизий, где танки были или без горючего, или без боеприпасов, или сломаны или без экипажей.

Видел немецких диверсантов, умело рвущих коммуникации, и даже более того подключающихся к проводам связи и дающих ложные приказы.

Вокруг царил бардак и неразбериха (по крайней мере в Красной армии), немецкие же войска действовали очень дисциплинированно и умело, четко и последовательно, как очень точный мощный механизм.

Из-за чего потери наших войск были катастрофически высокими по сравнению с немецкими.

— Желаете возродиться на месте своей гибели, разумный? — спросил Голос.

— Напоминаю, что при возрождении вы будете также вооружены пистолет-пулеметом ППД, двумя магазинными дисками и двумя гранатами.

Я задумался. На заставе Пухова немцы теперь настороже, сердито посматривают на лес, да и много их, вряд ли я смогу нанести им существенный ущерб. Только если раз за разом буду возрождаться и убиваться о них.

Какую-то пользу я конечно принесу, но вряд ли потеря пары-тройки пехотных рот сильно скажется на ходе войны.

Наибольшая польза от мотивированного одиночки вроде меня это диверсионно-партизанская деятельность в тылу врага. Нарушение коммуникаций, линий снабжения. Если, к примеру, к немецким танкам вовремя не подъедет машина с топливом или боеприпасами, то не получится у них сделать прорыв нашей обороны в какой-то важной точке или замкнуть где-нибудь кольцо окружения.