Чтение онлайн

— Дураки!.. какъ ребенокъ уже хохоталъ графъ. Толстый Елпидифоръ, дйствительно, въ числ другихъ своихъ талантовъ, воспроизводилъ Хохловъ неподражаемо.

— Вотъ-съ, ваше сіятельство, продолжалъ онъ, — и пошли они оба къ судь чтобъ онъ ихъ разсудилъ. Пришли, поклонились, разказали. — Добре, говоритъ судья; клади кажный на столъ по карбованцю. Вытащили они по рублю, положили. — А ну-те-ка, каже, теперича почеломкайтеся! (это поихнему «поцлуйтесь» значитъ, ваше сіятельство.) Почеломкались. — Ну, каже, а теперичка идыть соби до дому! Поглядли Хохлы на него, другъ на друга поглядли, въ затылк себ почесали:- А бильше, кажутъ, ничого и не буде, панъ судія? — А чого жъ, говоритъ, вамъ бильше! Сами видли: ни тоби, а и ни тоби куковала зозуля, — мини она куковала! Взялъ онъ карбованцы со стола — и положилъ себ въ карманъ

— «Ни тоби,» «ни мини!» повторялъ графъ сквозь громкій смхъ, — потому все судь пошло. Хорошо разказываетъ! подмигнулъ онъ снова нашей барышн. И тутъ же, заложивъ большой палецъ за пуговицу сюртука:

— А что тебя губернское правленіе милуетъ? спросилъ онъ исправника офиціально шутливымъ тономъ.

Толстый Елпидифоръ игралъ уже на немъ какъ по струнамъ:

— Эхъ, ваше сіятельство, вотъ ужь у насъ гд оно сидитъ, губернское правленіе! Онъ похлопалъ себя рукой по затылку;- не смю только утруждать…

— Ничего! Пойдемъ ко мн! Я теперь свободенъ! Ты хорошо разказываешь!.. Шалунья, до свиданія! обернулся подымаясь старикъ къ Ольг.

Она поднялась за нимъ, и словно възжая своими забирающими глазами въ его китайскіе глаза:

— Я васъ обожаю, графъ! прошептала она ему.

— Шш, при отц! Что подумаетъ! погрозилъ онъ ей лукаво пальцемъ на прощанье, и ушелъ съ Елпидифоромъ, довольный какъ мдный грошъ.

Ольга поглядла ему вслдъ:

— А за это ты мн папашу-полицеймейстеромъ въ Москву! ршила она мысленно. Она была сила:- въ этомъ она уже не сомнвалась теперь…

Не усплъ отойти графъ какъ къ ней подошелъ Анисьевъ.

— Позвольте возобновить сегодняшнее нечаянное знакомство, сказалъ онъ, садясь на кресло подл ея дивана.

Гостиная уже опустла; сама хозяйка ушла въ свой ситцевый кабинетъ, упросивъ Зяблина придти туда пить съ нею чай, «comme d'habitude» — она чувствовала себя очень деморализованною посл схватки своей съ зубатою княгиней Карнауховой, и внезапная холодность «бриганта, этого «vrai ami,» которому она собиралась теперь «confier toutes ses peines,» — холодность которую она въ простодушіи своемъ никакъ себ объяснить не могла, — была для нея очень чувствительна. «Намъ надо объясниться!» объявила она ему, на что Зяблинъ въ отвтъ мрачно опустилъ голову, уныло проговорилъ: «вы желаете повернуть кинжалъ въ ран? Извольте, я готовъ!» и отправился вслдъ за нею….

— Вы совсмъ околдовали нашего почтеннаго старца, говорилъ Ольг блестящій Петербуржецъ потягивая во всю ихъ длину свои прекрасные усы, и глядя на нее съ улыбкой изподлобья.

— Я его очень люблю! съ нкоторою уже величественностью отвчала по-французски барышня. Она старалась какъ можно ближе примниться къ пріемамъ, къ тону рчи «петербургской царицы.» — И къ тому онъ такой смшной, правда? примолвила она уже со всмъ по-уздному.

— Я его очень уважаю! сказалъ сдержанно флигель-адъютантъ.

