Чтение онлайн

Значит для меня есть смыл оседлать большую дорогу и пытаться отлавливать машины снабжения и тормозить их с помощью ППД.

— А можно мне возродиться вдоль дороги по которой идут потоки немецких машин? — спросил я.

— Такая возможность есть, только в этом случае ваше возрождение будет сдвинуто по времени. Чем дальше от места последней гибели, тем больший период времени потребуется для вашего возрождения. — ответил мне Голос. — Могу предложить вам несколько дорог как автомобильных, так и железных на выбор.

Я представил себе, как буду, прячась за березками, отправлять из ППД пулеметные очереди в проходящие немецкие поезда и засомневался в большой эффективности данной стратегии.

Вполне возможно, что составы, перевозящие солдат, будут снабжены противопулевой защитой (те же вагоны, обитые досками или фанерой вероятно будут пробиваться пулями только с близкого расстояния, если вообще будут пробиваться).

Лучше сесть на автомобильную дорогу и тормозить немецкие грузовики с боеприпасами и продуктами.

Жаль, что ни я, ни мой прототип, не учились подрывному делу. Пущенные под откос эшелоны или взорванные мосты могли бы существенно помочь Красной армии.

И тут мне в голову пришла хорошая идея: сейчас по лесам будет ходить множество разбитых частей Красной армии, деморализованных, упавших духом. Без понимания окружающей ситуации, без четких ясных приказов сверху часть из них без боя будет сдаваться немцам, часть пробиваться на восток и гибнуть в котлах окружения, под бомбежками, под ударами осмысленно действующих немецких частей.

Если дать этим бойцам Красной армии цель и смысл, то можно будет неплохо пошустрить партизанам по немецким тылам уже летом 41 ого.

Конечно, для этих бойцов это почти верная смерть, но им почти на 90 процентов и так грозит гибель, так как смертность в немецких концлагерях была запредельная, не были готовы фашисты кормить несколько миллионов советских солдат, одновременно попавших в плен.

А поэтому если есть выбор как умереть, то лучше для солдата принять смерть славную в бою, принеся своей стране пользу, чем позорную лютую от голода в концлагере.

Я возродился возле достаточно широкой проселочной дороги через сутки после своей первой (или второй если считать Пухова за часть меня) гибели в 14.00 23 июня 1941 года.

Место старался выбирать с умом: слишком далекие магистрали отмел из-за потери времени в несколько дней или недель, слишком широкие и оживленные из-за чрезмерной опасности и большого трафика, слишком тихие из-за бесполезности. Там и до зимы можно сидеть, не встретив ни одного немца.

По этой дороге по информации Голоса одиночные машины или группы грузовиков ездили с промежутком приблизительно раз в час.

Самое то для начинающего партизана.

Если оседлать эту дорогу, то некоторое время я смогу создавать проблемы фашистам, выкашивая одиночек и мелкие группы гитлеровцев.

Я нашел хорошую позицию за растущими рядышком тремя березами, создавшими для меня нечто вроде ДОТа и стал ждать подходящий трофей.

Громко лязгающую колонну, состоящую из двух десятков танков и десятка грузовиков с пехотой, я скрипя зубами от бессильного гнева, пропустил.

Охотиться на такую добычу верный способ убиться быстро и почти безуспешно. В лучшем случае успею пристрелить десяток солдат вермахта.

Что наверное тоже неплохо, но все-таки нужно будет постараться разменять дарованные Администраторами жизни с большей пользой.

Следующая спустя полчаса цель мне подходила: два гитлеровца в касках на мотоцикле.

Я изготовился к стрельбе и благодаря навыкам своего собрата Пухова меткой длинной очередью срезал обоих немцев. Все-таки Геннадий Иванович при жизни был опытным пограничником, жаль ему не повезло погибнуть сразу и почти без пользы.

Мотоцикл, лишившись управления, вылетел в кювет, немцы сломанными куклами вывалились рядом.

Я быстро выскочил из своего укрытия, погрузил погибших фашистов в люльку и медленно осторожно не торопясь отъехал на три сотни метров в лес, пока трехколесный агрегат не увяз в яме не до конца высохшего от жары болота.

Судя по двум нашивкам на гимнастерках эти ребята были из СС.

Я обшмонал трупы в поисках трофеев и стал богаче на два мешка с пайками, два шмайсера, вернее два фольмера, так как МР-38, создал именно Фольмер и на четыре ручных гранаты.

Пистолеты-пулеметы вещь редкая для немцев, этим камрадам видимо выдали дефицитную вещь из-за принадлежности к элитным войскам.

Кроме того, у одного из гансов оказалась фляжка со шнапсом.

Я чтобы снять шок от недавно совершенных убийств, залпом выпил пару глотков, закусил крекерами из трофейного пайка, помянул их грешные души и души погибших товарищей Пухова и вернулся к дороге ждать следующие цели.

Несколько грузовиков, шедших колонной, я пропустил, больно много в них сидело камрадов, а вот одинокого мотоциклиста приголубил очередью из трофейного пистолета-пулемета.

Это оружие было совершенно незнакомо Пухову, поэтому тренироваться в его использовании было лучше по одиночным целям.

При стрельбе МР38 сильно задирался вверх, поэтому в мотоциклиста я попал только со второй попытки.

Благо он не ожидал нападения и растерявшись дал мне секунду для более тщательного прицеливания.

Спрятав погибшего и его мотоцикл недалеко от его камрадов из СС, я разжился винтовкой, мешком с пайками, большой катушкой телефонного кабеля и чемоданчиком инструментов ( отвертки, кусачки, изолента). Видимо, бедолага, которому не повезло со мной столкнуться, был связистом.

Подобный провод при его прочности неоценимая находка для партизана-диверсанта.

Ночью над дорогой в разных местах на уровне груди закрепляем между деревьев куски провода, и при некоторой удачи получаем аварии с выведением из строя экипажа мотоцикла. Если не фатальные, то с получением ранений и сильных травм.

Я перекусил хлебом и салом из запасов Пухова и снова затаился.

Спустя час мне повезло. По дороге мимо меня вели колонну пленных советских солдат, почти сотню человек под охраной всего пяти охранников. Четверо с винтовками и один с пистолет-пулеметом. Обер-ефрейтор и четверо рядовых из охранной дивизии Вермахта, всплыли во мне знания Пухова.