Чтение онлайн

Этот момент также смущает многих желающих взять Дружину под контроль, но другие фракции не согласны с тем, чтобы сделать счет частично или полностью закрытым, как это было во времена трех предыдущих воевод. Все видят, что Дружина в целом приносит прибыль, хотя и не слишком большую. Для крупных родов такая прибыль не имеет значения, но они более согласны недополучить 100 монет прибыли, чем позволить заработать другому роду на 1 монету больше, чем у них.

Покупая боевые машины для своих людей и для сдачи в аренду союзным фракциям, Барин Рок уменьшает влияние в Дружине неподконтрольных ему офицеров. Нападения эскадры маркиза Нортона на отдельные отряды, принадлежащие крупным родам, служит той же цели. С регулярными потерями офицеры таких отрядов вынуждены расходовать больше средств на ремонт, отчего им на карман падает меньше монет. Вместе с тем, это также хорошо. Как говорится, аппетит приходит во время еды. И чем больше средств коррупционер ворует, чем больше ему хочется в следующий раз. Раньше они сидели на голодном пайке, потому что Дружина не зарабатывала ни копейки, сидя на дотациях извне. Сейчас же доходы Дружины растут, и в коррупционерах проснулись спрятанные ранее амбиции.

У хитрого кролика три норы, поэтому барин Рок на треть средств покупает машины, которые затем сдает в аренду землянам, как это делает его предшественница. Он видел документы и знает всю подноготную, связанную с Дружиной. Поэтому он также знает, сколько машин Ле Бовина передала Республике Надежда, и сколько супер-монет она получает с аренды еженедельно. Добавить еще бонусы от сражений, которые земляне почти никогда не проигрывают, и конечная сумма выходит весьма солидная. Можно сказать, что это — пенсия Ле Бовины. Она сейчас может ничего не делать и жить припеваючи до конца своих дней. Барин Рок весьма завидует девушке, поэтому также открывает для себя запасный выход.

Караван лорда Кимпачи буквально тает на глазах в непрестанных сражениях с эскадрой маркиза Нортона. Земляне, караван Альянса и Дружина непрестанно атакуют эскадру герцога Форда. И все условно союзные силы постепенно увеличивают боевую мощь за счет трофеев и системных наград. Эскадра Форда держится вполне неплохо, будучи изначально крупной фракцией. Кроме того, герцог непрестанно отправляет в эскадру свежие силы.

Шесть воюющих фракций не останавливаются ни на один день во время борьбы. И спустя несколько недель блужданий разведчики землян находят отряд вирталов на пути движения каравана лорда Кимпачи. Караван лорда практически на последнем издыхании, и маленькое сердечко Кимпачи может не выдержать поражения от еще одного врага. Спецотряд землян наносит серьезный удар отряду ЦРР, но быстро отступает. Отряд разумных роботов пересекается с игроками Механоида в сильно ослабленном состоянии. Караван Кимпачи одерживает блестящую победу, что подкидывает несколько дров в топку боевого духа механоидцев. Начинается новый этап хаотичной межфракционной борьбы.

От бывшей столицы Фабрики до первого перевалочного пункта всего двадцать тысяч километров. Армада архангов может преодолеть это расстояние менее чем за полторы недели. Если бы это было в начале экспедиции, арханги в легкую бы пронеслись вдоль железной дороги. Но ослабленному и разделенному надвое воздушному флоту ЦА приходится превозмогать километр за километром. ВВС Фабрики действуют крайне агрессивно, не щадя ни врагов, ни себя. Пушечные бронепоезда также атакуют и днем, и ночью. Причем, атакован не только преследующий флот, но и оставшийся позади.

Если бы армада могла пополнить запасы в городе Надежда, проблем с дальнейшим продвижением бы не было. Но без достаточного количества боеприпасов, топлива и даже провизии атаковать не так-то просто. Всего через несколько дней архиепископ приходит к мнению, что армада будет обескровлена и надломлена, даже если сумеет пополнить запасы в течении недели. Он отдает приказ возвращаться. ВВС Фабрики все еще продолжает жужжать рядом, но накал борьбы резко падает. Не только потому что нет необходимости удерживать отступающего противника. В основном проблема в материальном обеспечении. Железная дорога разбита, а воздушного транспорта у Фабрики мало.