— О, разумется, — и я!.. Успли вы приглядться здсь? спросила она его вдругъ.

— Къ чему?

Ольга лукаво улыбнулась:

— Къ тому что можетъ васъ здсь интересовать…

— Приглядываюсь, протянулъ Анисьевъ съ легкимъ наклоненіемъ головы и любезнымъ взглядомъ въ ея сторону.

Она совсмъ уже позабыла про величественность…

— Разказывайте это другимъ! расхохоталась она на всю гостинную;- я, надо вамъ сказать, умна!..

— И потому что вы умны, вы думаете что я не могу…

Онъ не договорилъ, остановленный выраженіемъ ея пристально остановившихся на немъ глазъ.

— Только не въ эту минуту! быстро промолвила она.

Анисьевъ опустилъ на мигъ вки — и принимаясь улыбаться опять:

— Вы не только умны, началъ онъ, — вы, говорятъ, всевдущи и всемогущи.

— А кто это «говорятъ?»

— Слухами земля полнится…

— А слухи — съ языка Женни Карнауховой?

— Помилуйте, я никого не называю! почти испуганно вскликнулъ полковникъ.

— И не нужно! съ новымъ смхомъ возразила барышня;- вы сами говорите что я всевдущая… Всемогущая — нтъ, далеко нтъ! вздохнула, — но… но совтъ, договорила она посл минутнаго перерыва, — всегда могу дать… и хорошій…

Брови Анисьева сдвинулись, онъ недоврчиво поднялъ на нее глаза.

— Напримръ? проронилъ онъ.

Она какъ бы на мигъ заколебалась…

— Сказать?

— Прошу!

— И… и не разсердитесь?

— Смю ли? проговорилъ онъ учтиво.

— А если скажу, — послушаетесь?

— Смотря по тому уклончиво сказалъ онъ.

Ольга Елпидифоровна окинула кругомъ себя бглымъ взглядомъ, наклонилась къ нему, и прошептала:

— Здсь вы ничего не сдлаете!..

Анисьевъ не ожидалъ этого такъ прямо, такъ ршительно… «За кого она?» пронесся у него въ голов вопросъ…

Она будто тотчасъ же сообразила говорившее въ немъ сомнніе:

— Надо чтобъ он въ Петербургъ перехали, поспшила она досказать… — Но какъ это сдлать?…

— Въ Петербургъ? повторилъ безотчетно Анисьевъ, пристально глядя ей въ лицо.

— Ахъ, Боже мой, воскликнула она, — вы, можетъ-быть думаете что я нарочно… Ну, какъ же это васъ уврить!.. Поврьте хоть тому что сама я такъ и рвусь въ Петербургъ!

— А! А разв и вы?…

— Да, меня беретъ княгиня…

— Вы очень дружны… съ княжной… Еленой Михайловной? съ разстановкой вымолвилъ флигель-адъютантъ.

— Д-да, съ такою же разстановкой отвчала барышня, — дружна… Настолько, по крайней мр….

— Чтобы… подговорилъ онъ.

— Насколько это будетъ для васъ нужно! заключила она съ нсколько насилованнымъ на этотъ разъ смхомъ.

Онъ замолкъ, погруженный въ размышленіе, и все продолжая избока глядть на нее…

— Такъ вы полагаете — въ Петербургъ? сказалъ онъ черезъ мигъ подымая голову и съ прояснившимся взглядомъ.

— Непремнно! сказала барышня.

— Потому что?… онъ ждалъ отвта.

— Потому что тамъ не будетъ

— Господина Гундурова? спокойно договорилъ онъ за нее.

— Вы знаете?

Онъ утвердительно повелъ головою.

Ольга всплеснула руками:

— Ахъ, какъ пріятно когда человкъ съ которымъ имешь дло такой умный!..

— Не трудно, сказалъ онъ съ легкимъ поклономъ и почти презрительною усмшкой:- это кажется, le secret de la com'edie…

— А теперь будьте еще умне, вскликнула барышня, — устройте такъ чтобы мы ухали въ Петербургъ!

Она въ пылу интереснаго для нея разговора присаживалась все ближе и ближе къ нему; ея круглое полное плеча почти касалось молодаго человка.