Чтение онлайн

— Как думаешь, — нагнала меня Ярослава, — что будет дальше?

— Война, — коротко ответил ей я.

Рыжая улыбнулась и покачала головой, отчего её локоны растрепались.

— Я серьёзно, — невозмутимо сказал я. — Я не прорицатель, но большая армия не могла перейти горы так быстро. Это значит, что были замечены передовые отряды.

— Думаешь, орден справится? — спросил Иван.

— В текущем состоянии… — я сделал паузу и задумался, — нет.

— Мы же ратники, — как-то по-детски отреагировал Иван.

— И что? — усмехнулся я. — Думаешь, у князей недостаточно вольных ратников или магов?

— Должна прийти помощь из столицы, — влез в разговор Соловьёв.

Я только пожал плечами.

— Ну, раз должна, то придёт.

Мы подошли к казармам.

— На сегодня, похоже, всё, — проговорил я. — Расходимся.

Иван с Соловьёвым молча побрели к казармам. Ярослава же направилась куда-то в сторону. У меня же остались невыполненные дела. Я прошвырнулся по цитадели, используя аурное зрение, прошёл мимо столовой, заглянул в мастерские. И только потом увидел два маяка: неукротимое сияние золотой ауры и знакомый стальной отсвет серой.

Олаф с Алёной не были в казарме или у конюшни. Они ждали меня на дальней тренировочной площадке.

Я подошёл ближе. Олаф стоял, прислонившись к столбу, его единственная рука была в кармане. Алёна сидела на перевёрнутой бочке. Её обычно отстранённый взгляд внимательно следил за моим каждым движением. Они не сбежали, а ожидали меня.

Я остановился в паре шагов от них. Вокруг не было ни Подмастерьев, ни инструкторов. Сейчас ни у кого не было времени на тренировки.

Я молча смотрел на Олафа и не спешил говорить. Так и продолжалось какое-то время, пока однорукий не нарушил тишину. Олаф тяжело вздохнул. Он смотрел не на меня, а куда-то в сторону, в темноту начинающейся ночи.

— Кошмары перекрывали дорогу, — глухо проговорил он. — Да что там, все дороги на Восток. Поэтому мне нужно было их уничтожить.

— Когда на конвой напали наёмники, — вспомнил события нашей встречи я, — они пытались освободить тебя?

Олаф не ответил, только неопределённо качнул головой.

— Ладно, — спокойно проговорил я. — Это дела давно минувших дней. Ты мне лучше скажи, зачем про ауру мою растрепался.

Олаф хмыкнул, и на его лице появилась слабая улыбка.

— Ты не понимаешь. Я ничего не говорил ей. Она узнала сама.

— Допустим, — протянул я.

— Это всё неважно, — вдруг выдохнул Олаф, и в его голосе прозвучала усталость. — Мы собирались двинуться на Восток. А теперь поздно. Кто же знал, что, выиграв сражения, мы проиграем войну.

— Война только началась, — холодно отрезал я, — и я проигрывать не собираюсь.

Алёна неожиданно улыбнулась, а затем я услышал звонкий девичий смех.

— Вот вы, чёрные… — Алёна вытерла слёзы в уголках глаз, — всегда такие.

— Покажи ему, — неожиданно произнёс Олаф.

Алёна перестала улыбаться и посерьёзнела.

— Ты уверен?

— Да, — Олаф нахмурился и вздохнул — Он тоже имеет право знать.

Я молча слушал их разговор. Олаф прикрыл глаза, и его аура медленно растеклась вокруг, а затем вспыхнула Пеленой, искажающей мир за ней.

Алёна вздохнула и размяла шею и плечи.

— Ты и вправду имеешь право знать, — прошептала она.

В этот момент что-то изменилось. Словно невидимая маска начала таять. Её черты лица, и так казавшиеся мне миловидными, вдруг заострились, проступив сквозь пелену иллюзии. Контуры скул, разрез глаз, линии губ — всё стало иным.

Алёна поднялась с бочки. Её движения наполнились внезапной, врождённой грацией. Она провела пальцами по лицу, и иллюзия окончательно рассеялась.

Тёмные волосы налились серебром и заструились по плечам тяжёлыми, сияющими прядями. Её глаза вспыхнули чистым, ярким золотом. Даже без применения ауры, это был их настоящий цвет. В них читалась печаль и непоколебимая воля, присущая тем, кто с рождения должен был властвовать.

Я вдруг понял, что уже видел её. И, кажется, не раз.

— Сбежавшая невеста князя… — сказал я, вспоминая портрет красавицы на пергаменте.

— Нет, — голос девушки стал ниже и мелодичнее. — Это была лишь удобная ложь, чтобы отыскать меня. Я не имею никакого отношения к князю.

Её золотые глаза встретились с моими.

— Меня зовут Луна Романова. И я внебрачная дочь Императора.

— Ну и что? — спокойно произнёс я.

Я внимательно наблюдал за Луной. Её пальцы слегка сжали полы плаща. Она похоже была готова ко всему: к удивлению, гневу, потоку вопросов, обвинениям, но не к ледяному спокойствию.

Эффект от моих слов был мгновенным. Луна дрогнула, на её лице было полное, оглушительное недоумение. Её глаза расширились. Олаф откашлялся, сбитый с толку.

— Ты… ты понимаешь, что только что сказал? — голос однорукого был хриплым от напряжения. — Перед тобой не просто дворянка, Тим. Это…

— Я не глухой, — перебил его я, но мой взгляд всё ещё был прикован к Луне. — Её слова значат, что у меня в отряде есть ратница с золотой аурой, за которой охотятся и мятежные князья, и, с большой вероятностью, отряды её дорогого папаши.

Я сделал небольшую паузу, давая моим словам осесть в головах однорукого и принцессы.

— Спасибо, что сказала. Теперь я, по крайней мере, знаю, чего ожидать.

Мои слова оказались ушатом холодной воды как для Олафа, так и для принцессы.

— Ваши игры не имеют значения, — мой голос стал жёстким и не допускающим возражений. — Хотели сбежать на Восток? Так он сам пришёл к вам. Нас ждёт война. И всё, что было уготовано вам на той стороне Уральских гор — это плен и смерть. Без ордена вас сожрут либо мятежники, либо те же императорские ищейки, которые почуют золотой след.

Я шагнул ближе. В глазах Луны промелькнула растерянность, а Олаф напрягся.

— Я не собираюсь нарушать наш уговор, — продолжил говорить я. — Оставьте себе свои секреты. Вот только у тебя, однорукий, раз уж ты проболтался, будет новый счёт.

— Что ты собираешься делать? — спросил меня Олаф.

— Воевать, — совершенно серьёзно ответил я и улыбнулся. — И побеждать.

Луна с Олафом переглянулись.

— А теперь вопрос интереснее, — холодно произнёс я. — Что будете делать вы?