Армада без особых проблем возвращается в город Надежда, воссоединяется с оставленной позади частью флота, собирает наземные войска и устремляется в другой город Фабрики. Из-за недостаточно логистики фабриканты не могут обеспечить периферийному городу достаточно прикрытия. Поэтому арханги быстро его оккупируют. На счастье, город не слишком велик и с появлением дыры в земле стратегическое развитие Фабрики было решительно изменено. Население всех городов первоначального центрального района начало мигрировать на север небольшими группами, передвигаясь на автотранспорте, в том числе и личном. Особо боязливые даже отправились в путь пешком. Из ближайших к столице городов было эвакуировано большинство женщин и детей. Оставшиеся эвакуировались или спрятались прямо перед прибытием армады архангов.

Наконец, солдаты ЦА смогли пополнить припасы и схватить некоторое количество пленных. К сожалению для них, пленные эти, по большей части, мужчины. Но на безрыбье и рак — рыба. Пленным назначили различные работы, как-то: мытье палубы дирижаблей, перетаскивание тяжелых предметов, простой ремонт повреждений. Армада, воодушевленная первыми трофеями, отправляется в следующий город, где история повторяется. Вместе с тем, архиепископ знает, что все не так хорошо, как кажется. Да, они смогли получить в этих небольших городах топливо, воду и еду, а также немного материалов для ремонта дирижаблей, но нехватка боеприпасов остается прежней. И с каждой новой битвой снарядов не становится больше. В конце концов, он принимает трудное решение к полному отступлению и воссоединению с наземной армией, пока еще не слишком поздно.

Сяомао быстро раскусывает вражеский план и отдает приказ на организацию обороны в городах, через которые предположительно пролетит армада. Гражданское население эвакуируют, но пищу не уничтожают и воду не отравляют. Девушка решает дать выход противнику, иначе взбешенные арханги могут сделать что-нибудь неадекватное. После нескольких относительно вялых боев по защите городов, когда армада уже на полпути к наземной армии, две стороны обмениваются пленными. Хотя у армады больше пленных, девять десятых из них — это обычные гражданские. Даже много преступников, схваченных в шахтах. А все пленные в руках фабрикантов — элитные солдаты, даже много офицеров. Поэтому, конечно, обмен происходит в пользу Фабрики.

Часть разрушенных заводов в городе Надежда восстанавливают, шахты в расщелине снова начинают работать. В отличие от воронки города Спэс, здешние шахты оборудованы всем необходимым. Отказываться от них полностью — экономически нецелесообразно. После уничтожения забежавших на огонек тварей, а также очистки и дезинфекции шахт, часть из них фабриканты передают в аренду другим фракциям Механоида. То же самое происходит и с шахтами в других городах, а также с фермами. Собственные рабочие и население Фабрики перемещается ближе к промежуточному городу, а потом и к воронке.

Многие заводы за время сражений с армадой выходят на полную мощность на новом месте. Фабриканты также строят новые цеха и покупают новые станки. По мере того, как старые рабочие приходят в себя после переезда, промышленность Максовии выходит на новый уровень. Инженеры и техники один за другим восстанавливают захваченные дирижабли архангов. Гигантскую конвейерную линию после длительной отладки выводят на производство двух МБД в день. На следующий день после обмена пленными большой флот Фабрики поднимается в воздух, но летит это воздушное войско не к армаде ЦА, а в противоположную сторону. Пришло время дать по носу обнаглевшим демосам.

Большая и шумная толпа высших демосов, практически во всем похожих на людей, кроме немного более темного и (или) красного цвета кожи, а также дополнительных атрибутов в виде рогов, перепончатых крыльев, когтистых пальцев, острых зубов, хвоста или комбинаций этих атрибутов выходит из высокого здания в готическом стиле. Демосы заворачивают за угол и попадают в место, похожее на не очень ухоженный сад или задний двор. Толпа рассаживается на лавочках или качелях-скамейках, на табуретках или плетеных креслах, на камнях или шезлонгах. Не сговариваясь, они вытаскивают из карманов или поясных сумок сигары, сигареты, курительные трубки и самокрутки. Лишь у немногие курят табак, у большинства же ядреная смесь из различных трав.