Чтение онлайн

К сожалению, даже добравшись до заветных шахт, они не могут получить желаемое. Вместо ревущих в бессилии женщин и кричащих от страха детей десантников встречают пустые каменные коридоры, темные и молчаливые. Чуть глубже они сталкиваются с отрядами солдат Фабрики. Пробравшись через многочисленные ловушки и засады, арханги все еще находят не слабых горожан, а закаленных тяжелым трудом шахтеров. И шахтеры эти не встречают вторженцев с распростертыми объятиями. Наоборот, они оказывают ожесточенное сопротивление, словно на кону стоит их жизнь.

Частично так и есть. Фабрика начала эвакуацию с детей и женщин, за исключением женщин, состоящих на военной службе, а также спасателей, медиков и иных квалифицированных добровольцев. После первой волны эвакуации начали уже переправлять гражданских мужчин, начав с учителей, ученых, инженеров и высококвалифицированных рабочих. В шахтах под городом остались не успевшие эвакуироваться мужчины последней волны — либо неквалифицированные разнорабочие, либо городские бездельники. Причем, среди бездельников оказалось довольно много бывших солдат, уволенных с воинской службы во время чистки и не нашедших себе работы. Как бывшие солдаты, они все еще имеют право на государственные пайки, хотя и были дисквалифицированы. Не найдя себе занятия по душе, они решили прожигать жизнь бестолку, поэтому и были оставлены в последней волне эвакуации.

Помимо полумиллиона гражданских в шахтах собрали четыре миллиона обычных шахтеров, пленных разных фракций и преступников. Обычным шахтерам выдали немного пистолетов и винтовок, а также выделили отделение или взвод солдат для защиты и координации. Пленным и преступникам не так повезло. Те, у кого малые сроки получили кинжалы каждому и один пистолет на бригаду из десяти-двадцати разумных. Обычно, бригада шахтеров занимает какой-то конкретный штрек.

По умолчанию, выжившие и оставшиеся на своей позиции преступники получат уменьшение срока на четверть, но не менее трех месяцев. Но можно и еще уменьшить срок, убив архангов и сняв с них воинский жетон. Имеются награды индивидуальные, на бригаду и на смену. Смена — это от тридцати до пятидесяти бригад, занимающих часть ствола шахты с несколькими десятками штреков на несколько дней. В расщелине полно ресурсов, поэтому нет необходимости тесниться в две-три смены на одном и том же участке, но для безопасности и предотвращения побегов смены время от времени ротируют, меняя место работ и состав бригад внутри. В общем, наличие серьезных коллективных наград предполагает, что преступники не начнут междоусобицу ради жетонов. Кроме того, у большинства осужденных небольшие сроки — от нескольких месяцев до года, поэтому им достаточно просто тихонько посидеть в сторонке.

Каторжники, совершившие тяжкие преступления, отправлены на самый нижний ярус в хуже всего оборудованные шахты. Вместе с ними там много искаженных гоблинов. Хотя Фабрика активно использует различные механические устройства для повышения эффективности труда шахтеров, механические инструменты сильно отличаются от электрических. В особенности тем, что для их работы нужно сжигать топливо. И как ни подводи воздух к шахтам, в тесных туннелях противопоказано чрезмерное использование ДВС или паровых двигателей. Таким образом, глупых искаженных гоблинов начали использовать в шахтах в качестве тягловых животных. Только поумневшие гоблины могут работать шахтерами, но они — дефицитный ресурс, который нужен всем, от начальников шахт, до директоров коллективных или государственных фермерских хозяйств. Большинство поумневших искаженных гоблинов работают на фермах, а тех, работал в шахтах, уже эвакуировали, как ценный рабочий инструмент.

Таким образом, столкнувшись на первых уровнях с тяжелыми боями, арханги не стали терять на них много времени. Часть отрядов начала планомерно зачищать шахты от бойцов Фабрики, другие же устремляются на нижние ярусы. Сначала они ожидают, что пленные и преступники решат сдаться и перейти на сторону архангов. Хотя провизии на дирижаблях осталось немного, потери в личном составе эскадры также довольно велики, и им нужна свежая кровь. Вместе с тем, действительно сдаются только некоторые. Более того, большинство из сдавшихся просят вернуть их в собственную фракцию за выкуп, мало кто хочет стать солдатом архангов.

