Чтение онлайн

— Послушайте, Анатолій Алексичъ, вы мн надоли, сказала Ольга;- je n'aime pas ce ton! примолвила она такъ какъ въ ея воображеніи должна была бы сказать это на ея мст „она, эта петербургская царица“. Вы скажите лучше: знаете ли вы графа Анисьева?

— Жоржа?

— Да, кажется, его Жоржемъ зовутъ.

— Онъ мой другъ! возгласилъ безбородый студентъ, — А вы къ чему спросили, убійственноокая Розалинда?

— Я съ нимъ познакомилась.

— Гд?

— Здсь.

— Какъ здсь? вскрикнулъ онъ.

— Да, онъ вчера пріхалъ. И смышленая особа лукаво воззрилась на юношу. Она изъ прошлогоднихъ откровенностей ей Женни очень хорошо понимала что пріздъ теперь Анисьева въ Сицкое „ножъ вострый“ для Карнауховыхъ, которыхъ она въ душ терпть не могла, и ликовала про себя.

Толя вытянулъ длинное лицо, просунувъ даже между губъ кончикъ своего языка, и повелъ глазами въ сторону гд сидла его мать. Она, ничего, видимо, еще не зная объ Анисьев, расточала свои любезности и, очевидно, насчетъ ея дочери, хозяйк дома, подл которой услась она. Женни, бывшая тутъ же въ гостинной, степенно разговаривала со старичкомъ, армейскимъ генераломъ, бригада котораго расположена была въ окрестностяхъ Сицкаго.

— А гд же онъ скрывается, коварный мой, но сердцу милый другъ? обратился студентъ къ барышн, уже успвъ наладить себя на прежній шутовскій пошибъ.

— Не знаю. Онъ завтракалъ съ нами, потомъ изчезъ. Я сама удивляюсь….

— Позвольте же мн, о Розалинда безумной мечты, направить къ нему крылья воздружества и подошвы нетерпнія!

— Ахъ, сдлайте милость! Ступайте, ступайте и приводите его скорй сюда!

Онъ прошелъ мимо сестры, кинулъ ей многозначительный взглядъ, на что она, понявъ, отвчала ему движеніемъ губъ: „что мн молъ длать,“ и вышелъ незамченный изъ комнаты.

— Et vous n'^etes pas heureuse, vous savez? неожиданно для Лины сказалось у петербургской гостьи посл четверти часа бесды, въ продолженіе которой она, не отводя внимательнаго взора отъ двушки, изучала каждую черту ея лица. — Я васъ не спрашиваю что, какъ, почему, поспшила она прибавить, — но счастливые такъ не смотрятъ, je m'y connais.

— Счастіе — призракъ, говорятъ, отвчала нсколько смущенно улыбаясь, но вся уже обвороженная своею собесдницей, Лина.

— Я знаю что я его часто принималась искать и никогда не находила… Но оно есть же гд-нибудь! усмхнулась и графиня; — и если только справедливость существуетъ на этой земл, оно должно сыскать васъ… Послушайте, я надюсь, мы будемъ теперь часто видаться; общайте мн, еслибъ я вамъ когда-нибудь могла пригодиться…. Но нтъ, прервала себя она вдругъ, — вы не изъ тхъ которымъ нуженъ чужой совтъ: вы въ себ самой каждый разъ найдете… А знаете, какъ вы похожи на вашего отца! вскликнула прелестная женщина, не договоривъ: — я его знала когда мн были ваши теперешніе годы, и онъ, я помню, оставилъ глубокое впечатлніе въ моей молодой душ… Вы любили его?

— Я вся до сихъ поръ еще полна имъ! вылилось у Лины въ отвтъ. — И теперь приношу памяти его въ жертву счастіе всей моей жизни! невдомо, быть-можетъ, для нея самой сказалось въ ея отуманившемся взгляд.

Графиня не успла отвтить.

— Ah, notre cher comte! раздалось на всю гостиную ликующее восклицаніе Аглаи Константиновны;- мн не нужно, конечно, представлять его вамъ, графиня? молвила она гость, указывая на входившаго въ сопровожденіи Толи флигель-адъютанта.

