Чтение онлайн

ЖАНРЫ

Гарики на все времена (Том 2)
Шрифт:

699

Главное — не в пользе и продаже, главное — в сохранности огня, мысли я записываю, даже если нету мыслей у меня.

700

Нет, зубами я голодными не клацаю, потому что, от нужды меня храня, Бог наладил из России эмиграцию, чтобы слушатели были у меня.

701

Читаю с пылом и размахом, зал рукоплещет и хохочет, а я томлюсь тоской и страхом: зубной протез мой рухнуть хочет.

702

Подойди, поэтесса, поближе, я шепну тебе в нежное ухо: вдохновение плоти не ниже воспарений ума или духа.

703

Моя мечта — на поговорки растечься влагой из бутылки, придурок сядет на пригорке и мой стишок прочтёт дебилке.

704

Я писал, как видел, и пардон, если я задел кого мотивом, только даже порванный гандон я именовал презервативом.

705

Оды, гимны, панегирики, песнопенья с дифирамбами — вдохновенно пишут лирики, если есть торговля ямбами.

706

Зря пузырится он так пенисто, журчит напрасно там и тут, на пальме подлинного первенства бананы славы не растут.

707

Весь век я с упоением читал, мой разум до краёв уже загружен, а собранный духовный капитал — прекрасен и настолько же не нужен

708

Цель темна у чтенья моего, с возрастом ничто не прояснилось, я читаю в поисках того, что пока никем не сочинилось.

709

Из шуток, мыслей, книг и снов, из чуши, что несут, я подбираю крошки слов, замешивая в суп.

710

Нет, я не бездарь, не простак, но близ талантов горемычных себя я стыдно вижу, как пивной сосуд меж ваз античных.

711

Заметил я, что к некоему времени за творческие муки и отличия заслуживаем мы у Бога премии — удачу или манию величия.

712

Дерзайте и множьтесь, педанты, культурным зачатые семенем, вы задним числом секунданты в дуэли таланта со временем.

713

Давно была во мне готовность культуре духа наловчиться, а нынче мне с утра духовность из телевизора сочится.

714

Хоть лестна слава бедному еврею, но горек упоения экстаз: я так неудержимо бронзовею, что звякаю, садясь на унитаз.

715

На север и запад, на юг и восток, меняя лишь рейсов названия, мотаюсь по миру — осенний листок с российского древа познания.

716

Блажен ведущий дневники, интимной жизни ахи-охи, ползёт из-под его руки бесценная херня эпохи.

717

Я не мог на провинцию злиться — дескать, я для столицы гожусь, ибо всюду считал, что столица — это место, где я нахожусь.

718

Похожа на утехи рыболова игра моя, затеянная встарь, и музыкой прихваченное слово трепещет, как отловленный пескарь

719

Зря поэт с повадкой шустрой ищет быстрое признание, мир научен Заратустрой: не плати блядям заранее.

720

Мне сочинить с утра стишок, с души сгоняя тень, — что в детстве сбегать на горшок, — и светел новый день.

721

Когда горжусь, как вышла строчка, или блаженствую ночами, в аду смолой исходит бочка, скрипя тугими обручами.

722

Где жили поэты, и каждый писал гораздо, чем каждый другой, — я в этом квартале на угол поссал и больше туда ни ногой.

723

У сытого, обутого, одетого является заноза, что несчастен, поскольку он хотел совсем не этого и должен быть искусству сопричастен

724

Был мой умишко недалёк и не пылал высоким светом, однако некий уголёк упрямо тлел в сосуде этом.

725

Век меня хотя и сгорбил, и унял повадку резвую, лирой пафоса и скорби я с почтительностью брезгую.

726

В радужных не плаваю видениях — я не с литераторской скамьи, ценное в моих произведениях — только прокормление семьи.

727

Впадали дамы в упоение, и было жутко жаль порой, что я еблив гораздо менее, чем мой лирический герой,

728

Приметой, у многих похожей (кивнув, я спешу удалиться), — недоданность милости Божьей с годами ложится на лица.

729

Время всё стирает начисто, оставляя на листе только личное чудачество в ноте, слове и холсте.

730

Полезности ничто не лишено, повсюду и на всём есть Божий луч и ценного познания пшено клевал я из больших навозных куч

731

Мы пишем ради радости связать всё виденное в жизненной игре; и пылкое желанье досказать на смертном даже теплится одре
Поделиться с друзьями: