Благословение (Озарение)
Шрифт:
– Тебе нравится?
– спросил Джейсон, откусывая очередной кусок сандвича.
– Мне?
– спросила Дорин.
– Ну, разумеется! Ты же единственная, на ком я женюсь, не так ли? Если, конечно, ты не изменила своих намерений.
– При этом Джейсон подмигнул Эйми, которая все еще сидела с открытым ртом.
– Так нравится тебе этот дом или нет?
– Он великолепен, - прошептала Дорин с расширившимися глазами, похожими на гигантские булочки, принесенные Чарльзом на фарфоровом блюде.
– Не слишком ли он мал? Или велик? Может быть, тебе понравится что-нибудь более современное?
Дорин посмотрела на Эйми, словно ожидая ее совета. Эйми прочистила горло.
– Если этот дом в хорошем состоянии, то он лучше нового, - тихо проговорила она.
– Так, значит, берем, любовь моя?
– спросил Джейсон.
В свою очередь с трудом откашлялась и Дорин.
– Я… о… я, ax… - Она вдруг сильно сощурилась, словно приняла решение.
– Я беру его, - в восторге объявила она.
Джейсон тут же достал сотовый телефон и набрал номер риэлтера. Эйми и Дорин сидели молча, слушая, как он говорил, что хочет купить дом, фотография которого напечатана в сегодняшней газете.
Джейсон что-то выслушал и сказал:
– Нет, у меня нет времени его смотреть. Нет, стоимость для меня не имеет значения. Оформите все, пришлите мне бумаги, и я выдам чек.
– Он снова помолчал.
– Благодарю вас, - завершил он разговор и выключил телефон.
– Ты не можешь покупать дом таким вот образом, - заметила Эйми.
– Разумеется, могу. И даже только что купил. Ну а теперь за работу! Какого цвета, по вашему должны быть эти седла?
– Пурпурного, - ответила Эйми, не находя объяснения своему раздражению, но она была очень раздражена.
Через двадцать минут появился вспотевший мужчина с бумагами, касавшимися покупки дома, и сказал, что оформление права собственности займет некоторое время.
– Сейчас в этом доме кто-нибудь живет?
– спросил Джейсон.
– Нет…
– Долго им владели прежние хозяева?
– Четыре года. Дом перевезен из Калифорнии и…
– Тогда я не сомневаюсь в том, что все в порядке.
– Джейсон взял перо и бумагу, написал внизу какие-то цифры и вручил ее агенту.
– Что вы думаете об этой цифре?
– Позвольте мне позвонить, - извинился агент и через пять минут вернулся.
– Дом ваш, - объявил он, вынимая из кармана связку ключей.
– Думаю что теперь они должны быть у вас.
Джейсон вручил ключи Дорин.
– Итак, что тебе нужно еще?
Дорин прижала ключи к груди, и вид у нее был такой, будто она вот вот потеряет сознание.
Разумеется, пока все это происходило, никто не работал. А на лице Эйми даже появился намек на улыбку.
«Наконец- то я сделал хоть что-то, чтобы доставить ей удовольствие, -подумал Джейсон, - хотя это и обошлось мне в шестизначную цифру». И когда этот подарок вызвал у Эйми улыбку, Джейсон готов был купить Дорин весь штат Кентукки.
– Я ненавижу его, - сказала Эйми свекрови.
– Успокойся и расскажи мне еще раз все по порядку.
Было уже поздно, они сидели в библиотеке, и Макс спал на купленной Джейсоном для него кроватке, поставленной так, чтобы он мог спать, когда мать работает поздним вечером: Эйми зачищала песком фреску, изображавшую слона под золотой попоной.
Эйми глубоко вздохнула.
– Я здесь уже целую неделю, мы живем в одном доме, весь день работаем вместе, но он не обращает на меня никакого внимания. Ни при каких обстоятельствах.
– Я уверена в том, что он старается не торопить события. Вероятно, он…
– Нет, - захныкала Эйми.
– Я этому человеку не нравлюсь. Если бы вы знали, что я сделала в эти последние несколько дней!…
– Расскажите мне все.
– Милдред бросила взгляд на внука, так как ей показалось, что он проснулся.
– Я хочу знать все, что сказал тебе Джейсон.
– В том то и дело, что он ничего не говорит и не делает.
– Этот слон должен быть красным?
– Посмотрите, что он заставляет меня делать.
– Эйми схватила тряпку и принялась стирать то, что получилось плохо: поверх красного она нанесла серую краску, и слон получался очень темным. Чтобы успокоиться, Эйми несколько раз глубоко вздохнула.
– Я думала, что он хотел… Да, что он был… Вы говорили…
– Что он был влюблен в тебя и хотел на тебе жениться, - спокойно сказала Милдред.
– Хотел. И хочет. Держу пари на своего парикмахера, что это так.
Эйми рассмеялась.
– О'кей, стало быть, я слишком эмоциональна. Да, это именно так. Он мужчина хоть куда, а я… - Она взглянула на Макса, подозрительно плотно сжимавшего веки - Вы помните тот красный пеньюар в витрине к Самберса?
– Короткий, весь в кружевах?
– Да. Так вот, я его купила и подстроила все так, чтобы Джейсон меня в нем увидел. Я разыграла смущение, но с таким же успехом могла бы напялить свой старый банный халат, поскольку он этого даже не заметил.
Милдред подняла бровь.
– Что же он сделала?
– Да ровным счетом ничего. Выпил молока, пожелал мне спокойной ночи и отправился спать. Даже не очень то и смотрел в мою сторону Что ж, я ведь не Дорин. У нее такие формы, что…
– …Расползутся года за три, - пренебрежительно махнув рукой, закончила фразу Милдред.
– Не говорите ничего против Дорин!
– вспылила Эйми.
– Мне она нравится. И Макс ее обожает.
Милдред снова взглянула на ребенка, и ей показалось, что у него маленькая морщинка между бровей.
– Теперь скажи мне, что мой внук рисует в той комнате?
У Эйми округлились глаза.
– Понятия не имею, что там происходит, он не разрешает мне смотреть. Страшная тайна. Секрет от собственной матери! И не хочет спать дома, даже если с ним остается Дорин, потому что боится, что если я останусь в библиотеке одна, то обязательно суну свой нос в его рисунки.
– А ты бы так и сделала?
– Конечно, - ответила Эйми.
– Я его родила, так почему же я не должна видеть того, что он рисует? Это не может быть хуже того, что я видела в его пеленках после того, как он чем-то объедался.