Это былъ настоящій coup de th'e^atre. Княгиня Додо чуть не откинулась навзничь. Князь Лоло какъ стоялъ такъ и замеръ. Какъ это не рдко бываетъ въ свт, почтенные супруги, безо всякихъ основательныхъ причинъ, возводя свое горячее желаніе на степень чего-то положительнаго и несомнннаго, убждены были что Анисьевъ давно занятъ ихъ Женни, и рано или поздно долженъ жениться на ней. Анисьевъ, какъ ни былъ онъ тонокъ и прозорливъ, не догадывался объ этомъ, въ самонадежномъ убжденіи что Карнауховымъ изъ голову не можетъ придти разчитывать для дочери-безприданницы на такую звзду первой величины какою онъ почиталъ себя, и, не остерегаясь, держалъ себя на пріятельской ног съ «добрымъ малымъ» Женни которая забавляла его своимъ «московскимъ laisser-aller».

Утренній разговоръ съ нею за завтракомъ, и этотъ тотчасъ же имъ замченный переполохъ ея родителей при его появленіи поставили предъ нимъ положеніе въ совершенно ясномъ свт. Онъ внутренно весь обозлился….

— Нужна была еще эта дурацкая компликація! пропустилъ онъ себ сквозь зубы, и, дружески по пути кивнувъ князю Лоло, также дружески, но съ оттнкомъ почтительности должной женщин и сожалнія къ извстному mal de dos, склоняясь головой издали по адресу княгини Карнауховой, Анисьевъ, не моргнувъ на убійственный взглядъ полученный имъ отъ нея въ отвтъ, прошелъ, свтелъ и улыбаясь, прямо къ креслу графини:

— Adorable comtesse, выговорилъ онъ громко, нагибаясь и цлуя ей руку, — еслибы милосердые боги общали мн въ эту минуту безсмертіе, я бы, конечно, такъ не обрадовался какъ встрчая васъ столь неожиданно здсь!

— Je le veux bien, засмялась она, — что бы вы съ нимъ сдлали, съ вашимъ безсмертіемъ?

— Я бы употребилъ его на сооруженіе храмовъ, гд бы курились вамъ иміамы de fleurs d'Italie до скончанія вковъ

— Какая гадость! вскликнула графиня, un encen'e de coifteur?

— Il est charmant ce jeune homme, n'est ce pas? Et tant d'esprit! уже вся расплываясь въ блаженств, томно заворочала круглыми глазами Аглая Константиновна, обращаясь къ сосдк въ невинности души своей.

Еслибъ еще хоть нсколько минуточекъ, и злополучная Додо успла бы можетъ-быть совладть со своимъ «trop de coeur… Но теперь, теперь… Нтъ, это было свыше силъ ея!

— Charmant! повторила она шипя; — жаль только что у него триста тысячъ долгу! пустила она какъ стрлу въ сердце врага.

— Tant que `ea! громко вскрикнула огорошенная на первыхъ порахъ Аглая… — «Elle ment! Она сама хочетъ выдать за него свою дочь,» оснило ее какъ откровеніемъ тотчасъ же вслдъ за этимъ. И Аглая внезапно почувствовала себя глубоко оскорбленною: — конечно, c'est beaucoup trois cent mille de dettes, избгая глядть на обидчицу и надменно приподымая губы, заговорила она, — si le comte вздумалъ бы взять pour femme fille fille qui n'а rien… Но онъ всегда можетъ разчитывать что богатые родители…

Додо не дала ей кончить:

— Есть богатства, княгиня, отъ крпкаго духа которыхъ, отчеканила ей она, — долженъ отвернуться человкъ, s'il а seulement des nerfs tant soit peu d'elicats!

Бывшая посланница этого не ожидала. «Chez moi!..» И въ эту минуту, когда сама «la comtesse Tatiana Vorotintzef-Dariine….» Вся багровая, растерянная, какъ безпомощная птица подъ неотразимымъ вліяніемъ зминаго взгляда, она повернула голову къ своей злодйк….

Но змя выпустила свой ядъ и съ дрожащими еще отъ волненія побды ноздрями, забывъ свой mal de dos, бодрыми и быстрыми шагами направлялась теперь къ столу, за которымъ дочь ея занимала разговоромъ стараго и нсколько глухаго бригаднаго генерала.

— Какъ ваше здоровье? вызывая любезную улыбку на уста и возвышая голосъ, обратилась къ нему Додо. И тутъ же:- что, дождалась! шепотомъ отпустила она Женни.

Скромный генералъ привсталъ и сталъ кланяться.

— Что супруга ваша, Марья Никтополіоновна? И воззрясь опять ястребомъ на дочь: — je suis morte, а ты — pas plus de coeur qu'un marbre!

— Все печенью жалуется! вздохнулъ генералъ.

— Вы бы ей Маріенбадъ посовтовали; мн долго помогало… — Я должна была высказать все ce que j'ai sur le coeur этой дурищ скверной, — а ты…