Чтение онлайн

Единственный, очень громкий выстрел – миномёт? ракета? звуковой хлопок от самолёта? – посеял в клубе замешательство. Обезьянка метнулась прочь от хозяйки, до отказа натянула поводок и заплясала туда-сюда под столиком. Несколько клиентов встали. Столики затихли, а официанты собрались у перил поглазеть вверх по реке в сторону центра города. Кто-то засмеялся, другие заговорили, посуда снова зазвякала о фарфор, всё вернулось на круги своя.

Как раз в это время на террасу вошёл полковник Сэндс и произнёс:

– Располагайся, мальчик мой.

Полковник летел сюда на вертушке от самой горы Доброго Жребия, так что Шкип всё понимал. Дядины брезентовые берцы и манжеты забрызгало красноватой грязью, но одет он был по-повседневному и выглядел столь обыкновенно, что становилось не по себе, – как будто заботили его только местные пейзажи да площадка для гольфа. В руке он уже сжимал высокий бокал виски.

Шкип сел напротив.

– Все хорошо? Тебе, насколько знаю, уже предоставили койку.

– Да.

– Когда заселился?

– Сегодня ночью.

– Виделся с кем-нибудь из посольства?

– Нет ещё.

– Что у нас сегодня по плану?

– Господин полковник, а позвольте у вас сразу же спросить кое-что про Сан-Маркос.

– Прямо вот так, не поевши?

– Мне нужно кое-что прояснить.

– Разумеется.

– Вы передавали приказы майору?

– Майору?

– Ну, Агинальдо! Майор! Когда мы в последний раз виделись.

– Точно. Пансионат «Дель-Монте». Сан-Карлос.

– Сан-Маркос.

– Точно.

– Агинальдо. Филиппинец.

– Да. Филиппинец. Нет. Не было у меня под началом никаких филиппинцев.

– А что насчёт того немца? Он был твой?

– Это политотдел в Маниле всеми заправляет. А я – не политотдел. Я просто больной пёс, которого они всё никак не решатся пристрелить.

– Ладно. Наверно, мне не стоит продолжать.

– Нет-нет. Раз уж начал, так чего теперь заднюю включать? В чём проблема-то?

– Наверно, это некстати.

– Иди ко мне. Мы же работаем вместе. Давай доделаем всё до конца.

– Прекрасно. Тогда что насчёт Кариньяна?

– Кого?

– Кариньяна, сэр. Священника с Минданао.

Теперь, чувствовал Шкип, дядя оценил, насколько он серьёзен.

– Ах да, – вспомнил полковник. – Отец Кариньян. Коллаборационист. Кто-то положил конец его страданиям.

– Кто именно?

– Если я правильно помню, операцию организовало командование филиппинской армии. Так мы поняли из донесения.

– Я сам писал это донесение. Ехал верхом на осле всю дорогу до подстанции «Голоса Америки» под Карменом и послал шифровку рапорта в Манилу, чтобы её переадресовали вам, всё согласно полученным указаниям. И я лишь упомянул местную армию – совсем походя.

– Я уверен, это была операция филиппинской армии. И тем более уверен, что руководил ею наш приятель Эдди Агинальдо. К тому же, у нас была тысяча причин считать, что этот Кариньян вовлечён в оружейный трафик и распространяет оружие среди группировок исламских боевиков на Минданао.

– Священника убили дротиком. Сумпитаном, как его там называют.

– Это оружие туземцев.

– Ни разу такого не видел, кроме как в руках у того немца в «Дель-Монте».

– Ясно.

– Вы не руководили немцем.

– Ну я же сказал, нет.

– Мне этого достаточно.

– Да мне плевать, достаточно тебе или нет.

– Да идите вы на хуй, сэр.

– Ясно. – Пока полковник обдумывал ответную реплику и водил пальцем, дрожащим пальцем, по краешку бокала, Шкип как-то сник. Для этого нападения он заковал душу в броню. Но не ожидал, что с ходу попадёт в незащищённую плоть. – Что ж, – проговорил полковник, – повторюсь, но в чём проблема?

– Да я просто нервничаю, – только и смог выдавить Сэндс.

Некоторое время полковник молчал. У Шкипа кончился запал. Почему он не подумал, что может ранить этого великана? Он так плохо разбирался в характере этих пожилых мужчин. Ну почему у меня нет отца?

Полковник сказал:

– Вот смотри. Такие вещи случаются редко, но всё же случаются. Чьё-то имя упоминается в более чем одном источнике, кому-то приходит некая мысль, кто-то публикует донесение, кто-то ищет приключений – ну, ты ведь знаешь, как оно бывает, правда? – и совсем скоро нате вам, пожалуйста. То, что тебе довелось стать свидетелем такого вот служебного косяка, окажется для тебя, Шкип, неоценимым опытом.

– Я бы сказал, что я стал не просто свидетелем.

– Я к тому, что ты видишь силу зверя, на котором мы скачем. Погоняй его с осторожностью. – На дядином бульдожьем лице, похоже, отразилась какая-то особого рода печаль. Он пригубил из стакана. – Картотека-то моя в безопасности?

– Так точно, сэр.

– Как тебе понравился Монтерей?

– Там невероятно красиво.

– Закажи-ка мне хот-дог по-вьетнамски.

Официант разливал воду по стаканам. Сэндс поговорил с ним.

– Говорит, у них тут фуршет, будьте, пожалуйста, как дома.

– Замечательно. Я даже разобрал слово «фуршет». А ты ведь уже познакомился с Хао Нгуеном?

– Так точно, сэр.

– Есть хочешь?

– Наверно, попрошу унести меню.

– Шкип.

– Да, сэр.

– Неужели мы станем сожалеть о том, что поговорили друг с другом откровенно? А то мне что-то не хочется. Это уже лишнее.

– Всё в порядке. Ценю вашу откровенность.

– Ну хорошо, – и полковник двинулся к фуршету.

Вернулся он к племяннику с тарелкой крабов в каком-то белом соусе; сел, подцепил вилкой и проглотил пару кусков, почти не жуя. Отхлебнул виски.

– А что там Рик Фосс – он ведь Фосс? Вчера вечером был в доме?

– Рик Фосс-то? Нет.

– Довольно скоро вы с ним пересечётесь. Я бы сказал, слишком скоро.

– Я встречался с ним на базе Кларка, перед отъездом. Он меня как раз и искал.

– Правда?

– Главным образом, чтобы расспросить о вас.

– И какая же была линия допроса?

– Он хотел поговорить о статье, которую вы представили в журнал для публикации.

– Да клал я на всех этих щенков, на всю эту молодую поросль! Ну, за исключением здесь присутствующих.