Чтение онлайн

— Что я наделала? Зачем? Зачем оно мне здесь? — Вышла из машины. На востоке всходило солнце. Розовая полоска у горизонта становилась вся ярче, небо вокруг наполнялось нежно — розовым перламутром. Словно огромная раковина, переливалось всеми оттенками. Алая жемчужина солнца выкатилась неожиданно, засияла. Замерцал золотой песок, голубое небо вспыхнуло лазурью. Такой красоты Лера не видела никогда. Она замерла в немом восторге.

— Господи! Красота, какая!

— Это правда! Красота божественная.

— Ты? Ты видел это?

— Я стараюсь не пропускать рассвет. Ничего красивее не видел никогда. Знаешь, когда говорят, что всё это возникло ниоткуда, просто случайно — становится смешно. Хотя, нет — грустно. Кто-то сказал:

— Мне жалко атеиста. Он видит восход солнца и ему некому сказать «спасибо» за эту красоту.

— Если Бог есть — почему в мире столько несправедливости?

— Несправедливость — это наша продукция. Мы её производим. Целые фабрики, производящие несправедливость. Господь тут не причём.

— Как не причём?

— Так. Он создал человека свободным. То, как мы распоряжаемся свободой — наше дело. Если бы мы были муравьями, бежали бы друг за дружкой по стволу дерева — не рассуждали бы о несправедливости.

— Но ведь Бог всё видит. Он же может как-то влиять?

— Только если ты этого захочешь. Тогда да. Выбор всегда за человеком. Когда совсем плохо. Конечно. Бывают болезни. Несчастья. Тогда человек приближается к Богу гораздо быстрее. На войне нет атеистов. И в хосписах нет.

— Наука движется вперед. Изобретают лекарства. Воюют роботы. Сила человеческой мысли огромна.

— О чем ты? Каждый ученый, мало-мальски шагнувший вперед, замирает перед величием неизведанного, И понимает, Кто за этим стоит. Среди великих учёных тоже не было атеистов. Иначе, они просто сошли бы с ума. Это так. Нет объяснений. И не будет. За всем стоит Бог.

— И, тем не менее, человек двигает цивилизацию

— Пластиковый стол? Да, ещё пластиковый гамбургер на столе. Вот она — цивилизация. Без Бога — это наша гибель.

— О чём ты? Вспомни средние века, чума сметала целые города. Кто за этим стоял? Умирали все — и грешники и безгрешные.

— Инквизиция — страшная чума. Под прикрытием веры творилось зло. Вспомним древние города — Содом и Гоморру. Умирали все. Только что за этим стояло? Беспредел это называется. Бес-предел. Кстати, ты замечала, что наличие приставки так-называемой «бес» многое объясняет? И где она появляется, там чаще все плохо? Есть, конечно, исключения, но чаще — так.

— Нет. Не думала никогда.

— А ты подумай.

— Ну?

— Право?

— Бесправие?

— Покой?

— Беспокойство?

— Полезный?

— Бесполезный?

— За этой приставкой стоит разруха.

— Возможно. Но интеллект, разум. Ты его отвергаешь?

— Интеллект, разум плохой советчик. Как-то Наполеон спросил у математика: — Почему в вашей толстой книге с формулами нет ни одного упоминания о Боге?

— Я в этой гипотезе не нуждался. — Он обходился лишь уравнениями. А, обходясь лишь уравнениями, человек поворачивает реки. А потом споры, симпозиумы: куда надо было поворачивать лучше. Потом крики оппонентов. И все это без конца. Напоминает строительство Вавилонской башни.

— Слушай, давай завтракать. Я устала от этих разговоров. Философские дебаты стимулируют у меня жуткий аппетит. Что тебе представить?

— Слушай, я вообще обходился без завтрака.

— Всё изменилось, как ты понял. Можно, я приготовлю сама?

— Отлично, а я решил соорудить нам маленький пруд. Когда-то в детстве я ловил там карасей. Если ты вытащила из памяти душевую кабинку, почему бы и мне не рискнуть?

— Может, хватит водоёмов? Тем более, мы в пустыне. Он же высохнет через три дня. Вытащи что-нибудь более практичное. Домик, пусть старенький.

— Слушай, старуха, тебе это ничего не напоминает?

— Предлагаешь начать с корыта?

— Именно. Сказал — пруд, значит пруд. Готовь свой завтрак.

Лера открыла Ламборджини, достала свой любимый журнал. На последних страницах, в рецептах мира, нашла экзотический рецепт свежей спаржи с воздушным голландским соусом. Дорого, наверное, но уж очень хотелось произвести впечатление. Внимательно прочитала рецепт, рассмотрела картинку и представила две тарелки. Всё получилось так, как на картинке. Добавила хлеб, две чашки кофе, тосты.

— Марк!

— Это что?

Завтрак.

Лера, я это есть не буду. Только кофе. Я ведь попросил

— Марк! Я старалась. Попробуй, пожалуйста.

— Что за трава под майонезом?

— Спаржа, воздушный голландский соус. — Проговорила, чуть не плача.

— Я это не буду. Всё. И на будущее. Прекрати роскошествовать. Впрочем, это твое дело. Хочешь зависнуть тут на год — пожалуйста. Но учти, через полтора месяца меня тут не будет.

— Ты сам говорил, что еда стоит ровно столько, сколько мы её едим. Давай быстренько прожуем — и все дела.

— Не собираюсь жевать всякую голландскую гадость, да еще воздушную. Откуда ты это выцепила? — Увидел журнал на сиденье. — Я, кажется, понял. Вот он, источник всех благ, глянец. Я должен тебе гламурно улыбнуться, прожевать эту траву и сказать:

— Спасибо, дорогая. Нет! Нет и нет! Забудь. Не надо обустраивать мой быт. Мне хорошо, то есть плохо здесь без всяких излишеств. Я буду просто ждать. И всё.

— Делай что хочешь, жалкий эгоист! Выдернул меня из моей жизни, а теперь я ещё и виновата.

— Ты сама выдернулась. Кроме всего, ты отлично знаешь, как отсюда выбираться. К чему эти ресторанные изыски? Трудно было сосиски представить? И кетчупа бутылку?

— Ужас! Сосиски! Сам кричал про пластик. Если уж на то пошло, философ, моя спаржа гораздо полезнее твоих искусственных сосисок!

— Всё! Я не собираюсь с тобой ссориться. Спасибо за завтрак. Приятного аппетита. — Марк развернулся и ушёл в палатку.

— Ну, и пожалуйста. А я поем. — Лера села за столик и приступила к еде. Спаржа была отвратительной. То ли она не представила какой-то компонент, то ли голландская кухня не вписывалась в пейзаж пустыни, то ли Марк испортил ей настроение окончательно — она свернула содержимое тарелок в пакет для мусора, выпила кофе. Делать было нечего. Она стала рассматривать журнал. Мысль представить что-нибудь из гардероба показалась не такой уж и глупой. Нашла летние шортики, несколько маек, стильные сандалии, пару купальников, легко представила — и вот, пожалуйста, в отличие от спаржи, всё получилось просто чудесно. Тут же нашла шампунь для волос, гель для душа, пару полотенец. Сложила все аккуратно и решила принять душ и переодеться. Разделась и нырнула в душевую кабинку. Открыла кран. Но воды не было.