Чтение онлайн

Уже сильно стемнело, и я чтобы не ночевать в лесу и не кормить комаров, решил отложить свой респаун на следующий день.

Снова я возродился 24 ого июня 1941 г. в семь утра на месте своей гибели, шипя от боли и кляня Администраторов реальности на все лады какие только мог придумать.

— Желаете использовать свое право на вопрос? — спросил меня Голос. — Напоминаю, что вопросы должны иметь прямое отношение к вашей миссии.

Я задумался. В голове царила пустота. Вряд ли оперативная обстановка вокруг успела настолько сильно поменяться пока я висел в небытие.

С другой стороны, если вопросы разрешены только по заданию, а новых знаний я получить не смогу (ни про промежуточный патрон, ни про командирскую башенку), то какой смысл копить эти вопросы?

А новая информация про окружающую обстановку даст мне больше шансов найти уязвимые точки у немецкой наступательной машины, попав в которые даже такая мелкая соринка вроде меня сможет хоть немного притормозить неудержимый рывок немцев на Восток.

Словами мне не за чтобы не сформулировать вопрос сразу и про обстановку вокруг и про мое влияние на окружающий мир. А вот с помощью мыслеобраза — пожалуйста. Благо Голос умел читать мысли.

Накануне одной из первых массированные удары танковых войск и пехоты немецкой армии приняла на себя 99-я стрелковая дивизия Западного особого военного округа, находившаяся в пограничном городе Перемышль. Пользуясь эффектом внезапности, немцы быстро захватили город. Однако 23 июня части 99-й дивизии выбили их с правобережной стороны и восстановили границу.

В этот день начался контрудар советских войск на шауляйском направлении с целью отсечения немецкой группы армий «Север».

П родолжает сопротивляться Брестская крепость, оттягивая на себя силы целой дивизии вермахта.

В этот день произошли первые самые страшные сражения Второй мировой войны — встречные танковые бои. Так, механизированные корпуса Юго-Западного фронта нанесли контрудар наступающей немецкой танковой группировке в районе Луцка, Ровно, Дубно, Броды.

И все-таки мы отступали…

По уточненным данным за 22 июня германские войска оккупировали: в Белоруссии г. Брест; в Литве — г. Алитус, Вилкавишкис, Вирбалис, Калвария, Кибартай, Кретинга, Паланга, Шакяй, Смалининкяй, Юрбакас; во Львовской области — г. Радехов, Сокаль. А в этот день, 23 июня, мы потеряли: в Белоруссии г. Гродно, Береза, Высокое, Кобрин, Пружаны; в Литве — г. Каунас, Расейняй, Таураге; в Латвии — г. Приенае; на Украине — г. Владимир-Волынский, Устилуг.

Обстановка была тяжелая: многие части либо бежали, бросая технику, либо массово сдавались в плен, либо по-глупому гибли в нескоординированных контратаках.

Мое влияние было бы совсем незаметно, если бы не освобожденная мной группа солдат во главе с майором-танкистом.

Он сначала вел своих людей на восток, как я и советовал, очень осторожно и не спеша вдоль дороги по лесу.

По пути они аккуратно вынесли нескольких мотоциклистов и одну грузовую машину с пайками, слегка вооружились и досыта наелись, но затем неожиданно наткнулись на большую колонну немецких бензовозов с очень сильной охраной едущих в сторону фронта.

Как танкист, майор сразу понял, что это жу-жу неспроста. Там куда везут столько бензина, скорее всего находится очень прожорливые на топливо танки. Много танков. И без подвоза бензина эти танки встанут, не смогут продолжить наступление вглубь нашей страны.

Большую часть безоружных солдат майор отправил глубже в лес с наказом очень осторожно идти на восток, а сам с дюжиной вооруженных трофейным оружием бойцов атаковал немецкую колонну (еще дюжину безоружных красноармейцев он прихватил в качестве «вторых номеров», чтобы в случае гибели основного стрелка было кому поднять упавшее оружие).

В короткой яростной схватке они сумели поджечь два десятка бензовозов и уничтожить до 50 солдат противника (включая сгоревших шоферов), но, к сожалению, сами полегли все как один, стремясь уничтожить как можно больше вражеского топлива.

Зато благодаря их доблести целая танковая дивизия из-за нехватки горючего приостановила на сутки наступление, что позволило противостоящей ей нашей армии вовремя выйти из полуокружения на новые рубежи обороны, а не глупо и бесславно сгинуть в котле.

Я озадаченно почесал затылок. Схема, на которую я надеялся, чтобы хоть как-то повлиять на развитие событий, стала давать неожиданно ощутимые результаты.

Если освобождать небольшие группы пленных, как-то вооружать их и направлять по вражеским тылам с диверсионными целями и нормальным алгоритмом действий, то действительно можно будет развернуть партизанское движение намного раньше чем в реальной истории. Ведь насколько я помнил немцы всерьез страдали от действий партизан в 42–43 гг.

Я перекусил хлебом с салом из вещмешка, походил вдоль дороги в поисках хорошего укрытия (чтобы деревья обеспечивали и обзор и защиту от пуль) и стал ждать подходящую цель.

Несколько больших колонн грузовиков пришлось пропустить, как не чесались у меня руки пустить очередь в проезжающие грузовики с немецкими крестами.

Наконец, появилась вполне посильная для меня цель — одинокий немецкий мотоциклист.

Меткая короткая очередь, и он врезался в дерево, уже мертвый.

Я быстро выбежал на дорогу, затащил тело подальше в лес, отбуксировал туда же мотоцикл и стал богаче на винтовку и большой вещмешок доверху набитый сухпайками. Куда ехал запасливый немец, судя по документам, рядовой Ганс Либнехт, уже ведь и не спросишь.

Я с аппетитом погрыз солоноватых немецких галет, запил водой и стал ждать следующую добычу.

Две большие колонны прошлось пропустить, а вот одиночную Опель блитц с крытым тентом я решил тормознуть.

Меткая короткая очередь, и грузовик покатился в кювет.

Я радостно выскочил из засады, и неожиданно для себя опытным путем выяснил, что водитель ехал в машине не один, а вез в кузове целых десять камрадов из СС, вооруженных МР38 ми и гранатами.

Эпизод 7

12.00 24.06.41

Один из этих белокурых бестий шустро резанул по мне очередью, отправив на перерождение.

Я, бесплотный, воспарил над телом своего альтер эго, очень сильно сердясь от столь быстрой и бессмысленной потери жизни.

Поэтому когда Голос предложил мне альтернативу между немедленным возрождением и возможностью переждать, я, горя чувством мести, сразу же бросился в бой и скосил двух фрицев, вылезших из грузовика осматривать мой труп. К сожалению, этим все мои успехи и закончились, так как их камрады рассыпались вокруг и очень грамотно контролировали окружающую обстановку. Они заметили откуда я веду огонь и кинули сразу три противопехотных гранаты. Выжить здесь смог бы лишь какой-нибудь Терминатор.