Чтение онлайн

Избавляясь от содержимого последней склянки, я заметила, что с крыльца за мной хмуро наблюдал Мурат.

Только вернувшись домой и выговорившись сестренке (Я тут собралась обзванивать морги, а он там пьет, представляешь?!), я запоздало испугалась. Злость отступила, позволяя осознать, что разговора с Муратом так и не состоялось. И не был ли сегодняшний приезд к нему ошибкой? Как и запросы, которые прямо сейчас совершала БэС? Вдруг мои дни теперь сочтены? И кому тогда передать накопленную информацию?

Пал Дмитриевич и так засветился во всем этом, страшно давать ему еще и эту информацию. А у него ведь семья, любимая внучка, ради которой суровый взрослый мужик слушает песенки Матроскина не морщась. Вдруг выйдет так, что эта маленькая девчушка с тоненьким голоском пострадает? Никогда себе этого не прощу!

А вот Матроскин… Матроскин в столице. Его охраняют от невменяемых фанаток (или скрывают от них его истинное лицо, ха-ха!). У него есть телохранители. Так просто его не достать. Тем более, есть шанс, что злоумышленники побоятся соваться в Москву. У них налажено все здесь, а не там.

Словом, Матроскин — вот кому можно безбоязненно отправить информацию на хранение! Если хорошо продумать аргументы, то получится и убедить его не лезть в это дело хоть какое-то время.

Пожалуй, впервые за всю жизнь, я не была настроена по отношению к Константину плохо, даже наоборот — ничего не имела против его существования. Не успела я как следует осознать этот невероятный факт, как «Катенька» появилась онлайн:

«Привет! Я тут что подумал? У меня большой перерыв между концертами, можно сказать отпуск. В общем, я завтра к вам приезжаю, проведем расследование как положено!».

Он еще спрашивал что-то про гостиницы, а я сидела, раз за разом перечитывая первое сообщение и думала: как же некоторые люди обладают особым талантом все портить.

О существовании подобного места в городе я и не подозревала.

«Катенька» уже ждала у барной стойки, поигрывая бокалом с серебрянкой. Как предсказуемо! Жидкость, к которой не прижилось название «мульти-ртуть», напоминала амальгаму и стоила достаточно дорого. На вкус она чересчур маслянистая, но пижоны вроде Матроскина хлещут ее как воду.

Клуб для встречи Матроскин тоже выбрал исключительно пижонский, но музыкальный: на одном из островков-сцен в середине зала восседала за лазерной арфой печальная дева в белоснежном фосфоресцирующем платье, самозабвенно заслоняющая лазерные струны грациозными жестами тонких гибких рук.

Неподалеку от барной стойки компания подростков азартно играла на реактейбле, перемещая по круглому светящемуся столу кружки, квадраты, кубики и прочие многоугольники так, словно не музицировали, а сражались в настольную игру. Звуки, извлекаемые ими из реактейбла, могли заткнуть за пояс самые яростные шедеврища «Quasi-aggression».

Константин не заметил моего приближения, увлеченно наблюдая за парочкой девиц, крутящихся на ближайшем островке у двух столбов-антенн терменвокса. Я воспользовалась случаем разглядеть навязчивого союзника. Кошачьи ушки по-прежнему красовались у Матроскина на голове, а вся маскировка состояла из майки не в полоску и пони-брюк, напоминавших расклешенные брюки главного героя мультфильма «Бременские музыканты» 1969 года, с той лишь разницей, что модные брюки полностью скрывали ступни Константина, превращая ноги в мультяшные копыта.

Но главное — еще раз осмотревшись, я не заметила никакой охраны. Все сплошь казались посетителями, пришедшими поиграть в музыкантов. Конечно, профессиональные телохранители не должны выделяться из толпы, но представить, что кто-то из подростков за реактейблом на самом деле старше, чем выглядит, оказалось выше моих сил. Девчонки, на которых пялился Матроскин, тем более — слишком тощие и хилые, если только не стреляют парализующими иглами.

Стряхнув с себя воспоминания о моде из старых мультиков, которую мы проходили аж на первом курсе и, улыбнувшись тому, что благодаря раздражавшему раньше предмету могу поддерживать разговоры ни о чем, я села рядом с Константином:

— Катенька, ты бы хоть очки нацепила, для маскировки-то.

— Скажи еще, золотую цепь толщиной в руку на шею повесить, для косплея кота Баюна, — возразил Матроскин. И попытался очаровать меня своей фирменной улыбочкой с ямками на щечках. Тщетно.

— Ему, такому тощему, только Кощея Бессмертного косплеить! — прокомментировала в наушнике Жасмин.

Сестра не верила, что моя подруга Катенька оказалась известным певцом, потому заставила нацепить сережку с камерой, чтобы убедиться самостоятельно.

— Заказать тебе чего-нибудь? — великодушно предложил Константин.

— Нет.

— Да ладно! Отметим встречу в реале и сдвиг дела с мертвой точки!

— А оно что, сдвинулось?

— Не сомневайся. Я ведь раскопал пару мутных, грязных делишек, и по приезду сразу позвонил в «Alliance IT of ARS». Пригрозил, что это все всплывет наружу, если они не объявят об исчезновении твоего дружка в СМИ и сами не подключатся к поискам. Ну, или не вернут его живым и здоровым, если сами стоят за похищением, — самодовольно поведала «Катенька».

Сдавленно пискнула в наушнике Жасмин.

— Что ты сделал? — переспросила я.

— Позвонил и поставил ультиматум. Эти тараканы у меня забегают, вот увидишь! И не надо так бояться, хотя твое выражение лица сейчас очень забавное.

И этому человеку я собиралась доверить важную информацию?!

Пока Матроскин бахвалился, расписывая свои достижения, которые непременно свершатся в недалеком будущем, я размышляла, не стоит ли бросить его прямо сейчас? Просто встать и уйти. Не тратить на него время…

Кто-то позвонил Константину, и он ответил несколькими скупыми словами, а затем встал.

— Вайпер, сходим в ближайший торговый центр? Я поселился в гостинице инкогнито, так что местный персонал нерасторопен и меню ужасно. Если поможешь найти вкусняшки, обещаю простить тебе «Катеньку».

— То есть, ты готов пожизненно остаться Катенькой ради вкусняшек? — тут же подколола я.

— Дурочка! Я прощу тебе только сегодняшний раз!

Переругиваясь, мы вышли из музыкального клуба, и я собралась с ним распрощаться, как вдруг Матроскин вспомнил, что метит не в мелкие сетевые тролли с детским словарным запасом, а в детективы и потянул меня за руку: