Благословение (Озарение)
Шрифт:
– Вероятно, какой-то особенно настойчивый рекламодатель, - пробормотала она, вскрывая конверт.
Вынув из него какие-то бумаги, она поначалу не могла понять, что оказалось у нее перед глазами. Бумаги были похожи на фотокопии газетных статей. «Предприниматель заключает новую сделку», «Уилдинг скупает все», - прочла она некоторые заголовки.
– Уилдинг?
– вслух спросил она, а потом подумала о Дэвиде. Но что мог Дэвид сделать такого, чтобы о нем стали писать в газетах? Может быть, спас от смерти десятки людей? Но начиная с четвертой страницы ей стало попадаться имя «Джейсон».
Вернувшись с пакетом на кухню, она снова поставила чайник, чтобы, читая, выпить еще одну чашку. Но чайник оказался пустым, и она, выключив плитку, продолжила чтение.
Было четыре часа утра, когда Эйми все прочитала, и она не удивилась, когда, подняв голову, увидела в дверях Джейсона в одних только брюках от смокинга.
– Давай вернемся в постель, - соблазнительно позвал он, но Эйми не тронулась с места.
– Что случилось?
– не слишком то озабоченно спросил он.
– Ты, оказывается, очень богат, не так ли?
– тихо спросила она.
Направившись было к чайнику, Джейсон застыл на полдороге, глядя на разбросанные по стулу статьи. Это были факсы, значит, кто то запросил эту информацию, и она была передана в Абернети.
– Да, - подтвердил он, наполнив чайник водой и поставив его на плиту. Когда он повернулся к Эйми, выражение ее лица было таким, какого он никогда не видел.
– Послушай, Эйми, сегодня ночью… - начал Джейсон, но Эйми перебила его.
– Сегодняшняя ночь не имеет значения, как не имеет значения и секс, а вот ложь, которая приводит к сексу, - это действительно очень важно.
– Я вовсе не собирался лгать, - тихо возразил Джейсон.
– Это получилось совершенно неумышленно, но…
– Продолжай, - проговорила Эйми, - мне хочется послушать. Мне сказали, что ты «голубой», и это оказалось ложью, но я простила. Разумеется, я допускаю, простила потому, что была в этом заинтересована. Мне также сказали, что ты отчаянно нуждался в пристанище на рождественскую неделю, и это, похоже, тоже была ложь. А если говорить о том, что я только что прочла, то эта ложь была самой большой. И ты, несомненно, встречаешься с какой-то потрясающей на вид женщиной.
– Эйми… - Джейсон шагнул к ней, протянув руки, но она подняла ладони, чтобы он не приближался.
Джейсон выключил чайник и сел напротив Эйми.
– Ладно, я тебе лгал. Но когда говорил, что люблю тебя, это не было ложью, - глубоко вздохнув, сказал Джейсон.
– Теперь, полагаю, мне остается только упасть в твои объятия, и мы счастливо заживем.
– Именно это в конечном счете я и имею в виду, - криво усмехнулся Джейсон. Эйми, однако, было не до улыбок.
– Кто такая мисс Паркер?
– Моя секретарша.
– О, понимаю. И догадываюсь, что это она устроила гарнитур детской комнаты за двести пятьдесят долларов.
– Да, - подтвердил Джейсон, прожигая ее взглядом.
Но Эйми по-прежнему смотрела на статьи.
– А лотерея с платьем? И ее тоже организовала для тебя она?
– Да.
– Ну разумеется, ты же был занят. Санта Клаусу следовало бы поучиться у тебя, как надо работать.
– Послушай, Эйми, все началось с того, что я согласился помочь своему брату, и… Эйми вскинула голову.
– Брату? Дэвиду? Ну да, конечно. Как я глупа! Вы, наверное, вместе смеялись над нищей вдовой и ее полусиротой сыном?
– Нет, Эйми, верь мне, ничего подобного не было. Думаю, что тебе следует выслушать мои объяснения.
Она откинулась в кресле, скрестив на груди руки.
– Ладно, говори.
Джейсон заработал за свою жизнь большие деньги потому, что его не заботили последствия сделок. Если он выигрывал - хорошо, проигрывал - тоже «о'кей». Для него это была игра. Но теперь он был весьма озабочен результатом этого «совещания».
– Мой брат Дэвид думал, что влюблен в тебя. Я говорю «думал», потому что вчера вечером я разубедил его в этом. Тем более он сказал, что Макс «такой тиран, что…».
– Макс? Тиран?
– Я не знаю, каким был Макс до того, как я согласился на условия Дэвида…
– Условия? Так вы держали на меня пари?
– Эйми заговорила на полтона выше.
– Нет, вовсе нет, - возразил Джейсон, избегая глядеть ей в глаза.
– Пожалуйста, Эйми, позволь мне объяснить.
Она махнул рукой и снова откинулась на спинку кресла.
– Дэвид хотел, чтобы я, так сказать, понянчил Макса, чтобы дать ему возможность побыть с тобой наедине. Я бился об заклад, что я с этим не справлюсь. Только и всего. А потом сказал тебе, что я гомик, чтобы ты позволила мне остановиться в твоем доме. Все так просто…
– Понятно. А откуда взялись в этом фарсе детская и платье?
– Тебе нужны были эти вещи, вот я и устроил все это… - Джейсон внимательно посмотрел в глаза Эйми.
– Понимаю, - повторила она, но лицо ее оставалось жестким, а глаза холодными.
– Нет. Эйми, думаю, ничего ты не понимаешь. Я полюбил тебя.
– Разумеется. Об этом говорят все твои благодеяния. Как умилительно, должно быть, вручать подаяния бедняку.
– Все совсем не так. Ладно, пусть сначала так и было, но потом все изменилось. Я полюбил тебя и Макса.
– И что ты намерен делать с нами теперь?
Джейсон, казалось, был сбит с толку.
– Я хочу на тебе жениться.
– Разумеется, а не купил ли ты мне случайно кольцо с большим бриллиантом, а?
Уловив тон ее голоса, Джейсон хотел было солгать, но все в нем решительно воспротивилось этому.
– Да, - просто сказал он.
– С огромным бриллиантом.
– Это хорошо. Это годится. Полагаю, что ты уже и спланировал наше будущее?
Джейсон не ответил, а лишь смотрел на нее через стол, заваленный распечатками всего, что когда-либо о нем публиковалось. Мысли его метались в попытках высчитать того, кто мог прислать все это Эйми, но одно подозрение у него уже было. Он видел на балу сестру женщины, с которой когда то встречался и с которой дружески расстался через две недели. Потом, спустя несколько месяцев, она снова дала о себе знать, желая восстановить их отношения. Когда он отверг ее предложение, она разъярилась и поклялась, что разделается с ним. И вот теперь Джейсон подумал о том, не ее ли сестра, которую он заметил вчера вечером в другом конце зала, заказала эти ксерокопии, которые ей переслали по факсу, и сделала так, что Эйми получила их.