Возмущенные офицеры армады решают обращаться с неблагодарными жестче — бьют прикладами, раздают пинки ногами и отнимают продовольственные пайки. Тогда пленные поднимают бунт, зарезав или задушив конвоиров. Другие бригады и вовсе имели такой план с самого начала, и едва только у них получается приблизиться к архангам, заключенные решительно берут свои цели на ножи. Так как все это действо происходит в глубине шахт и штреков, первое время офицеры армады не замечают никаких проблем с пленниками. Только когда к ним один за другим начинают стекаться солдаты, сбежавшие от бунтовщиков или разобравшиеся с ними, командиры начинают понимать, что к чему.

Согласно новому приказу пленников обыскивают и заковывают в цепи сразу по нахождении. При недостатке времени или рабочей силы разрешен расстрел на месте. При любом сопротивлении расстрел уже рекомендуется. Заключенные также вскоре осознают, что дело приняло серьезный оборот. И даже те, кто ранее хотел сдаться или сбежать под шумок, теперь в одной лодке с обороняющимися. Шахты и штреки заливает кровью обеих сторон. Что прискорбно для архангов, так это то, что наиболее дерзкие и боеспособные бригады и смены сумели обзавестись оружием павших в первой волне, и теперь их не так-то просто выкурить. Пользуясь лучшим пониманием местности, заключенные даже с кинжалами в руках могут представлять угрозу для солдат армады. К тому же, заключенных почти в десять раз больше, чем архангов. Ранее многие из них хотели отсидеться в сторонке или сдаться, но теперь вынуждены бороться за свою жизнь. Когда один стрелок падает замертво, его оружие тут же подхватывает другой.

Вскоре приходят новые плохие вести. Нижние ярусы — последняя надежда армады на трофеи и пополнение припасов похожи на нижние круги Преисподней. Не стоит думать, что всякие убийцы, насильники и извращенцы — люди адекватные. Хотя среди них и есть хладнокровные хитрецы, подобные Ганнибалу Лектеру, у большинства есть те или иные проблемы с головой. Ранее их держали в узде надзиратели, но те сейчас сражаются с архангами на более высоких уровнях или собрались в ключевых оборонительных точках. Не проходит и несколько часов, как преступники начинают сводить счеты друг с другом, используя кирки и лопаты, кулаки и зубы.

Почуяв кровь, десятки тысяч искаженных гоблинов приходят в неистовство, равно, как и заключенные в других бригадах. Постепенно все приходит в хаос. Когда появляются солдаты архангов, то видят кровь на полу, на стенах и даже на потолке. Отрубленные конечности, выпущенные кишки, обезглавленные трупы. Им также приходится защищаться от обезумевших преступников и голодных гоблинов. Еще несколько часов спустя к пиршеству присоединяются различные твари из глубины расщелины, привлеченные запахом крови. Безумцы спереди и страшные твари сзади — солдатам, спустившимся на нижние ярусы, не позавидуешь.

— То есть, как это нет никаких припасов? — вскипает архиепископ, получивший доклад с поля боя. — Объяснитесь передо мной, либо Ваша голова слетит с плеч сейчас же.

— Отче, не вели казнить! — взмаливается офицер, упав на колени. — Мы поймали несколько пленников и смогли вытащить из них информацию. Хитрые фабриканты никогда и не думали защищать столицу до последнего. Они начали эвакуацию несколько месяцев назад. Последние запасы провизии они вывезли или сожгли прямо перед нашим прибытием.

— Ублюдки!… Приказываю! Всем солдатам отступить из шахт и заняться зачисткой подземных коммуникаций в городе. Армада поднимается в воздух! Мы будем преследовать врагов до конца!

Скоро сказка сказывается, да не скоро дело делается. Памятуя о том, что фабриканты очень хитры, и могут воспользоваться отсутствием у наземных сил поддержки сверху, капитаны дирижаблей не решаются сразу же отправиться дальше. К этому же, экипажу также нужен отдых. Самое проблемное — вытащить солдат из многочисленных ответвлений шахт. В результате, армада отправляется в путь только на следующий день. За этот день ВВС Фабрики накапливают партию боеприпасов, а пушечные бронепоезда встают на хорошие позиции. Как только армада начинает свой путь вдоль центральной железной дороги на условный север, воздушные бои вспыхивают вновь.